Возвращение блудных нобелевских лауреатов в Россию

21.09.2021

Источник: НГ, 21.09.2021, Андрей Ваганов



Национальность науки определяется не местом рождения ее творцов, а способностью государств создать для них лучшие условия

 

(jpg, 57 Kб)

Андрей Гейм знает тот единственный способ, который поможет развитию отечественной науки.

С 1 октября 2021 года на базе Национального исследовательского университета «Московский физико-технической институт» (Физтех) в Долгопрудном начинает работать Центр перспективных методов мезофизики и нанотехнологий.

Нобелевский comeback

Мезофизика – область науки, изучающая проявление квантово-механических эффектов в макроскопических системах (материалах). Как сообщает официальный Teleg

ram-канал Министерства науки и высшего образования РФ, «одним из направлений работы центра будет решение физических проблем, возникающих при миниатюризации макроскопических объектов до наноразмеров».

И для решения этих проблем центр оснастят самой современной физической аппаратурой: низкотемпературной сканирующей туннельной микроскопии/спектроскопии, магнитно-силовой микроскопии, фотоэмиссионной спектроскопии с угловым разрешением и другими приборами для исследования электронных свойств материалов и наноустройств на их основе. Но самое главное – научным руководителем центра стал член Лондонского королевского общества, нобелевский лауреат по физике 2010 года Андрей Гейм.

«Мотивирующим фактором для того, чтобы молодежь пришла в науку, является сотрудничество и работа с крупнейшими выдающимися людьми. Лауреат Нобелевской премии по физике Андрей Гейм возвращается в Россию», – сообщил министр Валерий Фальков. Мало того, этнический немец, родившийся в Сочи, Гейм получил высшее образование именно в Московском физико-техническом институте. Так что для него это еще и возвращение в Alma mater.

Можно только порадоваться за аспирантов, молодых ученых и студентов Физтеха, которым выпала такая удача – поработать и пообщаться с изобретателем графена («сетка» из одноатомного слоя углерода). Но все-таки надо помнить, что после получения Нобелевской премии за это открытие (вместе с Константином Новоселовым) кандидат физико-математических наук Андре Гейм, подданный Королевства Нидерландов, работающий в английском Университете Манчестера, категорически просил не ассоциировать его с российской наукой. Он даже в имени своем убрал последнюю букву – Андре (Andre K. Geim).

Как-то не верится, что comeback нобелевского лауреата в Россию вызван какими-то особенно теплыми чувствами к своей Alma mater. И даже в научном плане созданный в МФТИ Центр мезофизики вряд ли имеет какие-то значимые преимущества перед Манчестерским центром по мезонауке и нанотехнологиям, который тоже возглавляет сэр Андре Гейм.

Впрочем, сам Гейм в интервью интернет-изданию InScience.News подчеркнул: «Сейчас МФТИ начинает создавать отдельные исследовательские центры вокруг сильных российских ученых. Это единственный способ развивать отечественную науку. Я согласился стать научным консультантом одного из таких центров, возглавляемых Василием Столяровым. Мы уже обсудили дальнейшее расширение нашего сотрудничества, которое включает в себя обмен персоналом, студентами, образцами и опытом. Я практически уверен, что центр будет иметь огромный успех и принесет немало открытий».

Плановый хаос

Прогнозировать развитие науки – дело вообще неблагодарное. Тем более планировать «немало открытий». Наука в СССР на таком планировании не раз обожглась. И очень сильно. Собственно, научная судьба самого Гейма и разделившего с ним Нобелевскую премию Константина Новоселова – прекрасное тому доказательство. Уроженец Нижнего Тагила Константин Новоселов имеет двойное гражданство – Великобритании и России, работает в Университете Манчестера и, кстати, тоже создает сейчас лабораторию в Физтехе. Бывшие сотрудники Института физики твердого тела Российской академии наук в Черноголовке получили нобелевскую награду за исследования, которые потенциально вполне могли бы быть сделаны в России, но сделаны в Англии.

Проблема, однако, именно в том, что, даже если бы эти работы (создание графена) были сделаны, допустим, в Черноголовке, а не в Манчестере, Гейм и Новоселов почти наверняка никогда не получили бы за них Нобелевскую премию. Причин тому много, но главная – статус России как мировой научной державы вполне ощутимо сегодня утрачивается. Если уже не утрачен.

Но вот с чем приходится согласиться в приведенной цитате Гейма, так это с утверждением, что создание университетских исследовательских центров вокруг сильных ученых – «это единственный способ развивать отечественную науку». Не далее как 4 сентября в интервью «Известиям» президент РАН Александр Сергеев еще раз напомнил: «Мы бьемся за увеличение полномочий, особенно в пункте, касающемся проведения научных исследований. Как это ни удивительно, РАН не является научным учреждением. Мы являемся федеральным государственным бюджетным учреждением. И в наших основных видах деятельности науки нет, то есть Академия наук наукой не занимается».

Конечно, руководство Академии наук пытается изменить такое положение дел. «Это нонсенс, – подчеркивает президент РАН. – У нас есть предложения, которые направлены во все органы власти, по изменению закона о РАН, где мы предлагаем перейти к формулировке «Российская академия наук – это государственная академия, функционал и обязанности которой определяются этим типом учреждений, который определяется в Гражданском кодексе». Мы считаем, что это необходимо сейчас сделать. За это не только ратуем, но и боремся».

Например, ученые Сибирского отделения РАН сейчас активно продвигают идею создания на базе СО РАН Национального совета по науке и образованию. Академики предложили поставить этот вопрос перед президентом РФ Владимиром Путиным. Возглавить его попечительский совет в случае создания такой структуры согласился министр обороны РФ Сергей Шойгу.

Авторитетный эксперт в области научной политики, попросивший сохранить его анонимность, подчеркнул в беседе с «НГ»: «Инициатива СО РАН выглядит как дублирующая. Вероятно, это какие-то баталии в рамках попыток руководства РАН больше участвовать в системе принятия решений. Разумнее было бы не плодить структуры, а бороться за рост представительства в существующих органах – как совещательных, так и координирующих».

Действительно, чем закончится эта борьба, сложно сказать. Академии наук руководство страны оказывает в последнее время всевозможные знаки вежливого внимания, различные субъекты Федерации, государственные корпорации и правительственные структуры подписывают соглашения о сотрудничестве с Российской академией наук, академики идут нарасхват в различные комиссии, комитеты и общественные советы... Но, похоже, этим дело и ограничивается. Например, на ежегодной Поволжской ассамблее профсоюза работников РАН отмечалось, что в этом году уровень внутренних затрат на исследования и разработки составил 0,9% – минимальный за десять лет. (По данным Института статистических исследований и экономики знаний НИУ «Высшая школа экономики» (ИСИЭЗ НИУ ВШЭ), этот показатель составляет 1,1%. Россия с учетом данных за 2020 год находится на 35-м месте по величине данного показателя.)

Финансовая жатва науки

Место выбывшей РАН в последние десять лет активно занимает наука в университетах и вузах. Согласно исследованию ИСИЭЗ НИУ ВШЭ, если в 2010 году исследования и разработки (ИР) выполняли менее половины вузов (46,4%), то в 2019 году – уже 83,3% (603 из 724). Соответственно в 2010-м исследователей в вузах было 38 640 человек, а в 2019-м – 48 429. В 2010 году внутренние затраты на ИР в вузах составляли 43,7 млрд руб., в 2019-м – 120,6 млрд руб. (в действующих ценах).

В общем, вузовский сектор исследований разработок становится местом привлекательным. И прежде всего именно в финансовом плане. Так, во время посещения 1 сентября Физтех-лицея имени П.Л. Капицы в Долгопрудном председатель правительства РФ Михаил Мишустин отметил: «Что касается научных программ. На ближайшие три года у нас на научные исследования из федерального бюджета будет выделено свыше полутора триллионов рублей».

В конце августа на форуме «Технопром-2021» в Новосибирске вице-премьер РФ Дмитрий Чернышенко сообщил, что финансовый объем новой Государственной программы научно-технологического развития РФ составит 1 трлн руб. в год, она объединит все остальные программы в стране, связанные с наукой. До 1 октября Министерство науки и высшего образования РФ должно представить окончательную редакцию этой программы.

И уже в сентябре правительство закончило основную работу над новой редакцией проекта «Единого плана достижения национальных целей развития РФ на период до 2024 года и на плановый период до 2030 года» (ЕПДНР). Самые ресурсоемкие разделы этого плана: «Стройка» – 2740 млрд и «Технологический рывок» – 1342 млрд руб. …

Даже учитывая то, что удельный вес сектора высшего образования во внутренних затратах на ИР не так велик – 10,6% (2019), суммы, направляемые на университетскую науку, выглядят более чем внушительно.

Вот и Валерий Фальков поясняет, что финансировать Центр перспективных методов мезофизики и нанотехнологий в Физтехе «планируется в том числе в рамках большой программы по развитию университетов, которую мы запустили… «Приоритета-2030». Часть средств этой программы в случае победы МФТИ (последний этап отбора в «Приоритет-2030» завершится 25 сентября. – А.В.) как раз и будет направлена на обеспечение деятельности научного центра под руководством нобелевского лауреата по физике Андрея Гейма».

Напомним, цель программы стратегического академического лидерства «Приоритет-2030» – к 2030 году «сформировать в России более 100 прогрессивных современных университетов – центров научно-технологического и социально-экономического развития страны».

Эксперт «НГ», которого мы уже цитировали выше, подчеркивает: «Деньги на науку – кому и как? Думаю, тут новостей нет. Есть национальный проект «Наука и университеты», есть Программа фундаментальных исследований, фонды, деньги министерств в рамках разных программ плюс кое-что по нацпроекту «Цифровая экономика». Распределять в основном, наверное, будут по конкурсу типа «Приоритет-2030». Но больше всех получат традиционные «избранные», которые хорошо известны. Отчитаются, как и по программе «5–100» (5 российских вузов в топ-100 университетов мира. – А.В.) и побегут дальше. Точнее можно будет сказать, когда Минфин обнародует проект бюджета на следующий год».

Кстати, даже проминистерский Telegram-канал «Научно-образовательная политика» вынужден был недавно аккуратно признать, что в программе «5–100» «наследие» ряда победителей былых лет – оно плавно уходит в песок, что в целом, конечно, не умаляет общего мощного позитивного эффекта от программы». В общем, пишет «НОП», «Приоритет-2030» – про очень длинный горизонт эффектов, это важно понимать».

Кстати, возможно, чтобы не повторять ошибок с утечкой научного капитала в песок, глава Минобрнауки Валерий Фальков анонсировал создание общероссийской системы учета научных грантов – чтобы понять, каковы источники финансирования исследований и их эффективность. «Хотим поместить на одну карту всех российских исследователей, чтобы понимать, чем они занимаются в разных городах, скажем, по смежной тематике или по одинаковой. С какой эффективностью они это делают, какой это дает результат», – отметил министр науки и высшего образования РФ.

Что ж, вполне интересная сама по себе исследовательская работа. Которая, наверное, тоже потребует некоторого финансирования.

 

 



©РАН 2022