В Москве прошла Конференция научных работников, организованная влиятельным академическим «Клубом 1 июля»

28.03.2018

ВИДЕО_1: Конференция научных работников РАН (Научное ТВ РАН, выпускающий редактор Анастасия Барашкова)
ВИДЕО_2: Конференция научных работников РАН (Научное ТВ РАН, выпускающий редактор Анастасия Барашкова)


Ученые и чиновники обменялись цитатами из Кафки

РАН и ФАНО в перепалке перешли на литературные образы

Вчера в Москве прошла Конференция научных работников — мероприятие, организованное влиятельным академическим «Клубом 1 июля» накануне весеннего собрания РАН. Ученые высказали свои претензии к ФАНО, а представитель агентства — к академии. При этом оказалось, что в своей работе они вдохновляются творчеством одного и того же писателя.

Конференцию открыл директор Институт физики высоких давлений Сергей Стишов. «Почти пять лет назад на Академию наук упал метеорит,— начал он с метафоры о реформе РАН.— Академия раскололась на две части, и нам пришили другую голову к телу — ФАНО». Физик пожаловался, что теперь ученых «захлестнул вал бумажек, отчетов, который уже никогда не иссякнет». Он упрекнул агентство, что то не хочет понимать специфику творческой работы ученых: «Апофеоз — введение зависимости зарплаты научного сотрудника от количества написанных им статей». Академик вспомнил молодость, и сравнение оказалось не в пользу ХХI века: «Работая в несвободной стране, в Советском Союзе, я чувствовал себя более свободным». «Мы попали в какой-то кафкианский мир, когда все находятся под следствием и с ужасом ожидают его высшей фазы,— резюмировал он.— Кто читал Кафку, тот поймет».

Как оказалось, в ФАНО тоже уважают Кафку. «Сергей Михайлович привел пример из "Процесса", а я из "Замка" приведу,— сказал ученым первый замдиректора федерального агентства Алексей Медведев.— Мы для вас трактирщики. А Минфин — это Замок, потому что вы туда не попадаете. Это язык, на котором разговаривают с нами. Мы не обоснуем 26 миллиардов дополнительных ассигнований, если не поймем эту логику».

Господин Медведев заявил, что ФАНО удалось выстроить «конструктивное взаимодействие» с академией и «тому есть огромное количество положительных примеров». В качестве одного из достижений он назвал смену директорского корпуса институтов — при участии ФАНО пришли молодые руководители, «которые зададут новую повестку». Удалось не допустить падения числа научных публикаций, продолжал господин Медведев, а ведь в начале реформы были такие опасения. Да, из-за «падающего бюджета» не удалось провести модернизацию инфраструктуры. Но, как минимум, полноценную инвентаризацию все-таки провели. В итоге Алексей Медведев призвал «направить накал страстей в этом зале в позитивное русло».

«Как нам работать, когда вы не даете работать своими административными воздействиями?» — донеслось из зала. Дождавшись, пока стихнут аплодисменты, господин Медведев вежливо предположил, что «это был риторический вопрос». И тут же получил конкретный: «Какой смысл в снижении возраста директоров?» «Главной целью является повысить эффективность…» — начал чиновник, но его перебили вопросом «Что такое эффективность?». В зале поднялся шум, и замглавы ФАНО не выдержал. «Знаете, тот метеорит, который упал на вас, связан с тем, что у академии не было позитивной повестки развития науки,— резко сказал он.— А если и была, то не в публичном пространстве».

Чиновника спас бывший кандидат в президенты РАН академик Роберт Нигматулин. «Я заметил в нашем народе такое стремление "Бей слабых"»,— перехватил он микрофон. «Кто это тут слабый?!» — возмутился зал. «Давайте все-таки смотреть глубже. Что мы уперлись в это ФАНО? — спокойно спросил академик.— Все столбовые пункты реформы были установлены законом, который подписал президент страны. ФАНО не тот орган, который должен быть главным пунктом нашей критики». «Ну, дальше страшно»,— рассмеялся Сергей Стишов.

За чиновников вступился и президент РАН Александр Сергеев: «Поймите, требования, которые диктуются сверху, ФАНО изменить не может. Оно также не может ответить, что эти требования неадекватны».

— Почему? — выдохнул зал.

— ФАНО этого сделать не может.

— Почему?

— Это дело Российской академии наук. Вот я хожу к президенту, к премьеру, к вице-премьеру,— отметил Александр Сергеев.— И говорю, что вот здесь, здесь и здесь неадекватные вещи. И я уверен, со временем их удастся изменить. Но вы поймите — руководитель федерального агентства не может прийти к премьер-министру и сказать, что то, что написано в постановлении правительства,— неправильно.

— Но почему?

Ответа на этот вопрос у физика не было.

Александр Черных, Коммерсантъ

***

На российскую науку уронили метеорит: конфликт между ФАНО и РАН продолжается

Хотя чиновники и академики честно пытались помириться

Российская наука по-прежнему на перепутье. Начиная с 2013 года, когда кто-то, по выражению заместителя главы ФАНО Алексея Медведева, «уронил на нее метеорит» в виде реформы РАН, президиум Академии наук до сих борется за возвращение ей особого, государственного статуса. Этот статус даст академикам больше полномочий по контролю за научной деятельностью институтов. Пока этот контроль в руках «менеджеров» - Федерального агентства научных организаций, к которым, согласно 253-му Федеральному закону, перешли все институты РАН. И ФАНО свои позиции упорно не сдает.

В общем покоя и полного взаимопонимания в научном мире как не было, так и нет. Что еще раз подтвердила и очередная, четвертая сессия Конференции научных работников РАН, которая состоялась во вторник в Физическом институте им. Лебедева. На ней присутствовала корреспондент «МК».

Острое противостояние ученых со своим формальным начальством из ФАНО наблюдается на каждой конференции научных работников. К примеру, уже который год здесь поднимается вопрос о несогласии с наукометрией (оценка качества работы по числу публикаций). Особенно не согласны с ней гуманитарии, словесники и те, кто разрабатывает потенциально секретное оружие. Филологи не имеют возможности обсуждать на страницах высокорейтинговых научных журналах на английском языке свои работы о тонкостях русского языка, а те, кто работает на оборонку, не видят смысла раскрывать потенциальным противникам свои секреты. Но это частности. Главное, что в результате преобразований четырехлетней давности в России вообще размывается функция науки, как силы, ведущей общество к процветанию. Новые управленцы далеки от науки, а потому, по мнению многих, ведут ее не туда, куда надо. Об этом говорили многие выступавшие.

Однако выступивший на сессии президент РАН Александр Сергеев попросил немного сбавить конфронтационный тон выступлений, напомнив собравшимся, что с власть предержащими надо работать, а не воевать. Вспомнив свою предвыборную программу, он отметил, что первый ее пункт, касающийся установления этого консенсуса, почти выполнен. Там, наверху, уже признали, что Россия отстает от мирового сообщества в научно-технологическом развитии (а ведь раньше и этого не было). «Согласны с нами и в том, что для того, чтобы ликвидировать отставание, нам надо развиваться быстрее, чем остальной мир», - сказал Сергеев.- А этому могут поспособствовать только научные организации».

Отметил президент РАН и встречное движение со стороны Кремля, в частности тот факт, что президент Путин внес в Госдуму проект поправок к закону о Российской академии наук (РАН). «Некоторые считают, что они во многом декоративны, - сделал оговорку Александр Михайлович, - однако по-моему, нам с этим бы еще справиться». И тут же пояснил, что имел в виду. В частности, одна из поправок о наделении РАН функцией прогнозирования позволит Академии принимать активное участие в планировании научной деятельности в России и даст право выносить свои предложения на уровень государственной власти. А поправка о том, что РАН становится заказчиком всех научных исследований в стране, причем не только в академических институтах, но и в вузах, и в научных центрах, получилась гораздо убдеительнее, чем академики предлагали! Кроме того в законе о РАН впервые появится графа об Академии, как об основном гаранте научно-технического задела для оборонной промышленности. (вчера вечером стало известно, что Госдума приняла поправки в первом чтении).

Вскоре после выступления Сергеева на сцену перед собравшимися вышел заместитель главы ФАНО Алексей Медведев и начал с сухой презентации успешности деятельности своей организации с кривыми и графиками. Но собравшиеся ждали от него ответов по существу: «Как нам работать, если вы нам не даете этого делать, постоянно заваливая отчетами, вынуждая думать о публикациях, а не о самой научной деятельности?», «Прописано ли в уставе ФАНО право вмешиваться в научный процесс институтов?». Медведев опешил, предпринял попытку уйти от острого разговора, но не получилось... В итоге выдал, что по какой-то части вопросов он отвечать некомпетентен, функции вторгаться в научный процесс в уставе ФАНО не прописано, а наукометрия просто необходима как язык, на которым ученые должны говорить с чиновниками. «Представьте, что мы для вас — трактирщики, а Минобрнауки вообще — замок. Если мы не обоснуем им, если не переведем в нормативы, понимания не возникнет». После этого господин Медведев, видимо решил подсластить пилюлю, высказать полное единение с учеными по вопросу возвращения в академические институты аспирантуры. Правда - надеюсь, по ошибке, а не по незнанию, дважды назвал аспирантуру «магистратурой», чем вызвал иронию в зале. Потом прозвучало и эпичное сравнение реформы науки с упавшим на РАН метеоритом. «Этого бы не произошло, - сказал Медведев, - если бы у Академии была своя позитивная повестка дальнейшего развития».

С ним не согласились почти по Булгакову, который утверждал, что камень просто так ни на кого не падает. Заместитель президента, член-корреспондент РАН Владимир Иванов, сказал, что программа развития академических институтов была, просто ее никто не принял во внимание. «Уж мы то знаем, чьих рук дело этот метеорит!», - сказал в заключении кто-то из зала, наверное, намекая на Михаила Ковальчука, который, по всеобщему мнению, и стал инициатором реформы.

Под занавес первой части заседания участники конференции почти единогласно проголосовали за текст обращения к Общему собранию РАН, которое начинается 29 марта. В нем предложено поддержать основные пункты из известного декабрьского «Письма 400» о срочном изменении статуса РАН и статуса научных институтов, а также о существенном увеличении финансировании академической науки и пр.

Наталья Веденеева, МК

***

Как русский ученый ругался с русским чиновником и где была РАН?

Репортаж с конференции научных работников РАН

Читать по ссылке:

https://indicator.ru/article/2018/03/27/reportazh-s-konferencii-nauchnyh-rabotnikov-ran/



©РАН 2018