от 12.12.2017

 

12 декабря 2017 года

состоялось очередное заседание Президиума Российской академии наук


На заседании состоялось вручение лауреатам дипломов о присуждении премий имени выдающихся ученых. Дипломы вручил президент РАН академик РАН Александр Михайлович Сергеев.

На заседании состоялось вручение ордена «Единение» Организации Объединенных Наций директору федерального Центрального Дома ученых РАН Виктору Степановичу Шкаровскому. Орден вручил президент РАН академик РАН Александр Михайлович Сергеев.

х х х

На заседании рассмотрен вопрос «О роли Российской академии наук в развитии научной дипломатии и международного научно-технического сотрудничества».

Докладчики — академики РАН: Андрей Владимирович Адрианов, Александр Александрович Дынкин, Лев Матвеевич Зеленый, Павел Владимирович Логачев, Александр Оганович Чубарьян.


(jpg, 139 Kб)

Академик А.М. Сергеев. На февраль будущего года намечено заседание Президентского совета по науке и образованию, который будет посвящен вопросу научной дипломатии и тому, каким образом активизировать научно-техническое сотрудничество с зарубежными странами, чтобы наука была послом мира между государствами. Вопрос острый не только из-за геополитического противостояния. Термин «научная дипломатия» — это не то, что мы сами придумали: в последние годы научная дипломатия активно развивается многими зарубежными странами. В ряде государств она поставлена на уровень реальной государственной дипломатии — есть специальные организации, которые этим занимаются, издаются книги. При этом разные страны ставят разные задачи перед своей научной дипломатией. Европейский союз по понятным нам причинам очень активен, продвигает мобильность ученых. У Китая во главу угла поставлено другое: максимальное привлечение в страну новых технологий и идей. И т.д. А какова наша стратегия в сфере научной дипломатии? — Это мы должны будем определить при подготовке Президентского совета.

Нам нужно определить концепцию и роль Академии наук в развитии научной дипломатии — просим коллег, которые профессионально этим занимаются, поделиться с нами своими соображениями.


(jpg, 160 Kб)

Академик РАН А.В. Адрианов. В последние годы обозначился растущий интерес государств к научной составляющей внешней политики, что обусловлено такими факторами как глобализация, общепланетарные проблемы (изменения климата, снижение биоразнообразия, новые болезни, природные катастрофы, продовольственная безопасность); осознание того, что этими проблемами должны заниматься вместе и дипломаты, и ученые, способные объяснить суть и взаимосвязь этих проблем. Концепция научной дипломатии реализуется развитыми странами как один из элементов доктрины «мягкой силы» и имеет финансовую и политическую поддержку со стороны государства. В условиях напряженной международной обстановки, политизации даже такой формы публичной дипломатии как «спортивная дипломатия» (то, что мы наблюдаем в последние дни), именно «научная дипломатия» становится и для России ключевым элементом политики «мягкой силы» на международной арене. Существуют различия в подходах к научной дипломатии в разных странах, с учетом национальных особенностей. Накоплен большой опыт, в том числе и в России — РАН, РФФИ, МГИМО, Курчатовский Институт.

В 2008 году AAAS (American Association for the Advancement of Science) создала Центр научной дипломатии (Centre for Science Diplomacy). С 2012 года центр издает свой журнал «Science and Diplomacy». В 2010 году AAAS и Royal Society of London for the Improvement of Natural Knowledge сформулировали три основных направления «научной дипломатии».

1). Наука в дипломатии (Science in Diplomacy): помощь науки в понимании и достижении дипломатических целей, научно-достоверные данные для принятия обоснованных решений, экспертные консультации (пример: поручение правительства по биоресурсам Антарктики); привлечение ученых в качестве независимых, основывающихся только на объективных фактах экспертов. Наука более свободна, чем какой-либо иной общественный институт, от влияния политической идеологии.

Наука всегда базируется на фактах, политика же — иногда на мифологемах. Ученые не боятся обсуждать вопросы, от которых дипломаты вынуждены иногда дистанцироваться в силу «политкорректности». Сами ученые могут инициировать новые международные задачи, которые надо решать с участием дипломатов (климат, экология). Наука интернациональна, но и здесь необходимо соблюдать определенные национальные интересы. Субъекты научной дипломатии не всегда являются полностью независимой силой и функционируют под контролем государственных органов.

2). Наука для дипломатии (Science for Diplomacy): использование научного сотрудничества, международных научных альянсов для улучшения международных отношений (новый дипломатический инструмент для выстраивания международных отношений, инструмент межнационального общения). Примеры: договор об Антарктике, объединение усилий в борьбе с глобальными вызовами — последствиями климатических изменений, микробной резистентностью, лихорадками Эбола, Зика; проект Геном человека (2003), Европейская лаборатория молекулярной биологии (80 независимых исследовательских групп).

3). Дипломатия для науки (Diplomacy for Science): дипломатическое содействие международному научному сотрудничеству (например, помощь встраиваться в крупные международные коллаборации с иностранными научными организациями; взаимовыгодные научные соглашения и инициативы — «Годы науки и образования»; упрощение формальностей для международного научного сотрудничества.

Важность развития «научной дипломатии» отмечена в «Стратегии научно-технологического развития РФ», утвержденной указом Президентом РФ 1 декабря 2016 г. (№ 642). Распоряжением Правительства РФ от 24.06.2017 № 1325-р утвержден план мероприятий по реализации Стратегии на 2017-2019 гг., п.35 («г») которого предполагает «развитие механизмов научной дипломатии» и среди ответственных исполнителей первым обозначена РАН.

РАН занимала и занимает особое место в реализации государственных интересов методами научной дипломатии. Несмотря на непростой для сохранения и развития российской науки период, Академия сумела сохранить свое международное признание и авторитет, уровень научной экспертизы и участия в международных проектах и структурах.

В то же время, некоторые эксперты отмечают недостаточное использование потенциала РАН и ее ведущих ученых в реализации «научной дипломатии», прежде всего в части проведения национальных интересов России. Потенциал для развития «научной дипломатии»:

— Более широкое использование корпуса иностранных членов РАН (равно как и наших членов иностранных академий и международных научных обществ;

— Более широкое взаимодействие с российскими научными диаспорами в зарубежных странах;

— Новые формы взаимодействия в проектах мегасайнс (фактически «акционирование» участия в создании и использовании международных мегаустановок);

— Расширение взаимодействий между молодыми учеными (конференции именно для молодых ученых);

— Расширение сети двусторонних семинаров по актуальным научным направлениям;

— Создание крупных совместных центров/институтов (например, планируется создание российско-французского центра исследований Арктики и климата в Санкт-Петербурге).

— Более широкое использование в рамках «научной дипломатии» популяризации достижений и результатов исследований отечественных ученых и их признания международным сообществом (взаимодействие с СМИ).

— Более широкое использование ресурсов Россотрудничества.

— Привлечение в состав действующих при РАН Национальных комитетов молодых активных ученых.

— Совместные публикации.

Предложения:

— Внесение международного сотрудничества в государственные задания для научных организаций, подведомственных ФАНО России и находящихся под научно-методическим руководством РАН, с выделением целевого финансирования для решения таких задач.

— Расширение задач по международному сотрудничеству в госзаданиях Российской академии наук и региональных отделений РАН с соответствующим финансированием на эти задачи.

— Создание представительств РАН в комиссии ЕС и ведущих странах, определяющих международную политику.

— Дополнительное финансирование программ академических обменов, программ ознакомительных поездок и стажировок в крупных зарубежных научных центрах.

Академик РАН А.М. Сергеев. В 2013 году в связи с изменением статуса Российской академии наук в отношении международной деятельности произошли существенные изменения. С одной стороны, Академия наук должна возглавлять и координировать этот процесс, с другой — нет никаких денег на научные обмены, что приводит к совершенно парадоксальным ситуациям. Недавно в поездке в Германию руководителей наших агентств и министерств обсуждалось научно-техническое сотрудничество, решили, в частности, создать российско-германский совет молодых ученых, проводить их встречи, запланирован приезд немецкой делегации, они скоро приедут. Но как же встречно нам организовать визит Академии наук? — Денег на международное сотрудничество нет, просить их у институтов неправильно. Чтобы статья такого обмена у нас, действительно, появилась — над этим потребуется поработать. Очень многие вопросы упираются в действующий юридический статус Академии наук, его надо повышать.


(jpg, 164 Kб)

Академик РАН А.А. Дынкин. Актуализация научной дипломатии сегодня связана, во-первых, с накоплением глобальных вызовов в развитии и, во-вторых, это кризис политических отношений России и Запада. Запрос на научную дипломатию растет как и во времена Холодной войны. Во Франции существуют стратегические документы по научной дипломатии, в США, Великобритании, Японии, Новой Зеландии созданы должности советников по науке при министерствах иностранных дел, которые занимают крупные ученые. Научная дипломатия используется Китаем в развивающихся странах для усиления своего влияния и для работы на долгосрочную перспективу.

Почему обращаются к ученым в критических точках мировой истории? Люди научного мировоззрения обладают большей устойчивостью к идеологиям, лучше других понимают масштабы вызовов и угроз, суть природы и общества, обладают иммунитетом к пиар-технологиям и к пропаганде, которая конструирует альтернативную реальность. И в России среди профессиональных групп, которым доверяют, ученые занимают одно из самых высоких мест. Научная репутация складывается годами поверх государственных границ — когда дипломаты, военные, деловые люди, бюрократы теряют доверие друг к другу, именно отношения между учеными часто остаются возможно последним связующим звеном межгосударственных отношений.

Можно выделять три направления. Наука в дипломатии — участие ученых в переговорах по глобальным проблемам: стратегическая стабильность, космос, изменения климата, продовольственная, энергетическая безопасность, приполярная зона, Мировой океан и т.д. Наука для дипломатии — работа специалистов по международным исследованиям для поиска компромиссов и развязок выхода из кризисных ситуаций. Дипломатия в науке — дипломатическая поддержка международного сотрудничества, организация совместных исследовательских проектов, в том числе по созданию Мега-установок.

Говоря о науке в дипломатии и дипломатии в науке напомню два имени. Это непревзойденный мастер, каким был мой учитель академик Евгений Максимович Примаков, чей профессиональный авторитет на Ближнем Востоке до сих пор остается непререкаемым. И другой ученик Е.М. Примакова арабист академик Виталий Вячеславович Наумкин, научный руководитель Института востоковедения РАН, который уже практически два года живет в треугольнике Москва-Дамаск-Женева. По его инициативе в этом году состоялась примирительная встреча палестинских организаций и фронтов, что, кроме России, некому организовать не удавалось.

Классической формой научной дипломатии уже 60 лет является Пагоушское движение — с момента, когда Манифест Рассела и Эйнштейна собрал в канадской деревушке Пагоуш встречу ученых Запада и Востока по предотвращению войны. В 1965 году движению была присвоена Нобелевская премия мира. В работе Пагоушского движения принимали участие выдающиеся ученые Академии наук — А.В. Топчиев, А.Н. Туполев, М.Д. Миллионщиков, В.И. Гольданский, лауреаты Нобелевской премии П.Л. Капица, А.М. Прохоров, А.Д. Сахаров, Н.Н. Семенов, И.Е.Тамм и другие. В этом году в Астане состоялась очередная 62-я конференция Пагоушского движения, следующая состоится в Ереване в 2019 году.

Приведу примеры научной дипломатии другого рода. Моему институту ИМЭМО РАН имени Е.М. Примакова еще летом 2014 года удалось переключить внимание с эскалации взаимных обвинений по поводу конфликта в Донбассе к поиску стратегии выхода из кризиса. Так появился Мирный план Путина, а далее были подписаны первые минские соглашения. Еще пример: два года назад мы выпустили доклад, который вошел в список лучших мировых работ 2015 года: развал договоров по стратегическим наступательным вооружениям приведет к тому, что в среднесрочной перспективе мы вместо нынешних 9 ядерных государств можем увидеть уже 15! А это большие риски, в том числе и угроза попадания ядерных устройств к террористам. После подписания последнего из договоров по СНВ, которое состоялась в Праге в 2010 году, уже 7 лет не проводятся не только переговоры, а даже консультации, хотя до завершения срока действия договора остается всего 4 года. Буквально на днях эту тему удалось вернуть в поле обсуждений с американцами.

Сложившаяся форма научной дипломатии — конференции по текущему и перспективным проблемам мирового порядка, в этом ряду «Примаковские чтения»: этот форум вошел в десятку наиболее престижных международных конференций, посвященных мировых проблемам, в 2016 году в чтениях участвовал В.В. Путин. Вся вышеназванная работа не попадает в показатели эффективности, которые предлагает ФАНО.

Сегодня в литературе вместо термина научная дипломатия начинает укрепляться метафора «квантовая дипломатии XXI века», что отражает то, что понятие становится многомерным. Сегодня территория России находится в проекции, кроме США, еще пяти ядерных держав — Пакистан, Индия, Израиль, Китай, Северная Корея: ракеты средней дальности достигают нашей территории. Поэтому сегодня стратегическую стабильность стоит рассматривать в рамках нескольких корзин. Первая — классический межконтинентальный баллистический носитель с дальностью 5 тыс. километров. Вторая — субстратегические ракеты, видимо, появится и гиперзвуковые ракеты. Третья — системы ПРО. Четвертая — гипероружие, включая гиперпсихологическое. Пятая — ударные космические системы. Даже классификационные подходы в этой сфере еще не сложились.

Противодействие терроризму — сегодня есть уже 9 оперативных театров военных действий, возникает новый — исламский Эмират в Нигерии. Террористы сегодня уходит в малые ячейки в серый и черный интернет и здесь для противодействия необходимы когнитивные методы психологии и социологии. В рамках сотрудничества РАН с Национальной академией США проводим совместно с Институтом этнологии и антропологии конференции по этой проблематике. Еще один раздел — противодействие росту хрупкости государств, к сожалению, уже примерно треть государств находится по этому показателю в тревожной зоне или на критическом уровне. Такое происходит под давлением нелегальных сетей, гибридных структур, конвергенции терроризма, наркотрафика, криминальных группировок, теневых финансовых схем. Возникают сетевые киберхалифаты без очевидных главарей. Наконец, серьезные проблемы возникли и в связи с кодификацией цифровой экономики — т.е. криптовалют и блокчейна.

Предлагаю инициировать в РАН Научный проект по научной дипломатии России — в сфере укрепления связей на постсоветском пространстве, где сохранились советские научные школы, а русский язык продолжает играть важную роль для передачи и приращения знаний. Целесообразно начать подготовку специалистов по научной дипломатии в нескольких вузах — скажем, в Бауманском университете, в МГИМО, в ФИЗТЕХе: читать специальные лекции по основам естествознания, с основами социальных наук, стандартными курсами по истории дипломатии, по современной дипломатии и т.д. — словом, магистерский уровень подготовки.

Научная дипломатия справилась с вызовами XX века, но в ХХI веке четвертая промышленная революция потребует колоссальных усилий, поэтому сегодняшнее заседание считаю актуальным.


(jpg, 166 Kб)

Академик РАН Л.М. Зеленый. Можно назвать четыре разных направления научной космической дипломатии: сотрудничество с США, с Западной Европой (с космическими агентствами этих стран — европейским, французским, немецким, итальянским), с Восточной Европой и странами СНГ, с Китаем. По всем правлением дело обстоит совершенно по-разному. Космос по своей сути предназначен для мирного сотрудничества, в космосе нет границ. Недавно мы отмечали 60-летнюю годовщину запуска Первого искусственного спутника — он дал много не только на науке, но и дипломатии: фактически перевел соревнование между СССР и США в мирную плоскость, изменил суть Холодной войны. Неизвестно, что имеет большее значение для обороны страны — «жесткая сила» в виде боевой межконтинентальной ракеты или «мягкая сила» в виде Первого спутника.

В совете «Интеркосмос», созданным Академией наук СССР, участвовали все страны Восточной Европы и Куба, постепенно к ним присоединились Франция и Швеция, в последние годы и немецкие ученые. Эта мощная организация использовала принцип «мягкой силы» для  пропаганды достижений нашей страны. В 91-м году все это пошло на убыль, но Совету по космосу РАН в российское время очень много удалось сделать. Контакты, которые возникли во времена СССР, были еще живы — мы до последнего времени работали с учениками тех ученых, и с учениками их учеников. Было несколько проектов «Интеркосмос» — участвовало 20 стран, т.е. инерция этой дружбы была велика. За эти годы с 91-го по 2013 гг. в Совете по космосу удалось восстановить эти связи, разорванные после распада Советского Союза. Но с 2013 года эта деятельность практически прекратилась, словно была обрублена топором. Наши коллеги теперь начинают работать с Европой и с Китаем. Однако в Беларуси была проявлена политическая воля и сотрудничество по космическим проектам там идет хорошо. А с другими странами Восточной Европы — плохо. На это обратила внимание в Совете Федерации межпарламентская Ассамблея стран СНГ, они обратились в наш Институт космических исследований с предложениями о создании какой-то программы. Мы выступили с таким предложением, взяв за основу то, что сделано в Дубне — как Объединенный Институт ядерных исследований. Получили поддержку В.И. Матвиенко, несколько раз выступали в Совете Федерации на парламентской Ассамблее стран СНГ, но как только дело доходило до Минфина — все буксовало.

Один из примеров научной дипломатии — 1975 год, год самой «жесткой» Холодной войны: тогда научной дипломатией сделан совместный полет Союз-Аполлон многие это помнят. Были сделаны наработки по стыковочным механизмам, по маневрам в космосе — они стали важны для участия в Международной космической станции, что также прекрасный пример вавилонской башни, которую, все-таки, удалось построить. Большую роль играет космическая медицина — на прошлой неделе закончилась российско-американская встреча, опять же, как мы понимаем, не в самое теплое и хорошее время. Коллектив, который создавал МКС, выдвигается на Нобелевскую премию мира.

Неплохо идут дела и в области пилотируемой космонавтики, у нас РОСКОСМОС финансирует эти работы. Летом этого года мы написали Владимиру Владимировичу письмо, которое было поддержано, о возможностях совместного российско-американского проекта по исследованию Венеры. Мы давно с американцами вели эти разговоры, у них большой интерес к этой планете, была создана и начала работать совместная Рабочая группа, но в 2014 году все была оборвано. Сегодня есть сдвиг в положительную сторону.

Мы много занимаемся Марсом, это тоже финансируется РОСКОСМОСом, деньги небольшие, но политически очень видны: наши российские приборы устанавливаются на зарубежных космических аппаратах, что совсем недорого по космическим меркам. Кстати, в этом каждый раз нам надо пройти жесткую конкуренцию с американскими коллегами-соперниками.

Мне очень нравится — наши ученые умеют работать с зарубежными учеными. В солнечной системе наши приборы работают на американских и европейских аппаратах около Луны, Марса, Венеры — здесь дела обстоят неплохо, коллегами других стран оцениваются знания и авторитет наших ученых РАН, средства приходят из РОСКОСМОСа. Сейчас началась новая большая амбициозная программа ЭКЗОМАРС — поиски воды и следов жизни на Марсе, мы ее осуществляем с Европейским космическим агентством. У нас есть хорошая Лунная программа: мы планируем три космических аппарата в это десятилетие — Луна-25, Луна-26, Луна-24. Последняя успешная попытка по доставке грунта с Луны была в далеком 1976 году. Скоро полетит большая экспедиция к Меркурию — на аппаратах российском, европейском, японском  стоят российские приборы. Сотрудничество идет неплохо. Впереди создание на Луне международной базы, которая будет заниматься научными исследованиями в области астрофизики, исследованиями гравитационных волн — РОСКОСМОС подписывает соглашения с НАСА, присоединяются другие страны; здесь хорошие перспективы.

Вот диаграмма публикаций китайских ученых совместно с учеными разных стран, мне больно смотреть — здесь России нет вообще. Когда-то китайская Академия наук была создана по образцу АН СССР, а сейчас у них амбициозные результаты и есть чему поучиться. Как действует китайцы: чтобы развить сотрудничество с Европейским агентством, китайская Академия наук совместно сложилась с ним порядка по 80-90 млн. евро и предложили ученым своих стран сделать совместный проект. Там был большой конкурс, около 10 предложений. Мы несколько раз просились в совместный проект с китайскими учеными, но у нас нет финансирования. Нужна политическая воля, без нее ничего не будет. Китайцы и европейцы проявили эту волю и получили большие перспективы взаимодействия.

Есть еще один, уже созданный ранее, институт в Швейцарии — международный институт космической науки, где на неделю-две собираются ученые разных стран и методом мозгового штурма решают задачи. Это оказывается чрезвычайно продуктивным, выход от этих встреч громадный. В 2010 году было подписано соглашение Академии наук с этим институтом, хватило 75 тыс. франков, чтобы 5-7% ученых было из России, для нас чрезвычайно полезно — у нас мало космических проектов, мало спутниковой информации и наши ученые работали там с самыми современными данными. Это сильно поддерживало авторитет РАН. Но после 2013 года, когда Институты отделили от Академии, все это рухнуло.

Предлагаю обратить внимание МИДа: мы теряем наших партнеров в Восточной Европе, они еще есть, это восстановить, пока необратимого разрыва не произошло, но скоро произойдет. Если государству нужно, «мягкая сила» научной дипломатии может осуществиться, мы готовы, но нужна поддержка.


(jpg, 166 Kб)

Академик РАН П.В. Логачев. В целом международное сотрудничество институтов СО РАН со странами северо-восточной Азии определяется следующими факторами:

• Китай, Япония, Тайвань, Южная Корея заинтересованы в развитии научного сотрудничества и рассматривают его как возможность привлечения нашего интеллектуального потенциала для решения задач инновационного развития своей экономики;

• СО РАН может выступить в качестве структуры, организующей сотрудничество в интересах региональных производительных сил Сибири и Дальнего Востока;

• Для этого нужны инструменты, одним из которых могут быть «Интеграционные проекты», обеспечивающие равное участие сторон, сосредоточение усилий на представляющих взаимный интерес региональных темах и равное распоряжение интеллектуальной собственностью;

• В связи с реализацией Китаем стратегии «Новый шелковый путь» возрастает роль СО РАН, как экспертной и организующей структуры в направлении защиты национальных интересов;

• То же самое относится к изучению и развитию производительных сил Арктики, особый интерес к которому проявляют Китай, Япония и Южная Корея. У СО РАН есть научные наработки и структуры способные взять на себя координирующую роль в международном сотрудничестве с этими странами;

• Сибирское отделение РАН готово реализовать имеющийся опыт и в рамках сотрудничества Академий наук и государственных научных организаций стран ШОС. При этом необходима поддержка (не только финансовая, но и организационная, правовая) со стороны руководства Академии наук, ФАНО, центральных и региональных органов.

О международном сотрудничестве сибирских институтов.

Сотрудничество ИЯФ-ЦЕРН (проект БАК и эксперименты). Большой интеллектуальный вклад разработку элементов ускорителя БАК: большое количество разработок и поставок «под ключ». Освоение новых технологий в производстве ИЯФ: создание система электронного охлаждения тяжелых ионов в LEIR; успешная крупномасштабная кооперация с другими научными организациями и промышленностью РФ; участие в модернизации ускорителя БАК для работы на высокой светимости; успешное участие в экспериментах на LHC.

Сотрудничество с КЕК (Япония).

Сотрудничество в области создания и применения лазеров на свободных электронах (ЛСЭ) — сотрудничество Корейского института исследований по атомной энергии (KAERI) и Института ядерной физики им. Г.И. Будкера в области разработки и создания ЛСЭ началось около 25 лет назад:

Был совместно построен оригинальный компактный ЛСЭ терагерцового диапазона, более 20 лет работающий на пользователей излучения. Пользователи из Южной Кореи сделали несколько работ на излучении УНУ «Новосибирский ЛСЭ». В 2010 – 2016 гг. сотрудники ИЯФ участвовали в работе международной лаборатории (аналог «мегагрантов»), созданной в KAERI. Одним из результатов этой работы явилось создание установки с фемтосекундными электронными сгустками для ультрабыстрой электронной дифракции и других экспериментов с высоким временным разрешением.

Поставки ускорителей ЭЛВ: Китай: 75 +4 (контракт); Южная Корея 22 +1 (контракт); Индия 4 +4 (контракт).

Совместное производство ускорителей ЭЛВ:

Ю. Корея: EB-TECH. Сo

Китай: Shanxi Yiruidi Electrical Technology Co.

Научное сотрудничество (Корея): Eyngnam university; Postech; Institute of basic science.

Промышленные ускорители ИЛУ для стерилизации и обработки пищевых продуктов. Работают несколько ускорителей ИЛУ на промышленных предприятиях и в научном учреждении в Китае. Работает ускоритель ИЛУ-10 в университете «KAITEC» Южная Корея. Поставлен ускоритель ИЛУ-8 в Японию (Мицубиси хэви индастрил) для разработки технологий. Компания «EbTech» (Южная Корея) в настоящее время ведет переговоры о совместной поставке ускорительного комплекса «под ключ» на основе ускорителя ИЛУ-14 в Индонезию в исследовательский центр «BATAN» и во Вьетнам в компанию «Mekong logistic» для обработки морепродуктов.

Сотрудничество ИЯФ-ЦЕРН по проекту БАК (1990-н/вр) не только продемонстрировало высокий уровень наших физиков и инженеров, но оказало огромное влияние на успешную реализацию собственных научных программ Института!

На Научно-исследовательской станции «Остров Самойловский» в лабораторном крыле находятся 8 помещений, оборудованных большим количеством современных приборов. На станции ежегодно работает от 50 до 80 ученых из научных организаций России, Германии и других стран, которые проводят комплексные исследования с помощью разнообразных аналитических приборов и оборудования, находящегося на НИС. Предлагается: придать станции статус Центра коллективного пользования.

С участием ученых Сибирского Отделения РАН работает Международный союз по полярной медицине.


(jpg, 165 Kб)

Академик РАН А.О. Чубарьян. Многие годы существуют глобальные и национальные примеры и инициативы в выстраивании и укреплении международных связей и сотрудничества российских ученых с их зарубежными коллегами, что оказывает определенное воздействие на международные отношения и дипломатическую сферу. Усиление и расширение координационных направлений такого международного сотрудничества могли бы содействовать улучшению общего международного климата, повышая международный авторитет и признание роли России в мире. Однако на практике международное сотрудничество российских ученых, как правило, весьма фрагментарно и не всегда имеет признанное значение. Отсутствуют модели и методологии проблемы. Нет систематики по этому вопросу. Важная задача состоит в определении общих параметров, выработке методологических основ, концепций, повышении значимости научной экспертизы, выстраивании более тесного сотрудничества ученых с дипломатией. В концепции проекта «Научная дипломатия» можно было бы раскрыть позитивные и негативные результаты этой взаимосвязи, а также способы воздействия науки на дипломатию. Главное состоит в том, чтобы проанализировать роль науки во внешней политике и рассмотреть результаты и возможные перспективы их взаимодействия. Используя современные достижения и результаты, наука может помочь дипломатии ответить на современные вызовы и существующие риски в международной ситуации и мировой политике, а также более четко выстраивать новые концепции и модели.

В связи с ролью научных исследований можно выделить следующие актуальные направления науки, отражающие современные задачи и сферы деятельности дипломатии:

1) глобальные вызовы, новые тенденции в международных отношениях, построение новой системы мирового порядка;

2) историческое наследие, роль и влияние исторических традиций и различных идентичностей на современные международные отношения и дипломатическую сферу;

3) культурологические особенности мира в целом и отдельных регионов и стран (так называемое регионоведение);

4) проблемы безопасности в общемировом и региональных контекстах;

5) религиозный аспект современных международных отношений;

6) соотношение насилия и миротворчества в истории;

7) анализ роли компромиссов в истории;

8) анализ социальных изменений в современном мире;

9) проблемы климата, роль окружающей среды и здоровья в современном развитии, их включение в сферу деятельности дипломатии;

10) изучение роли освоения космического пространства.

Представляется важным определение степени влияния передовых технологий, когнитивных исследований, искусственного интеллекта и цифровых методов на современные международные отношения и дипломатию.

Одна из ключевых проблем — подготовка фундаментальных исследований, направленных на преодоление социокультурных угроз и рисков, включая угрозы «жесткие» (терроризм, применение насилия) и «мягкие» (утрата идентичности и другие).

Актуальным является использование междисциплинарных методов в научном осмыслении современных мировых проблем и вызовов.

Важнейшая задача — сформировать методологию и методику взаимосвязи академической среды и основного «пользователя», т.е. дипломатии. Более глубокая связь между академическим знанием и практикой дипломатии может привести к созданию новой синергии.

В этой взаимосвязи важнейшее место принадлежит научным экспертизам, включающим современные оценки ситуации и, главное, пути, направление, способы и рекомендации по реализации итогов анализа.

Важное значение имеет анализ реакции дипломатии, ее отклики на научные рекомендации и ее готовность к использованию таких рекомендаций в своей практике.

Представляется актуальным разработка этой проблематики в рамках получившей распространение формулы: дипломатия для науки, наука для Дипломатии и наука в дипломатии.

Предлагаемые меры для взаимодействия наук и дипломатии:

I. Создание межинститутской группы при Президиуме РАН для выработки методологии, концепции и практических рекомендаций по тематике «Научная дипломатия».

II. Включение в план ряда Институтов (на междисциплинарной основе) тем по вопросам «научной дипломатии».

III. Установление контактов с международными организациями (прежде всего, с новыми проектами по «научной дипломатии» в рамках Европейского союза) для координации и кооперации по этим проблемам.

IV. Проведение конференций и круглых столов по проблемам «научной дипломатии».

V. Установление связей с МИД РФ на постоянной основе, проведение мониторинга, отражающего восприятие рекомендаций науки в практике дипломатической работы. В этих целях возможно создание совместной рабочей группы РАН и МИД для координации деятельности в сфере «научной дипломатии» и определения критериев научных экспертиз для дипломатической деятельности.


(jpg, 168 Kб)

О.В. Степанов, Директор Департамента внешнеполитического планирования МИД РФ.

1. Как нам представляется, научная дипломатия может иметь по меньшей мере две формы. Во-первых, это — дипломатия ученых, то есть, по сути, приближенная к классической дипломатической работе международная деятельность в интересах нашего государства, осуществляемая силами людей науки. Сюда включается и так называемая «дипломатия второго трека», если под первым треком понимать официальные межгосударственные контакты. Понятно, что ценность «второго трека» возрастает в периоды неопределенности, возрастания конфликтности, проблемности в тех или иных двусторонних отношениях. Сегодня такого рода научная дипломатия особенно востребована во взаимодействии с западными странами. Примеры имеются, а некоторые формы наработаны еще в период «холодной воины»: Дартмутский диалог, Пагоушское движение.

Можно отметить, что в подобную деятельность вовлечены отнюдь не только профильные — страноведческие или «региональные» — специалисты и институты, хотя, конечно, в первую очередь именно они. (В этом контексте можно, видимо, отметить деятельность директора Института востоковедения РАН В.В.Наумкина при спецпосланнике Генерального секретаря ООН по Сирии С.де Мистуре).

Кстати, «расширение участия представителей научного и экспертного сообщества России в диалоге с иностранными специалистами по вопросам мировой политики и международной безопасности» указано в качестве одного из направлений развития общественной дипломатии в Концепции внешней политики России (п.48, 2016). Очень важно, чтобы внешняя политика в сфере научных взаимоотношений была активной и в плане реализации крупных международных проектов, и в области пропаганды наших достижений.

2. Хороший пример — инициатива проведения международных форумов в честь юбилеев запуска первого искусственного спутника Земли. Их можно было бы сделать регулярными. Справочно: Форумы были организованы силами Академии наук и Роскосмоса в 1987, 2007 и 2017 гг. с участием зарубежных учецых. Институт космических исследований РАН предлагает сделать форумы регулярными для обсуждения сделанного и оценки дальнейших перспектив космических исследований, закрепив, таким образом, статус нашей страны как первооткрывателя дороги в космос.

Свою ценность имеют и «малые шаги». Пример: обсуждаемая возможность организации в США — в частности, на площадке ООН, а затем, может быть, и в Посольстве России в Вашингтоне: выставки о вкладе нашей страны в освоение космического пространства и международном сотрудничестве в этой сфере на основе материалов Роскосмоса и Института космических исследований РАН, приуроченной к недавно отмечавшемуся юбилею первого спутника.

3. Что касается другого основного направления научной дипломатии, то оно, на наш взгляд, состоит в осуществлении сотрудничества с иностранными партнерами непосредственно в сфере науки и технологий. В работе на этом направлении следует отталкиваться от официальных документов и поручений. Назову Стратегию научно-технологического развития Российской Федерации и утвержденный Правительством России План действий по ее реализации. Справочно: Стратегия научно-технологического развития Российской Федерации принята в декабре 2016 г., План действий по ее реализации утвержден Распоряжением Правительства России в июне с. г.

Планом действий (п. 35) Академии наук поручено подготовить аналитическую справку о состоянии, перспективных направлениях формах и механизмах развития научной дипломатии, а также предложения по их внедрению. По просьбе РАН МИД России направлял свои соображения к Плану действий (письмо В.Г.Титова на имя Президента РАН академика А.М.Сергеева в октябре с.г.). Речь идет о практических направлениях взаимодействия с основными нашими зарубежными партнерами, в рамках уже созданных механизмов и договоренностей — как на двусторонней, так и многосторонней основе: с государствами СНГ, ЕАЭС, ШОС, АТЭС, БРИКС.

Еще одним направлением, видимо, является участие российских ученых в работе экспертных органов системы ООН — Комиссии по науке и технике в целях развития, Всемирной метеорологической организации, Международного института прикладного системного анализа, Форума по науке, технике и инновациям под эгидой ЭКОСОС, ЮНИДО и ЭСКАТО, и других подобных организациях и институтах.

4. Несколько слов об организационно-технической стороне дела. Актуальной задачей представляется сфокусировать усилия в сфере научной дипломатии на координации работы российских экспертов, придании ей системного и регулярного характера. В целях повышения эффективности можно было бы предусмотреть разработку комплекса мер по сближению науки и дипломатии, расширению взаимодействия российских экспертных и научных кругов с профильными департаментами МИД и российскими диппредставительствами за рубежом. Справочно: При посольствах Российской Федерации имеется 35 должностей атташе по науке, закрепленных за Минобрнауки. Работа по осуществлению межгосударственного взаимодействия в научно-технической сфере ведется также по линии Российских центров науки и культуры, функционирующих под эгидой Россотрудничества.

Требует дальнейшего совершенствования и работа в рамках российских диппредставительств по сбору информации о научно-технических новациях, прежде всего в индустриально развитых странах. В частности, существует потребность в создании единой централизованной системы налаживания международных научно-технических связей, а также подготовки российских специалистов за рубежом и закупки технологий для решения таких задач, как развитие отечественной научно-технической базы.

Академик РАН А.М. Сергеев. В докладе, который мы готовим в Правительство и в Президентский совет, мы обязательно это учтем. Перед нами ставят задачи, которые Академия наук должна выполнять именно как Академия наук. Следовательно, мы должны иметь статус, иметь госзадание на деятельность по обеспечению работ в сфере научной дипломатии, соответственно, должен быть ресурс, иначе мы обречены на общие разговоры без содержания. Мы пожинаем плоды реформы 2013 года — где теперь эти средства? Мы ничего сделать не можем, даже в вопросах прогнозирования. Надо обязательно восстанавливать, добиваться. Сейчас совместно с ФАНО работает группа по регламенту формулировок госзадания, планируем еще в этом году вынести обсуждение этого вопроса на заседание Президиума — потому что действительно Академия наук должна играть роль при составлении госзадания, а сейчас роли нет никакой. Важно, чтобы это госзадание появилось для институтов, но непременно госзадание на научную дипломатию, на научные обмены, должно появиться и у самой Академии наук. В том числе речь идет и об участии в совместной работе по ранее прошедшим отобранным проектам на крупных международных установках. Это будет финансироваться Академией наук — почему бы нет?

Если в госзадание для Института появляется пункт, который Академии наук утверждает и принимает связанный с совместными исследованиями на международных установках, это можно включать и при отчете, на это можно ссылаться. Второй момент: ФАНО (появилось это в их уставе или нет) — довольно активно занимается международной деятельностью — сейчас, например, большая делегация находится во Вьетнаме, подписывает международные соглашения от имени ФАНО. Считаю, мы должны добиться, чтобы такой пункт появился прямо у нас — пусть он, при этом, появится и в ФАНО, разберемся и договоримся в общих интересах.

В обсуждении докладов выступили заместитель директора Департамента Минобрнауки А.В. Аникеев, академики РАН В.Е. Фортов, Ю.М. Михайлов, В.Я. Панченко, В.И. Сергиенко, В.Ф. Вдовин — д.ф.-м.н. заместитель председателя профсоюза работников РАН.

Академик А.М. Сергеев. Со стороны Минобрнауки протянута рука сотрудничества в части научной дипломатии — в документах, которые подготовлены Министерством и утверждены Правительством, Российская академия наук стоит первым номером. Будем сотрудничать!

То, что Академии наук оказано доверие стать координатором в научной дипломатии — это хороший момент, чтобы нам вернуть наше финансирование: появятся обмены, поездки, организации конференций. Необходим поиск совместных ресурсов с ФАНО, Минобрнауки, РФФИ, НТС ВПК, чтобы академические институты могли получать дополнительные средства для укрепления международного сотрудничества на разных уровнях. Думаю, скоро будем встречаться с руководством Министерства иностранных дел, будем просить их учредить должность советника — или при Министерстве или при министре иностранных дел — который бы занимался научно-техническими вопросами. Необходимо также организовать совещание на самом высоком уровне МИД, где бы была обсуждена роль Российской академии наук в научной дипломатии. Космос — та площадка, где международное взаимодействие выстроено, нужно его всесторонне поддерживать, но появляются и новые направления, связанные с климатом, океаном, медициной и др. Тут тоже надо проговорить с МИДом — такие крупные блоки, помимо космоса, также надо затвердить, где роль Академии может быть важной в развитии научной дипломатии.

Есть сферы, где сама Академия не дорабатывает — даже при существующем ее статусе и ресурсе. У нас, как известно, 500 иностранных членов Российской академии наук (для справки: в США — 100, в Германии — 50, во Франции — 30, в Китае — 70) и они идейно хорошо расположены к России, к нашей науке, к Российской академии наук. Обязательно нужно использовать этот ресурс. Можно провести межгосударственные мероприятия, встречи в какой-то европейской стране или в Соединенных Штатах Америки, чтобы в странах, где есть крупная группа членов Российской академии наук, была некая общественная организация по поддержке Российской академии наук. В 2013 году и позднее нам надо было организовать поддержку, поэтому, чтобы в будущем не просить подписать письмо у одного нобелевского лауреата и у другого, надо, чтобы была некая организация, думаю, все иностранные члены Российской академии наук готовы подписывать такого рода обращения.

Вопрос о диаспоре. Есть много сильных ученых, которые не порвали связь с Россией, хотят сотрудничать — и раньше здесь ими высказывались разные предложения. Эту деятельность можно организовать лучше. Минобрнауки, со своей стороны, активно ведет мероприятия с нашей диаспорой — и многие предложения диаспоры, сформулированные еще примерно в 2010 году по организации науки в России, по связям, по контактам — состоялись. Эти вопросы надо совместно с Министерством развивать. Словом, мы должны учесть названные моменты, чтобы достойно выглядеть на Президентском совете.


ВИДЕО


Президиум РАН рассмотрел вопрос об увековечении памяти академика РАН Н.Г. Басова (представление Отделения физических наук).

х х х

На заседании рассмотрен вопрос о присуждении премии имени А.Ф. Иоффе 2017 года (представление Экспертной комиссии и бюро Отделения физических наук) д.ф.-м.н Мирону Янкелевичу Амусья и д.т.н. Ларисе Владимировне Чернышевой (Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Физико-технический институт им. А.Ф. Иоффе РАН) за цикл работ «Теория резонансных явлений в процессах взаимодействия фотонов, электронов и позитронов с атомами, фуллеренами и эндоэдралами». Выдвинуты членом-корреспондентом РАН Д.Г. Яковлевым.

На заседании Экспертной комиссии присутствовали 9 членов Комиссии из 11. В соответствии с результатами тайного голосования большинством голосов (за — 6, против — 3, недействительных бюллетеней — 0) к присуждению премии имени А.Ф. Иоффе 2017 года рекомендованы кандидатуры М.Я. Амусья, Л.В. Чернышевой.

На заседании бюро Отделения физических наук РАН присутствовали 26 членов Бюро из 41. В соответствии с результатами тайного голосования большинством голосов (за — 24, против — 2, недействительных бюллетеней — 0) в президиум РАН представлен проект постановления о присуждении премии имени А.Ф. Иоффе 2017 года М.Я. Амусья, Л.В. Чернышевой.

Цикл работ М.Я. Амусья и Л.В. Чернышевой «Теория резонансных явлений в процессах взаимодействия фотонов, электронов и позитронов с атомами, фуллеренами и эндоэдралами» содержит результаты многолетних теоретических исследований авторов. Построена теория процессов взаимодействия электронных оболочек обычных и «гигантских» (фуллерены и эндоэдралы) атомов с фотонами, электронами и позитронами с учетом корреляционных взаимодействий между электронами в рассматриваемых многочастичных системах. Авторы объяснили и предсказали ряд необычных резонансных явлений, возникающих благодаря коллективному поведению электронов. Многие из этих предсказаний были подтверждены экспериментально. Среди них: интерференционные резонансы в сечениях фотоионизации; внутридублетные резонансы, обусловленные взаимодействием компонент спин-орбитальных дублетов; резонансы пленения и многое другое. Авторы внесли важный вклад в развитие математического аппарата для решения ряда сложных задач атомной физики и разработали комплекс программ «Атом», широко использующийся для исследования многоэлектронных атомных систем. Результаты обобщены в нескольких монографиях, изданных на русском и английском языках.

На заседании рассмотрен вопрос о присуждении премии имени А.Н. Северцова 2017 года (представление Экспертной комиссии и бюро Отделения биологических наук) д.б.н. Андрею Николаевичу Островскому (Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования Санкт-Петербургский государственный университет) за цикл работ «Морфо-функциональный анализ ключевых инноваций в различных филогенетических линиях типа Bryozoa». Выдвинут Ученым советом Санкт-Петербургского государственного университета.

На заседании Экспертной комиссии присутствовали 9 членов Комиссии из 9. В соответствии с результатами тайного голосования большинством голосов (за — 8, против — 1, недействительных бюллетеней — нет) к присуждению премии имени А.Н. Северцова 2017 года рекомендована кандидатура А.Н. Островского.

На заседании бюро Отделения биологических наук РАН присутствовали 22 члена Бюро из 26. В соответствии с результатами тайного голосования большинством голосов (за — 20, против — 2, недействительных бюллетеней — нет) в президиум РАН представлен проект постановления о присуждении премии имени А.Н. Северцова 2017 года А.Н.Островскому.

В работах А.Н. Островского представлены результаты многолетних исследований различных аспектов эволюционной и функциональной морфологии и репродуктивной биологии Bryozoa — широко распространенной группы водных колониальных беспозвоночных-фильтраторов. Используя богатейший палеонтологический и рецентный материал и отталкиваясь от идей А.Н. Северцова о морфологических закономерностях эволюции, Островский А.Н. впервые осуществил широкий анализ эволюционных инноваций, а именно — независимого возникновения специализированных скелетных и тканевых структур, связанных с размножением мшанок, с целью оценить их роль в эволюционном успехе этой группы. В ходе исследований автором были выявлены разнообразные структурные варианты инкубационных камер, а также определены основные этапы и тенденции в их эволюции в разных отрядах. Палеонтологические исследования А.Н. Островского показывают, что эволюционному успеху Bryozoa способствовало и конвергентное возникновение, и широкое распространение зооидального полиморфизма — полового и защитного. Были обнаружены древнейшие защитные полиморфные зооиды — авикулярии, и восстановлена морфологическая серия, демонстрирующая направление перехода от наименее к наиболее модифицированным полиморфам. На сегодняшний день это лучший из известных примеров эволюции полиморфизма у колониальных беспозвоночных.

Полученные автором результаты и разработанные им концепции являются крупным вкладом в развитие не только эволюционной морфологии, но и эволюционной биологии в целом. Они широко востребованы мировым научным сообществом.

На заседании рассмотрен вопрос о присуждении золотой медали имени Н.И. Вавилова 2017 года (представление Экспертной комиссии и бюро Отделения биологических наук) академику РАН Сергею Георгиевичу Инге-Вечтомову за серию работ «Регуляция действия генов и мутационный процесс». Выдвинут Новосибирской областной общественной организацией«Вавиловское общество генетиков и селекционеров» и академиком РАН Н.К. Янковским.

На заседании Экспертной комиссии присутствовали 7 членов Комиссии из 10. В соответствии с результатами тайного голосования единогласно к присуждению золотой медали имени Н.И. Вавилова 2017 года рекомендована кандидатура С.Г. Инге-Вечтомова.

На заседании бюро Отделения биологических наук РАН присутствовали 22 члена Бюро из 26. В соответствии с результатами тайного единогласно в президиум РАН представлен проект постановления о присуждении золотой медали имени Н.И. Вавилова 2017 года С.Г. Инге-Вечтомову.

Академик РАН С.Г. Инге-Вечтомов — лидер одной из ведущих школ российской генетики: школы генетики Санкт-Петербургского государственного университета. Представленная серия работ включает такие направления современной генетики, заложенные С.Г. Инге-Вечтомовым, как анализ факторов, регулирующих трансляцию уэукариот, явление белковой наследственности у одноклеточных организмов, разработка матричного принципа реализации генетической информации, генетический контроль мутационных и предмутационных изменений.

С.Г. Инге-Вечтомовым сформулирован фундаментальный принцип «неоднозначности матричных процессов». В рамках этих представлений все матричные процессы первого рода (репликация, транскрипция, трансляция) и матричные процессы второго рода (прионные конформационные изменения) характеризуются склонностью к ошибкам и способностью к коррекции этих ошибок. Баланс этих двух свойств, оптимизируемый в ходе эволюции, определяет уровни наследственной и ненаследственной изменчивости каждого вида организмов.

Под руководством автора разработана уникальная тест-система, получившая название «альфа-тест», позволяющая выявлять спонтанные и индуцированные предмутационные изменения ДНК, которые впоследствии исправляются системой репарации. Эта приоритетная разработка имеет не только фундаментальное, но и прикладное значение. Разработанная система может быть использована для тестирования первичных повреждений генетического материала в результате воздействия химических соединений и факторов внешней среды.

С.Г. Инге-Вечтомов в течение многих лет возглавлял Вавиловское общество генетиков и селекционеров и в настоящее время является его почетным президентом. По учебнику академика РАН С.Г. Инге-Вечтомова «Генетика с основами селекции» обучаются генетики в России и в странах ближнего зарубежья.

На заседании рассмотрен вопрос о присуждении премии имени А.Д. Архангельского 2017 года (представление Экспертной комиссии и бюро Отделения наук о Земле) д.г.-м.н. Юрию Ивановичу Тесакову (Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт нефтегазовой геологии и геофизики им. А.А. Трофимука Сибирского отделения Российской академии наук) за монографию «Силурийский бассейн Восточной Сибири». Выдвинут академиком РАН А.Э. Конторовичем и членами-корреспондентами РАН А.В. Каныгиным, В.А. Каширцевым и Б.Н. Шурыгиным.

На заседании Экспертной комиссии в соответствии с результатами тайного голосования единогласно к присуждению премии имени А.Д. Архангельского 2017 года рекомендована кандидатура Ю.И. Тесакова.

На заседании бюро Отделения наук о Земле РАН присутствовали 28 членов Бюро из 41. В соответствии с результатами тайного голосования единогласно в президиум РАН представлен проект постановления о присуждении премии имени А.Д. Архангельского 2017 года Ю.И. Тесакову.

Представленная монография — не имеющее аналогов научное обобщение по региональной геологии и стратиграфии крупнейшего в России и мире силурийского осадочного бассейна (СОБ), расположенного на Сибирской платформе. В монографии дано описание и обоснование детальной стратиграфии СОБ с детализацией как в разрезах, так и по площади распространения бассейна. Систематизированы по разработанной автором методике и номенклатуре палеонтологические и седиментологические данные по всем фациально-стратиграфическим зонам бассейна с выделением иерархически соподчиненных экостратиграфических единиц. Реконструированы палеогеография и история геологического развития бассейна. Монография Ю.И. Тесакова имеет важное прикладное значение для проектирования поисков месторождений нефти и газа в силуре Лено-Тунгузской нефтегазоносной провинции. Монография является достойным продолжением традиции региональных исследований геологии крупных осадочных бассейнов, заложенной академиком А.Д. Архангельским.

На заседании рассмотрен вопрос о присуждении премии имени А.П. Виноградова 2017 года (представление Экспертной комиссии и бюро Отделения наук о Земле) академику РАН Игорю Владимировичу Чернышеву за серию работ под общим названием «Изотопные U-Pb и Pb-Pb системы: геохронология и источники вещества рудных месторождений». Выдвинут академиками РАН Н.С. Бортниковым и И.Д. Рябчиковым.

На заседании Экспертной комиссии присутствовали 7 членов Комиссии из 9. В соответствии с результатами тайного голосования единогласно к присуждению премии имени А.П. Виноградова 2017 года рекомендована кандидатура И.В. Чернышева.

На заседании бюро Отделения наук о Земле РАН присутствовали 28 членов Бюро из 41. В соответствии с результатами тайного голосования единогласно в президиум РАН представлен проект постановления о присуждении премии имени А.П. Виноградова 2017 года И.В. Чернышеву.

И.В. Чернышев — ученик академика А.П. Виноградова, его работы развивают исследования, начатые в созданной А.П. Виноградовым лаборатории геохимии изотопов. В серии работ И.В. Чернышева рассмотрены вариации изотопного состава свинца как важнейшего критерия для идентификации источников рудного вещества. Они изучены на примере широкого спектра месторождений, различающихся по возрасту, геологическому положению, минерально-элементному составу и генезису. И.В. Чернышев внес значительный вклад в разработку методов масс-спектрометрического анализа свинца; их точность и чувствительность во многом определяют достоверность генетических реконструкций на основе свинцово-изотопных данных и надежность уран-свинцового датирования. Автором разработан высокоточный метод анализа свинца на основе современного метода изотопной геохимии — масс-спектрометрии с индуктивно связанной плазмой MC-ICP-MS. Применение этого метода резко повысило точность определения и последующего сравнения изотопных характеристик свинца отдельных образцов и месторождений.

 

На заседании рассмотрен вопрос о присуждении премии имени С.О. Макарова 2017 года (представление Экспертной комиссии и бюро Отделения наук о Земле) академику РАН Геннадию Григорьевичу Матишову за цикл работ «Использование морских млекопитающих в служебных целях». Выдвинут Ученым советом Мурманского морского биологического института Кольского научного центра РАН и Президиумом ЮНЦ РАН.

На заседании Экспертной комиссии присутствовали 9 членов Комиссии из 11. В соответствии с результатами тайного голосования большинством голосов (за — 8, против — 1, недействительных бюллетеней — 0) к присуждению премии имени С.О. Макарова 2017 года рекомендована кандидатура Г.Г. Матишова.

На заседании бюро Отделения наук о Земле РАН присутствовали 22 члена бюро из 41. В соответствии с результатами тайного голосования большинством голосов (за — 20, против — 2, недействительных бюллетеней — 0) в президиум РАН представлен проект постановления о присуждении премии имени С.О. Макарова 2017 года Г.Г. Матишову.

Цикл работ Г.Г. Матишова, представленный к присуждению премии имени С.О. Макарова — не имеющее аналогов научное обобщение по физиологии морских млекопитающих, изучению их поведенческих реакций и по использованию этих животных для решения широкого круга задач, в том числе двойного назначения. Научная работа по исследованию возможностей служебного использования китообразных и ластоногих Арктических морей начата под руководством Г.Г. Матишова в 1984 году и активно продолжается в настоящее время. Научные результаты опубликованы в ряде статей и пяти монографиях. Рассмотрены основные проблемы создания биотехнических систем, экономическая эффективность их применения, перспективы развития этого направления. В работах Г.Г. Матишова показано, что применение управляемых биотехнических комплексов актуально для мониторинга опасных явлений в морях, поиска и обезвреживания подводных взрывных устройств. Научные труды Г.Г. Матишова нацелены на решение прикладных задач для повышения обороноспособности нашей страны и таким образом продолжают традиции, заложенные выдающимся ученым-океанографом и военачальником вице-адмиралом С.О. Макаровым.

 

На заседании рассмотрен вопрос о присуждении премии имени О.Ю. Шмидта 2017 года (представление Экспертной комиссии и бюро Отделения наук о Земле) д.г.н. Льву Михайловичу Саватюгину (Федеральное государственное бюджетное учреждение «Арктический и антарктический научно-исследовательский институт») за серию монографий, посвященных истории исследования и топонимике Российской Арктики. Выдвинут Ученым советом Арктического и антарктического научно-исследовательского института и членом-корреспондентом РАН И.Е. Фроловым.

На заседании Экспертной комиссии присутствовали 7 членов Комиссии из 8. В соответствии с результатами тайного голосования большинством голосов (за — 5, против — 2, недействительных бюллетеней — 0) к присуждению премии имени О.Ю. Шмидта 2017 года рекомендована кандидатура Л.М. Саватюгина.

На заседании бюро Отделения наук о Земле РАН присутствовали 28 членов Бюро из 41. В соответствии с результатами тайного голосования большинством голосов (за — 27, против — 1, недействительных бюллетеней — 0) в президиум РАН представлен проект постановления о присуждении премии имени О.Ю. Шмидта 2017 года Л.М. Саватюгину.

Серия монографий Л.М. Саватюгина представляет собой масштабный обобщающий труд в области истории исследования и освоения стратегически важных для России арктических территорий; они являются весомым результатом в исследовании топонимики Российской Арктики. Эти работы вносят важный вклад в науку в области арктических исследований, продолжающих традиции, заложенные О.Ю. Шмидтом.

На заседании рассмотрен вопрос о присуждении золотой медали имени Ф.Ф. Эрисмана 2017 года (представление Экспертной комиссии и бюро Отделения медицинских наук) академику РАН Юрию Анатольевичу Рахманину за цикл работ по теме: «Медицина окружающей среды». Выдвинут Центром стратегического планирования и управления медико-биологическими рисками здоровью Министерства здравоохранения РФ.

На заседании Экспертной комиссии присутствовали 5 членов Комиссии из 5. В соответствии с результатами тайного голосования единогласно к присуждению золотой медали имени Ф.Ф. Эрисмана 2017 года рекомендована кандидатура Ю.А. Рахманина.

На заседании бюро Отделения медицинских наук РАН присутствовали 25 членов Бюро из 36. В соответствии с результатами тайного голосования единогласно в президиум РАН представлен проект постановления о присуждении золотой медали имени Ф.Ф. Эрисмана 2017 года Ю.А. Рахманину.

Цикл работ посвящен разработке актуальных направлений профилактической медицины — экологии человека и гигиены окружающей среды, в том числе созданию научно-методологических основ оценки рисков и ущербов влияния факторов окружающей среды на здоровье населения, обоснованию методологии гигиенического нормирования и медико-биологических исследований загрязнителей среды обитания человека, нового научного направления гигиены искусственно получаемых питьевых вод (разработаны современные критерии и стандарты качества для различных условий водопотребления и методология изучения влияния качества питьевой воды, ее химического, в том числе макро- и микроэлементного состава, на состояние здоровья населения), разработке научных основ искусственного пополнения запасов подземных вод, повышению барьерной роли водоочистных сооружений и устройств, методологии гигиенической оценки эффективности обеззараживания, очистки и кондиционирования качества воды при использовании более 30 различных технологий водообработки, в том числе для водоснабжения экипажей космических аппаратов и морфлота, обоснованию нового научного направления профилактической медицины — «медицина окружающей среды», направленной на нивелирование неблагоприятного воздействия негативных факторов окружающей среды на состояние здоровья населения, целенаправленное проведение реабилитационных, оздоровительных мероприятий, внедрение знаний гигиенически значимых связей «качество окружающей среды — состояние здоровья человека», новых анамнестических сведений и скрининговых медицинских исследований в практическую здравоохраненческую деятельность. Работы, выполненные Ю.А. Рахманиным по направлению экология человека, гигиена и медицина окружающей среды, представляют собой значительный вклад в мировую науку и имеют высокое социально-экономическое значение для Российской Федерации и стран СНГ. Цикл работ имеет большое значение для практики профилактической медицины и используется в процессе обучения в медицинских вузах. Оригинальность научных разработок академика РАН Ю.А. Рахманина закреплена российскими «ноу-хау» в виде 8 научных открытий и 54 патентов на изобретения.

 

Члены Президиума обсудили и приняли решения по ряду других научно-организационных вопросов.

 

 

 

 

 

 

 

 


 

Подразделы

Объявления

©РАН 2020