15 ноября, 2005 г. Дискуссии по «Стратегии» (Г.А. Месяц, Д.В. Ливанов, В.В. Иванов )

15.11.2005



Вице-президент РАН академик Г.А. Месяц:

Геннадий Андреевич, выступая в Совете Федерации на «круглом столе», посвященном вопросам повышения роли государственного сектора науки в стимулировании инновационно-инвестиционной деятельности, Вы отметили, что предложенную Минобрнауки «Стратегию РФ в области развития науки и инноваций» нельзя рекомендовать для обсуждения Правительству РФ, поскольку она нуждается в доработке. Что, на Ваш взгляд, необходимо корректировать в этом документе?

- После того, как этот документ был уже готов (это было достаточно давно), появились новые реалии, в частности, особые экономические зоны, специальные зоны по информационным технологиям, по которым сейчас идет конкурс в Министерстве экономического развития. В предложенной стратегии это не нашло отражения. Это первое.

Во-вторых, есть сомнения в том, что касается финансирования. Я сложил все деньги, которые предусмотрены в стратегии до 2010 г., но там - все деньги: и на фундаментальную науку, и на прикладную, и на науку, которая финансируется отраслевыми министерствами. Но с 2006 года вводится иная бюджетная классификация, по линии Министерства науки идет только около 50% финансирования, а 50% - по 10 другим министерствам. Сумма, указанная в Стратегии, превышает ту, которая сегодня выделяется на всю науку: очевидна нестыковка. Финансы – это фундамент, основа, и они посчитаны некорректно… Министерство, которое объявило себя головным, ведущим механизмом всего этого процесса, реально не сможет им руководить просто потому, не сможет использовать для инноваций те деньги, которые пойдут через Минсвязь, Росатом, Минсельхоз.

Я утверждаю, что концепция или стратегия, бесспорно, нужна, но я считаю, что она требует доработки с учетом появившихся фактов и новых реалий.

 

Заместитель министра науки и образования РФ Д.В. Ливанов:

- В качестве комментария можно заметить только, что Г.А.Месяц полностью не в курсе того, что написано в документе. С одной стороны, с учетом его занятости, вряд ли можно ожидать, что он сам найдет время ознакомиться с содержанием стратегии. С другой стороны, странно, что в огромном по своим масштабам Президиуме РАН не нашлось человека, который подготовил бы для вице-президента РАН, отвечающего за инновационное развитие, справку по существу. Это, кстати, дает ответ и на вопрос, почему в системе РАН так медленно идет коммерциализация результатов научно-технической деятельности, от чего прежде всего проигрывают институты РАН. Например, многократно озвученная на самых разных уровнях проблема участия академических институтов в капитале малых наукоемких компаний может быть решена решениями самого Президиума.

Если все же отвечать на высказанные замечания, то, во-первых, конечно, в Стратегии подробно описан инструмент развития, связанный с использованием особых экономических зон. Более того, есть описание и тех механизмов, которые сейчас только обсуждаются и будут использованы, начиная с 2007 г.: технопарки, промзоны, территориальные кластеры и т.д. По поводу финансирования. Именно для координации действий разных ведомств, имеющих ресурсы федерального бюджета на финансирование НИОКР, и разработана стратегия, которая будет обсуждаться и приниматься Правительством. Объемы финансирования из федерального бюджета на реализацию Стратегии, конечно, превышают минимальные объемы финансирования НИОКР гражданского назначения до 2010 г., утвержденные в 2002 г., поскольку включают в себя также расходы на формирование инновационной инфраструктуры и инвестиции в развитие научных организаций.

 

Начальник Научно-организационного управления РАН В.В. Иванов:

 

- Оказывается, во всем виноват аппарат Президиума РАН, которому «справедливо приписывается непрозрачность, закрытость, боязнь публичных обсуждений и критики» (Б.Г. Салтыков), который огромный по своим масштабам, но не может подготовить справку по существу, а потому в РАН так медленно идет и коммерциализация результатов (Д.В. Ливанов).

Рискну предположить, что в словах уважаемого Бориса Георгиевича есть некоторая натяжка. Так, если сравнить Министерство и РАН, то в первом случае мы можем выделить только Министра А.А. Фурсенко и Д.В. Ливанова, а от РАН в открытых публичных обсуждениях участвуют все руководители академии, а также руководители основных структурных подразделений аппарата. Что же касается боязни критики, то вообще-то это свойство любого аппарата, но смею уверить, что в РАН этой боязни меньше именно в силу демократичности академической структуры. И у меня есть реальная возможность сравнивать, потому что в свое время проработал со всеми Министрами науки от Б.Г. Салтыкова до И.И. Клебанова.

Хотел бы также отметить, что сейчас в аппарате Президиума РАН на разных должностях работают два бывших заместителя Председателя Правительства страны, они же бывшие Министры науки, скажем так, несколько бывших первых и простых заместителей Министра, несколько начальников Управлений (теперь департаментов) того же Министерства, не говоря уже о специалистах, так что квалификация и опыт этих людей вряд ли у кого-то должна вызывать сомнение. Тем более, что именно эти люди в свое время смогли сохранить отечественную науку. Сегодняшний аппарат Президиума напоминает по стилю тот, который создавал Б.Г. Салтыков - «аппарат думающий». Но при этом его зарплата в разы (подчеркиваю не в проценты, а в разы) меньше, чем в Министерстве, при значительно большей ответственности, поскольку за аппаратом РАН стоят конкретные исследования, институты и люди, в то время как Министерство отвечает только за политику - по крайней мере, в этом заключалась идея административной реформы. Но я не согласен с Б.Г. Салтыковым, что повышение зарплаты аппарата невозможно из-за юридических проблем - в прошлые годы эта проблема решалась и механизм известен. Наверное, все-таки, это нежелание отдельных чиновников заниматься своим делом или их непрофессионализм.

Прочитав комментарий Д.В. Ливанова, у меня возникло два вопроса:

1. А читал ли сам Дмитрий Викторович разработанную им «Стратегию…»?

2. А какой мы документ обсуждали - тот, который вывешен на официальном сайте Министерства, или какой-то иной, неведомый публике?

Вице-президент РАН академик Г.А. Месяц полностью прав - в тексте «Стратегии» отсутствуют механизмы создания особых экономических зон. Собственно о зонах говорится в приложении №6. Но там не прописаны механизмы, а есть некоторые общие фразы. Если же говорить о документе в целом, то, очевидно, что сейчас он к обсуждению на Правительстве не готов - об этом много говорили и на круглом столе, проводимом фондом «Открытая экономика», и на круглом столе в Совете Федерации. Было бы полезно опубликовать на сайте полную стенограмму этих обсуждений, а не отдельные подобранные фрагменты, как это стало практиковаться в последнее время. Со стороны Министерства будет большой ошибкой, если документ уйдет в Правительство без учета высказанных замечаний и без согласования с научным сообществом.

Теперь о проблеме коммерциализации научных результатов в РАН и участия академических институтов в капитале малых наукоемких фирм. Как-то неудобно снова писать об этом, но надо напомнить, что РАН, как и другие государственные академии, не имеет собственности - она вся федеральная. Это же относится и к финансам. Иначе говоря, РАН не имеет права использовать свои средства в коммерческих целях. Поэтому, то, что предлагает Д.В. Ливанов - это подпадает если не под уголовный кодекс, то под нецелевое использование средств. А кому это надо? Но если есть какие-то легальные варианты, то мы их с радостью воспримем. Может быть, Министерство сможет предложить юридически выверенные механизмы?

 

©РАН 2020