Обращение к депутатам ГД РФ и представителям фракции «Единая Россия» ГД РФ Главного ученого секретаря Президиума ДВО РАН чл.-корр. РАН Богатова Виктора Всеволодовича от 20.07.2013 г.

22.07.2013



Главный ученый секретарь Президиума ДВО РАН
член-корреспондент РАН Богатов Виктор Всеволодович

 

член-корреспондент РАН Богатов Виктор Всеволодович (jpg, 65 Kб)

 

БЕСПЕРСПЕКТИВНАЯ РЕФОРМА РАН

Обращает на себя внимание, что законопроект № 305828-6 «О Российской академии наук, реорганизации государственных академий наук и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», принятый Государственной Думой РФ во втором чтении, не содержит ни одного положения, направленного на реальное повышение эффективности научной работы. Повторяю: ни одного положения! Очевидно, что в основу данного законопроекта заложена иная идеология. В связи с этим, любые изменения положений законопроекта не смогут улучшить ситуацию в РАН: как текст законопроекта ни правь, все равно он останется плохим. Поправить этот разрушающий науку закон нельзя, его можно только снять с рассмотрения. Если же Правительство и Государственная Дума не найдут в себе мужества сделать это, то имеет смысл говорить об особенно разрушительных положениях документа и непременной их корректировке, т.е. подготовке поправок к новому чтению (если законопроект не отвергнут, то его хотя бы надо вернуть ко второму чтению). По мнению подавляющего большинства научных сотрудников, эти возможные поправки охватывают следующие ключевые положения:

1.Институты РАН должны оставаться в составе РАН и под научным руководством РАН.

2. Региональные отделения РАН должны оставаться юридическими лицами, получателями и главными распорядителями средств федерального бюджета.

3. Необходимо сохранить выборность директоров институтов и председателей региональных отделений РАН.

4. Объединение РАН, РАМН и РАСХН нецелесообразно проводить скоропалительно, т.е. по указке «сверху».

5. Вопрос членства в РАН, РАМН и РАСХН и уровней членства (академик, член-корреспондент) является внутренним делом этих организаций и не должен регулироваться федеральным законом.

Итак, первая позиция, касается отделения от РАН научных институтов.

Пункт второй статьи 2 законопроекта ныне выглядит следующим образом:

Статья 2. Правовое положение Российской академии наук

2. Полномочия учредителя Российской академии наук от имени Российской Федерации осуществляет Правительство Российской Федерации. Полномочия собственника федерального имущества, закрепленного за российскими научными организациями Российской академии наук, осуществляет специально уполномоченный Правительством Российской Федерации федеральный орган исполнительной власти.

Таким образом, все имущество Академии, включая институты, их приборную базу, а также больницы, детские сады и пр. переходят в подчинение некого нового федерального органа. Напомним, что в настоящее время все имущество, находящееся у РАН, является федеральной собственностью и передано РАН в оперативное управление. Это не означает, что РАН с этим имуществом может делать все, что угодно. Данное имущество находится под постоянным приглядом Росимущества. Без согласования с этим государственным органом невозможно, например, передать в аренду какие-либо помещения или, не дай бог, продать что-либо. Система управления государственным имуществом давно налажена, и не пристало говорить высокопоставленным государственным чиновникам о неумелом его управлении. После принятия нового закона имущество РАН и его управление будет передано непонятному федеральному органу исполнительной власти. Это уже будет не имущество, а собственность Органа. Функции Росимущества здесь уже будут не нужны. Будет создана огромная новая структура из чиновников, и слабо представляется, чтобы эта «армия менеджеров» смогла бы эффективно управлять своей собственностью на благо научных разработок другой организации, в виде РАН. Сюда просятся другие глаголы: продать, перераспределить во имя интересов чиновников.

Говорить о том, что ученые будут освобождены от несвойственных им функций управления имуществом, это показывать свою некомпетентность в организации фундаментальных научных разработок. Современная РАН – это не собрание академиков, а комплекс из 436 научных организаций. Научные сотрудники не занимаются управлением имущества, для этого в РАН существуют специальные структуры. Но научный сотрудник занимается организаций и проведением научных исследований.

Здесь хочется пояснить членам Законодательного собрания, что фундаментальной наукой невозможно управлять так же, как отраслевой (отраслевые НИИ решают конкретные прикладные задачи, которые им ставит промышленность). В фундаментальной науке невозможно четко сформулировать задачи или предугадать заранее, какое направление исследований является перспективным. Поэтому ставить задачи здесь могут только сами ученые, исходя из своей интуиции, опыта и научного предвидения. Известный английский физик Джон Бернал в связи с этим говорил, что «выбор проблемы исследования есть сама по себе исследовательская проблема...» (Бернал, 1966, с. 389). «Проблему обычно труднее сформулировать, чем решить» (Бернал, 1966, с. 389). В то же время, большое значание в выборе проблемы имеют не только опыт ученых, но и их технические и финансовые возможности. Возьмем, к примеру, научный эксперимент, который представляет собой наиболее достоверный метод познания. Чиновники, предложившие освободить ученых от несвойственных им функций, здесь не учли одного важного обстоятельства: самое сложное в экспериментальной работе – это не проведение самого эксперимента, а его правильная подготовка и организация. Еще раз обращаю внимание глубокоуважаемых законодателей, что процесс создания необходимых условий проведения опыта включает решение не только научных, но и хозяйственных, кадровых и финансовых проблем, разработку и настройку измерительного оборудования и т.п. Во всем мире именно этот подготовительный процесс и является важнейшей и решающей составляющей экспериментальной работы. Непосредственное же проведение опытов относится лишь к заключительному и, как считают многие специалисты, наиболее простому этапу исследования. Давайте зададим сами себе вопрос: при каких обстоятельствах ученым проще и эффективней организовать свой научный эксперимент: при условии, когда научно-техническое оборудование находится в их оперативном управлении, или при условии, когда все время надо спрашивать разрешение у некоего отдаленного федерального органа, даже, если во главе этого органа будет находиться президент РАН? Поймите, НЕЛЬЗЯ ОТДЕЛЯТЬ УЧЕНЫХ ОТ ИНСТИТУТОВ. Нельзя допустить, чтобы менеджеры путались под ногами ученых, если мы действительно хотим помочь отечественной науке.

В связи с вышеизложенным, предлагаю пункт 2 статьи 2 изложить в следующем варианте:

2. Полномочия учредителя Российской академии наук от имени Российской Федерации осуществляет Правительство Российской Федерации. Организации, подведомственные Российской академии наук, владеют, пользуются и распоряжаются федеральным имуществом, закрепляемым за ними академией и передаваемым им в оперативное управление или в хозяйственное ведение, в соответствии с законодательством Российской Федерации. Учет федерального имущества, передаваемого указанным организациям, ведется в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Вторая позиция касается необходимости вернуть юридическое лицо региональным отделениям РАН.

Пункт 3, статьи 14 выглядит следующим образом:

3. Региональные отделения и представительства Российской академии наук не являются юридическими лицами и действуют на основании принятых общим собранием Российской академии наук положений о них.

Согласитесь, что глупо делать реформу ради реформы, особенно в столь разноплановом учреждении, как РАН. То, что хорошо для Москвы, может не подойти для районов Дальнего Востока или крайнего Севера. Наделение, в свое время, региональных отделений правом юридического лица было связано с повышением мобильности и качества управления учреждениями РАН в удаленных регионах (ведь не случайно Россия поделена на несколько федеральных округов, в каждом из которых работают полномочные представители президента РФ). У нас громадные просторы, несколько часовых поясов. Управление из Москвы Дальневосточным отделением нецелесообразно хотя бы потому, что когда заканчивается рабочий день на Дальнем Востоке, в Москве он только начинается. Вряд ли разумно не учитывать опыт создания Дальневосточного, Сибирского и Уральского отделений. Возьмем, к примеру, необходимость обеспечения безопасности многочисленных научных экспедиций, важность оперативного изучения опасных природных явлений (допустим началось извержение вулкана, исследователям надо срочно вылетать в район извержения, а люди, принимающие решения, в это время еще спят в Москве), руководство морскими экспедициями. Зачем разрушать ту систему организации науки, необходимость и эффективность которой уже доказана жизнью? Неужели лишение юридического лица региональных отделений способно повысить эффективность научных исследований в регионах?

 

Предлагается пункт 3 статьи 14 изложить в следующем виде:

3. Региональные отделения Российской академии наук (Дальневосточное, Сибирское и Уральское) являются юридическими лицами, подведомственными академии некоммерческими научными организациями - учреждениями Российской академии наук (получателями и главными распорядителями средств федерального бюджета). Региональные отделения Российской академии наук от имени академии осуществляют управление подведомственными академии организациями, расположенными в соответствующем регионе.

Следующая третья позиция касается необходимости сохранения выборности директоров институтов и председателей региональных отделений РАН.

Предлагаю посмотреть часть 11, статьи 18: «В наименовании научных организаций, переданных в ведение федерального органа исполнительной власти, специально уполномоченного Правительством Российской Федерации, указывается их принадлежность к Российской академии наук, учрежденной настоящим Федеральным законом. Руководители таких научных организаций назначаются на должность и освобождаются от должности по согласованию с президиумом Российской академии наук и после одобрения их кандидатур Комиссией по кадровым вопросам Совета при Президенте Российской Федерации по науке и образованию».

Еще обратите внимание на пункт 4, статьи 14: «Руководители региональных отделений и представительств Российской академии наук назначаются президентом Российской академии наук по согласованию с президиумом Российской академии наук и действуют на основании соответствующих положений».

Ставить задачи и выбирать руководителей исследовательских коллективов в фундаментальной науке может только само научное сообщество. Этот принцип самоуправляемости лежал в основе РАН на протяжении всей ее истории. Почему в современном обществе, в котором провозглашена политика на развитие институтов гражданского общества, мы должны отказываться от этого демократического принципа? История развития нашей академии показывает, что вмешательство властей в работу ученых приводило лишь к плачевным результатам (преследование властями великого И.М.Сеченова в конце XIX века, назначение Т.Д.Лысенко «главным биологом страны» и последующий государственный разгром генетики и других направлений биологии в середине XX века, государственное окончательное уничтожение кибернетики в период освоения космоса...). Власть не должна вмешиваться в борьбу научных идей. К сожалению, в 1990-е годы из-за экономических и социальных неурядиц профессия ученого в России перестала быть престижной. Реформаторы посчитали, что в нашей стране «слишком много ученых». Унижение и дискредитация деятелей науки немедленно отразились и на массовом общественном сознании. Неслучайно на рубеже XX и XXI веков в России все большей популярностью стала пользоваться лженаука. По некоторым подсчетам, число хиромантов, гадалок, экстрасенсов и т.п. в нашей стране достигло 300 тысяч, что сопоставимо с числом отечественных ученых. Не удивлюсь, если с принятием нового закона одним из директоров какого-либо академического института будет назначен скандально известный «народный академик» В.И.Петрик. Нельзя этого допустить!

Пункты статьи 18 в части назначения руководителей организаций РАН предлагаю убрать, а пункт 4 статьи 14 изложить в виде: «Председатель регионального отделения Российской академии наук избирается из числа ее действительных членов. Порядок избрания и полномочия председателя и президиума регионального отделения Российской академии наук определяются уставом регионального отделения академии».

Кроме того, чтобы обезопасить РАН от менеджеров, стремящихся «порулить» наукой, было бы целесообразно в законопроект добавить пункт: «Институт Российской академии наук возглавляет директор института академии, избираемый из числа ведущих ученых. Директор института Российской академии наук избирается на общем собрании отделения академии (регионального отделения академии или на заседании президиума академии) путем тайного голосования из числа всех зарегистрированных кандидатов с учетом обсуждения этих кандидатов на собрании (конференции) научных сотрудников института академии».

Еще одна позиция нового законопроекта касается объединения РАН, РАМН и РАСХН.

Вот как объяснил объединение трех академий в «суперакадемию» министр Д. Ливанов в беседе с ведущим радио «Эхо Москвы» Алексеем Венедиктовым: «Это обусловлено теми тенденциями, которые в 21 веке испытывает вся мировая наука, когда происходит конвергенция, когда на первый план в качестве локомотива развития науки в целом выходят науки о человеке, науки о жизни, науки о здоровье. А мы с вами прекрасно понимаем, что наша биологическая наука, наша медицинская наука очень сильно пострадали в 20-м веке. И мы знаем почему, мы помним историю очень хорошо. С другой стороны, самые интересные научные открытия, самые выдающиеся достижения происходят как раз на стыке наук. И нам очень важно убрать эти перегородки, искусственно возведенные между Медицинской академией, Сельхозакадемией и большой академией (выделено В.Богатовым). Потому что современная медицина использует достижения физики, математики. Биотехнология используется достижения биологии, той же химии, той же математики, информационных технологий. Поэтому это объединение даст очень серьезную интеграцию, очень серьезный эффект».

Обращаю внимание читателей еще на однин момент беседы:

А. ВЕНЕДИКТОВ: «Вы, наверное, знаете, что существует так называемый клуб с условным названием «1 июля», где 71 академик (на вчерашний день 71 академик). Я вам скажу честно, что, даже я, будучи человеком варварски необразованным, с точки зрения точных наук, многие имена знаю, начиная от академика Захарова (вы ходили на его лекции, наверное, в младости). Для меня академик Янин, историк, которому 84 года, я не ходил на его лекции, но читал его книги. И так далее, здесь много. Вот они сделали некое заявление, что в том виде, в каком принимается закон, они не будут членами этой новой академии. Я хотел бы ваше объяснение и вашу реакцию».

Д. ЛИВАНОВ: Я считаю, что, если они создадут новое независимое объединение ученых, это будет очень хорошо. Потому что чем больше будет таких объединений, тем будет лучше, и государство будет использовать эти объединения при принятии важнейших решений.

И далее: «...Я приветствую создание этого клуба. Большое спасибо инициаторам его создания. Если нужна какая-то помощь, мы обязательно ее окажем, я имею в виду организационная и так далее.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Я не думаю, что они к вам обратятся.

Д. ЛИВАНОВ: А может, обратятся.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Это неприятие того, что сделало Правительство. Реальный ход – мы не принимаем то, что делает Правительство; если будет создана такая академия, мы в ней не участвуем.

Д. ЛИВАНОВ: Может, и правильно не участвовать в академии, которая существует в форме бюджетного учреждения. Я считаю, это совершенно не адекватно тем задачам, которые мы видим перед этим новым сообществом выдающихся ученых. Это должна стать, действительно, организация, которая будет осуществлять высший суд по любым проблемам, которые будут возникать перед нашей страной.

А. ВЕНЕДИКТОВ: А если возникнет параллельный клуб?

Д. ЛИВАНОВ: Отлично. Чем больше будет взглядов, тем лучше.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Т.е. вы их поддерживаете?

Д. ЛИВАНОВ: Я считаю, что это очень позитивная вещь. Надеюсь, будет не единственная такая академия. Может, еще появятся.

Но, подождите, господин министр! Если стране необходимо больше академий, то зачем объединять РАН, РАМН и РАСХН (в понятии Д.Ливанова, в виде подобных «клубу 71» объединений ученых), плюс еще лишать права региональных отделений юридического лица? Оставим здесь невосприимчивость министра к общечеловеческим моральным нормам, но все-таки, стоило бы разобраться создателям законопроекта в своих идеях: России нужна одна суперакадемия или много маленьких? Очевидна непроработанность вопросов объединения государственных академий. Да и где уж, извините, в случае объединения, зал заседаний найти для членов супер-РАН, чтобы сразу столько новых академиков собрать. Не Лужники же арендовать?

Предлагаю ворос о слиянии академий в рамках новго законопроекта не рассматривать из-за его непроработанности, исключив все посвященные этой идее пункты и статьи из текста. Давайте оставим этот вопрос на обсуждение самих ученых. Давайте проведем опрос научных сотрудников, проработаем варианты, и пусть общие собрания государственных академий сами решат свою судьбу. Это много времени не займет. Что же касается исследований на стыке наук, то, уверяю вас, их организация происходит не за счет слияния учреждений, а за счет объединения ученых, чаще всего, во временные творческие коллективы и иные формы объединений (в свое время автор этих строк руководил многолетними комплексными исследования биоты Курильского архипелага, проводимыми учеными России, США и Японии, что, кстати, не потребовало объединения учреждений РАН с университетами США и Японии в одно юридическое лицо: кстати, американские ученые при реализации проекта высказывали мнения о более совершенной организации фундаментальной науки в РАН, по сранению с аналогичной организацией науки в США).

Наконец, последняя, пятая позиция, мимо которой нельзя пройти. Это - вопрос членства в РАН, РАМН и РАСХН и уровней членства (академик, член-корреспондент).

Мне, члену-корреспонденту РАН, как-то трудно было понять смысл этой «инновации» (разовый перевод членов-корреспондентов в академики), кроме, как попытку расколоть две группы наиболее известных ученых. Плюс следовала попытка подкупа членов академии (вспомните про 100 тыс. рублей подачки из уст председателя Правительства). Хотелось объяснить коллегам, что такое новшество не будет направлено на интенсификацию научной деятельности; что именно сохранение «института член-коррства» позволяет активизировать активность наиболее крупных ученых России (чтобы избраться в академики, надо постараться показать свои возможности). Здесь как раз было бы разумней поддержать предложение академика В.Е.Фортова о введении дополнительного звания «профессор РАН», как промежуточного звена между докторами наук и членами-корреспондентами РАН. Но, господин Д. Ливанов в интервья радио «Эхо Москвы» очень неожиданно всё поставил на свои места:

А. ВЕНЕДИКТОВ: А почему было не оставить членкоров, кстати?

Д. ЛИВАНОВ: Это вопрос вкуса.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Во Французской академии есть членкорство.

Д. ЛИВАНОВ: Вопрос вкуса: кто-то считает так, кто-то считает по-другому.

Дорогие депутаты Государственной Думы! Дорогие депутаты от партии «Единая Россия»! Неужели у Вас нет собственного мнения и Вы поддерживаете сомнительные вкусы министра Д. Ливанова, а не многовековую традицию старейшего учреждения науки России? Давайте попробуем сделать так, чтобы гражданам России не было бы стыдно за Отечество! Давайте исключим все статьи, посвященные членству академии, и посчитаем это внутренним делом этих организаций. Не надо такие тонкие этические отношения регулировать федеральным законом. Неужели в России нет других проблем?

И еще. Давайте не будем показывать свою необразованность в языках, или Вы совсем не читаете текстов, а надеятесь на своих лидеров? Молодые ученые Дальнего Востока обращались к Вам еще до начала второго чтения об английском наименовании РАН: «Реформа проводится фактически «без объявления», без обсуждения и без тщательной проработки. Лучше всего в проекте закона описан лишь механизм передачи собственности Академии правительственному Агентству, наряду с этим даже английский вариант названия Академии наук написан с ошибкой (в единственном числе в слове Science). Складывается ощущение, что чиновниками хорошо освоена только одна «Наука» - разрушать»

Из всего текста обсуждаемого законопроекта на взгляд моих коллег было бы целесообразно, пожалуй, оставить только пункт 2 статьи 15:

«Органы государственной власти Российской Федерации, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, иные государственные органы и их должностные лица не вправе вмешиваться в деятельность Российской академии наук, принимать решения, препятствующие осуществлению задач и функций Российской академией наук».

 

Виктор Богатов,
главный ученый секретарь Дальневосточного отделения
Российской академии наук,
член-корреспондент РАН.

20 июля 2013 г.

г. Владивосток.

Подразделы

Объявления

©РАН 2017