Ученые назвали проблемы, мешающие развивать Сибирь

23.09.2021

Источник: Российская газета, 23.09.2021, Сергей Зюзин



Министр обороны РФ Сергей Шойгу, заявивший на встрече с учеными Сибирского отделения РАН о необходимости создания в Сибири новых научно-промышленных центров, обозначил важнейшую стратегическую задачу развития страны. Именно обсуждение на высшем политическом уровне дает возможность перевести эту идею из теоретической плоскости в практическую. О стоящих на пути препятствиях - в комментариях сибирских ученых.

"Партия сказала: надо!"

Доцент кафедры региональной экономики Алтайского госуниверситета, кандидат экономических наук Валерий Мищенко уверен, что Сибирь, как и Дальний Восток, необходимо развивать, поскольку пришло время активного сотрудничества России с азиатскими странами.

Ученый напомнил, как возник Заринск - самый молодой город Алтайского края, основанный в 1979 году. Стране требовался крупный завод по производству коксующего угля. Его нельзя был строить на Кузбассе, где ситуация с экологией дошла до опасной черты, и выбор пал на соседний Алтайский край с его малолюдной северо-восточной частью.

Строительство коксохимического завода - ядра нового города - началось в 1972 году и было объявлено всесоюзной ударной комсомольской стройкой. К появлению коксохимического гиганта приложили руки в общей сложности пятнадцать тысяч добровольцев со всего СССР. В 1996 году в Заринске проживало 52 300 человек, ныне - 45 400. По большому счету, местный градообразующий завод, где работают 3,5 тысячи человек, остается чужеродным для экономики Алтайского края.

Так же в советское время на Алтае появились город-курорт Белокуриха и Яровое, славящееся своими целебными озерами.

- В 1970-е годы первый секретарь крайкома КПСС Александр Георгиев уговорил минсредмаш СССР (ныне - "Росатом") отделить одно строительно-монтажное управление от "Сибакадемстроя", занимавшегося строительством новосибирского Академгородка, и перебросить его в Белокуриху. На деньги профсоюзов были построены санатории, ТЭЦ, больница, школы, первые жилые пятиэтажки, - отметил Валерий Мищенко.

Яровое было основано в 1943 году, после эвакуации из Крыма химзавода, который работал на военные нужды страны, а через пятьдесят лет получило статус города краевого значения. С 2004 года здесь началось большое строительство курортных объектов. Сейчас в Яровом живет почти восемнадцать тысяч человек (в Белокурихе - чуть больше пятнадцати тысяч).

Для всех новых городов Алтайского края характерны минимум две особенности - наличие градообразующего стержня (завод либо санаторно-курортный комплекс) и небольшое население. Поэтому важны ответы на вопросы: вокруг каких производств строить сибирские города в XXI веке и кем их населять?

- Мы активно обсуждали с коллегами из других городов России, прежде всего с демографами, идею строительства в азиатской части страны трех-пяти городов с населением до миллиона человек, - отмечает доцент Алтайского филиала РАНХиГС, кандидат географических наук Алексей Еремин. - Реализовать ее будет крайне сложно.

Опыт взят из советского прошлого, а это командно-административная система и плановая экономика. Второй раз в ту же реку не войти - нынешние реалии совсем другие. Появившийся в постсоветскую эпоху Иннополис в Татарстане - фактически пригород Казани, их разделяет всего тридцать километров. При огромных финансовых вложениях в течение пяти лет численность населения Иннополиса не превысила нескольких тысяч человек.

Человеческий фактор

- Второй момент связан с отсутствием демографических ресурсов, - продолжает эксперт. - Звучат разные предложения. Например, развернуть нынешние миграционные потоки из регионов не в столицы, а в новые города. Но это потребует очень серьезных затрат. Зарплаты должны быть выше не на десять-пятнадцать процентов, а в несколько раз. И новым городам нужны высокие стандарты потребления.

В советское время большой прирост молодого населения и другие нравственные ценности ("А я еду за туманом и за запахом тайги") позволяли перераспределять на Восток большие трудовые потоки. Но сейчас население России сокращается, причем в Сибири и на Дальним Востоке - особенно. При этом избыточного сельского населения не осталось еще в прошлом веке.

- В двадцатом веке действовала целенаправленная государственная политика - сдвинуть на восток население страны, сосредоточенное в основном на западе, для освоения новых территорий. В начале советского периода доля населения азиатской части составляла десять процентов, а к концу, согласно переписи 1989 года, ее удалось поднять до 22 процентов. С тех пор каждая новая перепись фиксирует снижение. По состоянию на 2021 год доля россиян, живущих за Уральским хребтом, упала до девятнадцати процентов. В 1990 году в Сибири и на Дальнем Востоке проживало 29 миллионов человек, в 2021-м - уже 25 миллионов. При этом население Сибири сокращается медленнее. Дальний Восток за постсоветский период потерял 22 процента населения, Сибирь - около десяти, - констатирует Алексей Еремин.

- Сейчас в тридцатку крупнейших городов России входят десять в Сибири и на Дальнем Востоке. В постсоветский период лишь города-миллионники Новосибирск и Красноярск демонстрируют динамику роста, причем не очень устойчивого - за все время примерно на двести тысяч человек. Их население пополняется за счет соседних регионов, при этом многие жители, в свою очередь, перебираются в Москву и Санкт-Петербург. За счет более высоких зарплат есть небольшой рост у Томска. Город-миллионник Омск остается на одном демографическом уровне. Барнаульцами становятся бывшие селяне, но часть горожан, опять же, ищет лучшую долю в Новосибирске, Краснодаре, Калининграде, Москве и Питере. То есть идет процесс перераспределения людских ресурсов. А новых людей для новых городов просто нет, - поясняет Алексей Еремин.

Взять ответственность

Между тем директор Алтайского института труда и права, кандидат экономических наук Руслан Самсонов уверен, что инициатива комплексного социально-экономического развития Сибири назрела давно.

- Идея правильная и свое-временно озвученная. Но такой мегапроект требует широчайшего общественного обсуждения, к которому должны подключиться экономисты, демографы, социологи, политологи, юристы и другие представители научного сообщества страны, - убежден ученый. - Здесь возникает немало вопросов. Пока речь идет о четырех научно-промышленных центрах Сибири. Но это все равно что пресловутая точечная застройка в Барнауле, вызывающая у горожан одно раздражение. Нужна концепция комплексного развития всей Сибири, Дальнего Востока и Арктики, полноценного освоения этой территории. Необходим системный подход, в котором государство берет на себя ответственность за будущее азиатской части страны.

Второй аспект, на который обращает внимание Руслан Самсонов, связан с моноспециализацией будущих городов - например, лесопереработкой или производством алюминия. Но это огромный риск, бомба замедленного действия. За примером не надо далеко ходить - то же Яровое пережило тяжелейшие времена после кризиса на местном химзаводе. Новым научно-промышленным центрам нужна диверсификация производства.

- Экономика будущего города должна быть гибкой, функционировать при любой рыночной конъюнктуре. А сам город - экологически комфортным, гармонично встроенным в окружающую среду. То есть речь идет об экополисах, даже при наличии алюминиевых заводов, - подчеркивает эксперт.

По мнению экономиста, средства на реализацию такого мегапроекта у государства сейчас есть (золотовалютные запасы и Фонд национального благосостояния), однако потребуется много времени. И здесь тоже нужно просчитывать риски: экономика России остается в целом сырьевой, а мир стремительно меняется, переходит на новые энергосберегающие и альтернативные технологии.

В какой мере в реализации мегапроекта может помочь частный бизнес? Опыт Алтайского края, обладающего огромным аграрным и туристско-рекреационным потенциалом, в этом отношении скорее отрицательный - крупный бизнес последние тридцать лет идет сюда неохотно.

- Инвестиционный климат оставляет желать лучшего, - отмечает Руслан Самсонов. - Можно, конечно, поручить свыше реализацию мегапроекта крупным компаниям, но тогда она будет носить несистемный характер. Такие инвесторы быстро приходят, но и быстро уходят. Зато возникают хронические проблемы - например, экологические.

Еще одна характерная негативная особенность таких проектов - их часто не доводят до конца. Можно привести множество примеров, когда реализацию сворачивали на полпути, акцентируя внимание на формальных показателях, а не на достижении поставленных целей. Ведь есть программы развития Сибири и Дальнего Востока, которые ставят акцент на транспортной инфраструктуре, создание которой актуально для любого региона. Вложения в инфраструктуру дают мощный мультипликативный эффект. При этом необходима "дорожная карта ответственности" для всех, кто реализует тот или иной проект.

- У нас каждый год рождаются масштабные инициативы и программы, в которых легко можно запутаться, но кто-нибудь знает о результатах и ответственности за их выполнение? - задает вопрос Руслан Самсонов.

Прямая речь

Руслан Самсонов, директор Алтайского института труда и права:

- В России тотальный кадровый дефицит сильных управленцев во всех сферах, и это плоды нашего образования последних десятилетий. Многие нынешние "эффективные менеджеры" непригодны для серьезных проектов. Случилось это потому, что социальные лифты работают в ручном режиме или совсем не работают. Нужно искать и растить ответственных, профессиональных управленцев для мегапроекта развития Сибири и Дальнего Востока. Образно говоря, наша "операционная система" пока не готова для установки таких сложных программ. Она будет тормозить. И нам нужен апгрейд всей "институциональной операционки" для разработки и реализации амбициозных проектов.

 

 



©РАН 2022