1 сентября 2006 г. ВОПРОСЫ ДЛЯ КОНСИЛИУМА

01.09.2006



ВОПРОСЫ ДЛЯ КОНСИЛИУМА

В июльском  выпуске “НС”  уже не первый раз (см., напр., “НС” №№ 6, 8 (2002); 3, 10 (2003); 9-11 (2004); 8, 10-12 (2005); 1, 3-5: (2006)) было обращено внимание  на многочисленные признаки не вполне здорового состояния нашего профсоюзного сообщества. Одним из таких очевидных признаков до последнего момента была   ослабленная практически до нуля реакция  руководящих органов профсоюза на подобные обращения.  По этой причине  уже сам факт отклика вновь избранного председателя  ПР РАН  В.Ф. Вдовина на  эту проблему является, несомненно, положительным  и внушающем  определенные надежды обстоятельством  Однако сложность решения всей проблемы  от этого пока не уменьшается, что видно и по  содержанию комментария В.Ф. Вдовина к нашему тексту, и по оставшимся  ниже перечисленным вопросам. (Нумерация вопросов, непосредственно связанных с   комментирующими вставками В.Ф. Вдовина  в наш текст “IV СЪЕЗД ПРОШЕЛ...”,  двойная - первая цифра в ней обозначает  порядковый  по ходу текста номер вставки от первого до седьмого).

1.1. Кем и на каком основании было решено не информировать делегатов IV Съезда  о том,  кому и какие приглашения были посланы в МОН, а также кто, когда и как на них ответил?

1.2. Как оценивает нынешнее руководство (совет, председатель и президент) профсоюза тот факт, что в результате подобных действий Съезд был практически лишен возможности непосредственно выразить свое отношение  к ответу МОН на приглашение (или к отсутствию такого ответа)?

2.1. Почему и кто именно в руководящих органах Съезда согласился с  вице-президентом РАН А.Д. Некипеловым, который “изначально ограничил себя  лишь приветствием и всего одним часом пребывания на  съезде”, и не поставил этот вопрос на открытое обсуждение с целью  дать возможность делегатам съезда самим услышать от представителя руководства РАН  комментарии о проводимой реформе или  же о явном нежелании данного представителя общаться с делегатами по этому поводу?

3.1. Позволяют ли изложенные в трех вышеприведенных вопросах факты считать  поведение тех, кто организовывал и непосредственно руководил съездом,  “вполне адекватным” и не требующим дополнительного обсуждения? На наш взгляд, в отличие от В.Ф. Вдовина, не позволяют, поскольку они прямо свидетельствуют о недопустимых оплошностях, проявленных конкретными лицами при подготовке и проведении съезда. Анализ подобных фактов необходим для того, чтобы избежать их повторения в будущем. Такова наша позиция - в том числе и как членов Совета  ПР РАН, которая  из-за неоднородности научного  и профсоюзного сообщества, вообще говоря,  может не совпадать и не отождествляться с другими имеющимися позициями.

4.1. Когда и в какой форме предполагается подведение итогов по оценке качества организации и проведения съезда? 

4.2. Можно ли относить “многие из наших проблем к болезням затянувшегося роста” и не учитывать при этом  факторы иного рода, возникающие, в частности,  как писал классик, “по причине охлаждения лет”?

4.3. Является ли данная Съездом высшая (по двоичной системе) оценка работы руководство профсоюза  положительной или отрицательной характеристикой состояния организации в целом? Помнится, что такая  вечно молодая структура как КПСС признавала свою работу “удовлетворительной” вплоть до самой своей бесславной кончины.

5.1  Почему ПР РАН, за редкими исключениями ( Deton, А.С. Миронов), практически не участвует  в обсуждениях проблем научного сообщества и не пропагандирует свою позицию на форуме “Бытие российской науки” сайта  Scientific.ru, который отражает различные точки зрения активных работников науки в том числе и по поводу нашего профсоюза? Пренебрежительное отношение к участникам этого форума и к самому форуму (“многое пишется на заборах”) вряд ли можно считать продуктивным.

6.1. По каким субъективным и/или объективным причинам у ПР РАН до сих пор нет “итогового документа”, излагающего его позицию с учетом существенной неоднородности научного сообщества?

6.2. Когда и в какой форме можно будет ознакомиться со стенограммой съезда? Нам представляется, что этот документ будет весьма полезным  при оценке состояния нашей организации.

7.1  Как можно еще  определить общие причины многочисленных “недоработок и ошибок профсоюза”, если  наше определение “организационно-интеллектуальная немощь” представляется   излишне пафосным или, наоборот, недостаточным?

7.2  Почему имеющиеся профсоюзные структуры до сих пор не обращали должного внимания  на наличие “недоработок и ошибок профсоюза” и что же надо сделать, чтобы изменить эту ситуацию?

Получение ответов на эти и еще многие другие накопившиеся вопросы  необходимо потому, что результаты деятельности нашего профсоюза за последние годы оказались весьма плачевными, прежде всего, в отношении  обеспечения пристойного уровня жизни большинства работников науки. Решение этой важнейшей  профсоюзной задачи провалено практически полностью, в связи с чем возникает следующий  важный вопрос.

8. Все ли необходимое и возможное было сделано профсоюзом  для предотвращения  такого развития событий, а если не все, то какие причины этому препятствовали и как их надо устранять, чтобы  выбраться из той ямы, в которой мы сейчас находимся?

Не только нынешний, но и обещаемый к 2008  году уровень оплаты труда  не в состоянии привлечь в российскую науку  необходимое количество талантливой молодежи, а уход на пенсию для многих пенсионеров означает погружение в нищету. Такая “перспектива” вынуждает уже утративших необходимую работоспособность пенсионеров  держаться за свои рабочие места  и по понятным человеческим причинам  не позволяет дирекции   с почетом проводить таких пенсионеров на  тот отдых, который они действительно заслужили. Торможение естественной ротации  кадров и отсутствие достаточного притока молодых сотрудников ускоряет процесс  старения научного сообщества со всеми вытекающими отсюда  негативными последствиями.

Это  старение наглядно проявляется  и на примере нашего профсоюза, многие проблемы которого, на наш взгляд, обусловлены именно этим процессом, а  не “болезнями затянувшего роста”, если, конечно, не отождествлять  “затянувшийся рост” с глубокой старостью.  При  неблагоприятном течении этой возрастной болезни может утрачиваться способность адекватной оценки  результатов своей деятельности, что и было продемонстрировано  на IV  Съезде ПР РАН.  

Для решения многих наших проблем, прежде всего, необходимо осознание и признание их наличия. Этот этап требует немалых интеллектуально-организационных усилий на всех уровнях и во всех уставно-допустимых формах. Обсуждение других проблемных вопросов целесообразно проводить  после успешного завершения  этого первого шага,

Мы надеемся, что общими усилиями всех, кто действительно обеспокоен состоянием нашего профсоюза, начало этому шагу будет  положено на очередном заседании Совета ПР РАН, который  способен, по мнению Председателя Совета,  взять на себя и функцию соответствующего консилиума.

Члены Совета ПР РАН Н.Г.Демченко, А.А.Самохин

 

Подразделы

Объявления

©РАН 2020