Мнения политолога и ученого об Уставе РАН

07.04.2014

-

Правительство хочет дожать РАН до конца

Идеологически – устав РАН вполне вписывается в закон. Но законы - это не идеология, это совершенно конкретные параграфы, конкретные обязательства, отношения, в т.ч. имущественные и административные.

Заместитель министра образования и науки Людмила Огородова уже заявила, что закон может быть отправлен на доработку в связи с тем, что министерство не устраивает ряд формулировок. В частности, РАН названа научным учреждением, расширены ее функции, в список которых включены инновационные и образовательные.

Замминистра виднее. Она более внимательно изучает текст закона. Я думаю, что это идеологическое или, если хотите, корпоративное столкновение. Логика корпоративного столкновения совершенно очевидна. Покупатель хочет купить подешевле, а продавец – продать подороже. Правительство хочет, чтобы вся полнота финансовой и административно власти принадлежала ФАНО, а РАН ногами пытается зацепиться за косяк двери и в тех или иных многозначных формулировках сохранить для себя возможность хотя бы в какой-то мере иметь организационные возможности. Ну, например, в виде того, о чем сказала госпожа Огородова. Так что здесь конфликт совершенно очевиден. Он был заложен изначально.

На 90% этот устав видимо соответствует тексту закона, но правительство хочет дожать до конца. Тем более, понятно, что позиция правительства в этом конфликте – это позиция абсолютной силы. А позиция РАН… ну, какая у них позиция? Они могут просить, больше они ничего не могут. Собственно, в слове РАН объединены несколько инстанций. С одной стороны, это, собственно, аппарат Академии и чиновники РАН, с другой стороны, это члены российской Академии наук – эти 1200 человек, и с третьей стороны – это научные коллективы – это несколько десятков тысяч человек. Это три разных уровня, и далеко не во всем их интересы совпадают.

ИТАР ТАСС, Леонид Радзеховский

***

Устав РАН: последнее слово за правительством

Оставлять институты один на один с чиновниками – плохо

Правительство может посмотреть на это дело по-разному. Прежде всего, министерство – это не совсем правительство. У министерства может быть своя позиция, а у правительства – своя. Это все-таки разные вещи. Посмотрим, что возобладает, здравый смысл или какие-то чиновничьи игры.

Я не вижу никаких противоречий между уставом и законом о реформе РАН. Я не юрист, но насколько я знаю, над документом трудились юристы высшей категории. Если они его пропустили, и те формулировки, которые там есть, сохранены, значит, никаких противоречий с законодательством нет. Не знаю, кто конкретно этим занимался, но у нас в Академии, слава богу, есть сильные юристы. И Лисицын-Светланов – директор Института государства и права со своей командой, и вице-президент РАН Талия Хабриева. Они трудились над текстом документа, будучи членами уставной комиссии РАН и вряд ли они позволили бы оставить в уставе какие-то противоречия с законодательством. По крайней мере, сами они говорят о том, что никаких противоречий не увидели.

Как вы оцениваете устав в целом? Вы голосовали «за», но скорее, потому что не было других вариантов?

Я считаю, что он мог быть более боевым. Местами в нем можно было бы прописать более широкие функции по взаимодействию с институтами и теми, которые сейчас стали подведомственны ФАНО – институтами Российской академии наук, и в целом с институтами, университетами, научными коллективами. Наверное, это можно был бы более тщательно, рельефно в уставе прописать. И когда я выступал на общем собрании, я об этом сказал. Но, как говорится, жизнь многообразнее, чем любой устав. Можно делать многое, опираясь на устав, но так же и на то, что буквально там не прописано.

У Академии остаются шансы сохранить влияние?

Я думаю, что они есть. Оставлять институты один на один с чиновниками - плохо. Надо чтобы Академию слышали, и по части общей научной политики и по части конкретных решений, которые принимаются в отношении той или иной научной организации.

С чем вы связываете позицию министерства? Отчетливо прослеживается желание «дожать» Академию.

Это желание прослеживалось с самого начала, с лета – желание помножить Академию на ноль. Ну, вот есть у них такое желание, да.

Остается только ждать решения правительства?

Думаю, наши члены президиума, президент и вице-президенты будут работать над этим. Это не что-то в духе «отправили, сидим, ждем, скрестили пальчики». Я думаю, что будут какие-то консультации, какие-то обсуждения. Устав принят Академией, но президиуму даны полномочия оттачивать какие-то формулировки во взаимодействии с правительством.

ИТАР ТАСС, Валерий Рубаков

Подразделы

Объявления

©РАН 2017