Александр Фриденштейн - король стволовых клеток

24.06.2014

-

Король стволовых клеток
Сегодня выдающемуся российскому ученому Александру Фриденштейну исполнилось бы 90 лет
дата
 Научные интересы Александра Яковлевича распространялись на разные дисциплины медицины и биологии.
Гематология, иммунология, морфология, трансплантология - не полный перечень тех специальностей, к которым приложил свой талант и знания Фриденштейн. Он один из родоначальников изучения потенциальных возможностей клеточных структур и тканей к самопроизводству и самоподдержанию. К таким клеткам относятся стволовые. Они дают начало разным клеткам и тканям в организме млекопитающих, поддерживая тем самым их жизнеспособность. Значимость работ Фриденштейна и его коллег в области стволовых клеток становится очевидной лишь сейчас, когда сама жизнь доказала перспективность, гениальность этих разработок. Сегодня исследования с использованием стволовых клеток наиболее приоритетны в разных областях медицины и биологии. Они вышли за пределы экспериментальных лабораторий. А перечень заболеваний, при которых успешно используется трансплантация стволовых клеток, достигает нескольких десятков. Это злокачественные новообразования, различные формы лейкозов, другие болезни крови, сердечно-сосудистые и неврологические недуги. В международных протоколах по лечению рассеянного склероза также присутствует терапия стволовыми клетками. При разумном и правильном использовании их потенциала не останется ни одной области медицины и здравоохранения, где бы не нашлось место этим "чудотворцам".
Александр Яковлевич родился в Киеве в 1924 году, в семье с большими культурными традициями. Его дед Г.Б. Быховский был знаменитым в Киеве врачом, профессором университета. В 1928 году семья переехала в Москву. Здесь в 1946 году Фриденштейн окончил мединститут. И после этого до самой смерти занимался фундаментальной и экспериментальной медициной. Возглавляемый им коллектив жил на одном дыхании: бесконечные разнообразные эксперименты, обсуждение полученных данных, споры. И все это в демократичной, интеллигентной атмосфере. Нельзя сказать, что мы, его ученики, ежедневно отчитывались и просиживали штаны у него в кабинете. Скорее, наоборот, беседы с учителем происходили довольно редко, но этого было достаточно, чтобы надолго зарядиться новыми мыслями, идеями. При своей демократичности и мягкости Александр Яковлевич был строгим и требовательным. И чрезвычайно скромным. Не забуду, как, будучи совсем молодым, после очередного инструктажа шефа и по его настоятельному требованию я подготовил статью для солидного американского журнала. И как это было принято (да и сейчас нередко именно так), первым автором я поставил А.Я. Фриденштейна. Тем более что львиная доля в создании статьи принадлежала ему. Когда статья приняла, по моему мнению, удобоваримый вид, я показал ее Александру Яковлевичу. И... первым делом он вычеркнул свою фамилию, а потом практически перекроил статью. Я был в восторге от его правки. На мою просьбу оставить свою фамилию в соавторах он вновь категорически отказался. Статью опубликовали без всяких вопросов. Решающую роль в этом сыграл международный авторитет шефа. И таким он был со всеми учениками, а их у него было немало. Ведь Фриденштейн в течение многих лет читал курс лекций по иммуноморфологии на кафедре цитологии и гистологии биологического факультета МГУ имени Ломоносова. Вместе со своими коллегами, учениками закладывал основы отечественной иммунологии, иммуноморфологии и гематологии. При всей серьезности проблем, над которыми работали эти замечательные люди, оставалось время для бесед на разные темы, подшучивания друг над другом. Не чины и должности, а только сама Наука, радость поиска, всегда была для них главной.
Фриденштейн пользовался авторитетом среди зарубежных коллег. В конце восьмидесятых, когда у нас в стране стало сложно заниматься наукой, талант и опыт Александра Яковлевича были востребованы в ведущих лабораториях мира. Он продолжил свои исследования с английскими и американскими коллегами в Оксфорде и Бетесде, где провел эксперименты по остеогенезу и влиянию некоторых факторов на клонирование стромальных клеток костного мозга. Но как только появились условия для продолжения творческих поисков в созданной им лаборатории, он вернулся на родину.
После работы Александр Яковлевич мог собрать нас, молодых сотрудников, и за бокалом вина начинался долгий разговор о литературе, живописи, "за жизнь". Мы жили как бы в одной семье... Мне довелось встречаться с самыми разными людьми. Лишь немногие утвердились в памяти. Один из них - Александр Яковлевич Фриденштейн. Ученый, гражданин, мыслитель.

Опубликовано в РГ (Федеральный выпуск) N6410 от 24 июня 2014 г.
Давид Иоселиани (директор московского центра кардиоангиологии, член-корреспондент РАН)

©РАН 2020