«Минусовое» зрение

08.08.2009



«Минусовое» зрение

В последних номерах "Научного сообщества" были опубликованы заметки председателя профкома ИНИОН РАН и заместителя председателя профкома ФИАН, из которых следует, что у нашего профсоюза за последнее время не было никаких значимых завоеваний. Коллеги не скрывают разочарования и неудовлетворения, и таких выступлений я в последнее время слышу немало. Довольно жестко критикуют нас и со стороны, хотя эта критика в основном, связана с плохим знанием предмета. Пример тому - опубликованная в этом номере статья М.Гельфанда "Дрессированные профсоюзы" и процитированные в заметке Н.Демченко, М.Митрофанова, А.Самохина "СМИ и профсоюз" высказывания участников форума Scientific.ru.

Конечно, недостатков в работе профсоюза хватает. Нам всем хочется, чтобы их было меньше, а победы случались чаще и были заметнее. Но, на самом деле, серьезные победы на счету профсоюза есть, и их немало, только мы, к сожалению, плохо рекламируем свои достижений. В этой статье мне хотелось бы обратить внимание руководителей первичных организаций ПР РАН на некоторые существенные результаты, достигнутые профсоюзом в последние годы. Прошу коллег донести эту информацию до членов своих первичных организаций.

Какие успехи, на мой взгляд, стоит отметить особо? Первый и главный: профсоюзу удалось договориться с работодателем, чтобы в Академии наук была введена система оплаты труда (СОТ), существенно отличающаяся от той, какую взяли на вооружение многие бюджетные структуры. В отличие от врачей, учителей и преподавателей вузов, существенную часть зарплаты работника РАН (70-80%) составляют оклады, которые, как известно, являются обязательными выплатами. Сотрудник академического института получит свой оклад, какими бы ни были его взаимоотношения с администрацией. А вот у перечисленных выше бюджетников, как и госчиновников, оклады составляют 20-30% зарплаты, остальное приходится на надбавки. Понятно, что при возникновении какого-то конфликта или сложной финансовой ситуации надбавки у человека легко можно снять. При таком раскладе сотрудник будет беспрекословно выполнять распоряжение руководителя и поостережется лишний раз проявлять инициативу. Для творческой профессии это совершенно недопустимый вариант.

Второе достижение профсоюза, за которое мы долго боролись и которое было реализовано буквально в прошлом году: академия подтянула оклады вспомогательного персонала (ИТР, рабочих, управленческого звена) к окладам научных сотрудников.

Профсоюз много критиковали по вопросу отношения к аттестации научных сотрудников, проведенной в РАН во время реализации третьего этапа пилотного проекта. Однако, в конечном итоге, оказалось, что мы поступили правильно, когда не стали возражать против проведения аттестации по тем правилам, которые утвердила сама академия. Мы понимали, что результаты в этом случае могут быть опротестованы, так как квалификационные характеристики не были подписаны Минобрнауки и Минздравсоцразвития, и объяснили эту ситуацию работодателю, но против выступать не стали. В результате, хотя требования были жестче, чем раньше, подавляющее большинство сотрудников прошло этот отбор, и теперь пять лет люди могут спокойно работать. На 20 тысяч ученых центральной части РАН случилось всего 4-5 судебных спора.

Много было вопросов к профсоюзу и по поводу проводившихся в последние три года сокращений. Нас обвиняли в том, что профсоюз дал согласие на увольнение 20% сотрудников, забывая, что сокращения были одним из условий пилотного проекта. Нет сокращений - нет повышения окладов, прямым текстом говорили представители власти. Прямо надо сказать: когда вопрос в коллективах ставился именно так, желание активно бороться у большинства членов нашего профсоюза пропадало, особенно после первого этапа, когда все убедились, что зарплату действительно повышают. Кроме того, постановление по пилотному проекту принимало Правительство РФ, а не наш непосредственный работодатель. Не надо забывать также, что во многом благодаря пилотному проекту удалось пробить нынешнюю систему оплаты труда, в результате чего мы имеем оклады в 2-3 раза большие, чем у большинства федеральных бюджетников.

Поэтому, профсоюз не стал активно противодействовать реализации пилотного проекта (хотя и не давал согласия на сокращения). Нам удалось добиться, чтобы при проведении сокращений широко практиковался перевод на небюджетную форму оплаты и неполный рабочий день. Благодаря этому ни на одном из этапов пилотного проекта число уволенных работников РАН не превышало 5%. В результате в академии сегодня 8 тысяч внебюджетников и 13 тысяч человек работают на части ставки.

Мы смогли добиться того, что люди, которые давно достигли пенсионного возраста и уже не могут трудиться полный рабочий день, имеют возможность заниматься делом всей своей жизни и получать за это солидную прибавку к пенсии. Я не знаю ни одного ведомства, в котором была бы реализована такая, без преувеличения сказать, крупная социальная программа. Достаточно отметить, что средний возраст докторов наук, находящихся на полной ставке, на 10 лет меньше, чем докторов, которые трудятся неполный рабочий день.

С некоторых пор Профсоюзу РАН удалось наладить с руководством академии нормальные рабочие отношения, и теперь все документы, касающиеся социально-трудовых вопросов, официально присылаются нам для учета мнения, как того требует законодательство. Например, в настоящее время Финансово-экономическое управление РАН готовит к принятию новую систему оплаты труда (НСОТ), общую для ученых и вспомогательного персонала. Профсоюз активно участвует в этом процессе, и практически все наши предложения или принимаются, или учитываются частично. Так, в готовящемся документе должны найти отражение следующие рекомендации профсоюза:

- оставить оклады научных сотрудников на уровне третьего этапа пилотного проекта

- распространить на ученых систему повышающих коэффициентов, которая действует для "ненаучных" сотрудников

- осуществлять выплаты стимулирующих надбавок по согласованию с учеными советами и профкомами институтов, а соответствующие положения принимать как приложения к коллективным договорам

- иметь возможность включать премии рабочим в их трудовые контракты.

Пока в новую систему не вошло только положение о том, что на всех сотрудников РАН распространяются гарантии по оплате труда, закрепленные в Отраслевом соглашении по РАН. Теперь, когда новый вариант Отраслевого соглашения окончательно утвержден, надеюсь, этот пункт будет включен в НСОТ. Кроме того, сравнивая прежнюю и новую тарифные сетки, мы обнаружили, что оклады такой категории сотрудников, как главные инженеры и замдиректора институтов, оказались ниже, чем были до этого. Значит, по данному вопросу надо вносить коррективы.

Безусловно, нерешенных задач у профсоюза намного больше, чем решенных. Остаются огромные проблемы с оплатой труда работников ведомственной медицины, культуры, образования. Сегодня они имеют такие же низкие оклады, как их коллеги из бюджетной сферы. Есть надбавки, которые платятся, в том числе - за счет оказания платных услуг. Работающих в мегаполисах эта система в какой-то мере устраивает, а для маленьких замкнутых городков она неприемлема. Мы пока не знаем, как подступиться к решению этой проблемы: работники этих сфер неактивны и в профсоюзе представлены слабо, поэтому общей позиции сформировать не удается.

Не удается нам решить и самой главной проблемы - добиться по-настоящему достойной зарплаты и нормальных условий труда для сотрудников РАН. Но для меня очевидно: при нынешнем руководстве государства (которое, по моему мнению, мало интересует и российская наука, и будущее страны) и при крайне низкой активности членов нашего профсоюза многого добиться невозможно.

Тем не менее, наш профсоюз и в такой ситуации решает серьезные задачи. Забывать и замалчивать этого нельзя. То же можно сказать о наших недостатках и проколах: о них надо говорить, их надо исправлять. Только во всем надо знать меру, замечая и плюсы, и минусы, а не что-то одно.

В.П. Калинушкин, председатель Совета МРО ПР РАН

НС 7-8 2009г.

©РАН 2019