Правовое обеспечение науки

22.06.2018



22 июня в зале заседаний президиума РАН прошел круглый стол: «Правовое обеспечение научной и научно-технологической деятельности в Российской Федерации: состояние, проблемы, перспективы развития». Организатор — Комитет по образованию и науке Государственной Думы.

Председательствующий на заседании В.А. Никонов, председатель Комитета.

(Публикуется с сокращениями)


(JPG, 445 Kб)

В.А. Никонов. Сейчас говорят о четвертой промышленной революции в научно-технической сфере. Указы Президента, майские Указы этого года ставят науку в число важнейших приоритетов развития нашей страны. Мир устремился к новым достижениям на основе искусственного интеллекта, информационных технологий, симбиоза физического, биологического мира с цифровым миром на основе создания новых материалов, новых систем вооружений, новой энергетики, возобновляемой энергии, новых гуманитарных технологий. Сейчас, действительно, наука и образование являются главными движущими силами развития человеческого капитала и общественного развития.

Мы собрались в момент, когда система управления нашей наукой, нашим образованием испытывает серьезные изменения. Министерство образования и науки разделилось даже не на две части, а на четыре. В шестой Государственной Думе было два Комитета: Комитет по образованию и Комитет по науке на одно Министерство. Сейчас получилось иначе — один Комитет по образованию и науке на четыре ведомства: Министерство просвещения, Министерство высших учебных заведений и науки, а также Рособрнадзор и Росмолодежь, которые подчинены напрямую Правительству. Эти изменения повлекут за собой серьезные последствия, в том числе, и в законодательной сфере. Последствия будут и с точки зрения большей интеграции вузовской и академической науки, коль скоро они оказываются в рамках одного специализированного Министерства, тем более, что вузы сейчас рассматриваются как полноценные научные организации в нашем законодательном поле.

И, конечно, вопрос о совершенствовании законодательного регулирования научной деятельности. На протяжении многих месяцев, уже даже лет, шла работа по подготовке проекта закона о науке. Но, как мне представляется, мы пока не вышли на ответ даже на самые принципиальные вопросы: какова вообще должна быть система законодательного регулирования научной деятельности? Если мы возьмем Закон «Об образовании», принятый в 2012 году и вступивший в силу с 2013 года, он включил в себя все без исключения законодательные акты, которые касались сферы образования и были изданы до принятия закона о науке. Это — комплексный закон, и ничего другого в области образования за пределами Закона «Об образовании» нет.

Если говорить в отношении законодательства о науке, то там помимо базового закона, принятого еще в начале 90-х, имеет место большое количество законов — есть специализированные законы, касающиеся Российской академии наук, московского, санкт-петербургского государственного университета, технологических долин, научно-технологических центров и так далее: очень пестрое законодательное поле. И надо сказать, что тот текст законопроекта, который был подготовлен еще в Минобрнауки, не отвечал на вопрос — должны ли мы иметь один закон или множество законов. Не очень было понятно — если законов множество, тогда зачем, собственно, закон о науке, просто повторяющий положения, которые уже содержатся в разных действующих законодательных актах. А принцип российского законодательства (главный) заключается в том, что одно и то же не должно быть записано в разных законах.

Поэтому, на мой взгляд, мы в последнее время не приблизились к приятию закона о науке, и здесь хотелось бы знать мнение руководства уже нового Министерства. Григорий Владимирович Трубников нам прояснит, как сейчас видится новому руководству Министерства решение этой главной законодательной задачи — будет ли это один закон о науке, либо, все-таки, сохранится множественность законов.

Есть и масса частных вопросов: что делать с аспирантурой, что делать с системой диссертационных советов и так далее? И где мы это будем регулировать — уже в новом законе о науке или все это надо будет сделать до его принятия?

Есть большая сфера законодательного регулирования, которая называется бюджетный процесс — бюджет Российской Федерации принимается законом. Когда к Комитету по образованию, который я возглавлял раньше, добавилась наука, я пытался понять финансирование нашей науки, и это оказалось проблематично: в бюджете есть раздел «Образование», но там нет раздела «Наука» — финансирование науки рассыпано по огромному количеству статей. Будет ли у нас единый бюджет науки? Вопрос, тем более, уместен, что при определении приоритетов должна быть соответствующая концентрация финансовых ресурсов.

Кроме того, вы знаете, сейчас в Государственной Думе рассматриваются поправки в закон о Российской академии наук, внесенные Президентом РФ по согласованию с руководством Академии — законопроект находится на стадии второго чтения. Основные противоречия касались вопроса, связанного с ролью Академии наук в процессе организации, реорганизации, закрытия научных учреждений и организаций: если с Президентом страны была согласована формула «согласования», то Правительство настаивало на формулировке, связанной с «рассмотрением» этих вопросов в Академии наук.

Должен вам сказать, что сейчас наш Комитет в Госдуме окончательно определился со своей позицией: Академия наук согласовывает решение о реорганизации (ликвидации) научных организаций, за исключением федеральных государственных научных организаций, что в ведении тех федеральных Министерств и ведомств, которые находятся в прямом подчинении Президента Российской Федерации. То есть функция Академии — действительно, согласование всех вопросов, связанных с реорганизацией, причем это касается и высшей школы, за исключением тех научных организаций, которые подведомственны структурам, напрямую замыкающимся на Президенте России. Думаю, эта формула должна в полной мере устроить Академию наук, она устраивает также и президентскую сторону.

Вопросов для обсуждения темы, заявленной на нашем «круглом столе», очень много. Мы обрабатываем огромное количество информации, поступающей от разного рода научных организаций, высших учебных заведений, связанной и с законом о науке и с другими вопросами регулирования законодательной деятельности науки. Совместными усилиями Государственной Думы, Комитета по образованию и науке и Российской академии наук мы сможем сделать развитие системы российского образования и науки отвечающим требованиям современного мира.

(JPG, 470 Kб)

Академик А.М. Сергеев, президент Российской академии наук. Академия наук получает от Президента страны, и сама этого хочет — все большие и большие полномочия. Ее участие в организации будущей научно-технологической жизни в стране должно возрастать.

В нынешний серьезный период развития страны мы определенно встаем на траекторию роста. Однозначно: этот рост — на уровне, не меньше среднего роста, который имеется по миру — может быть обеспечен только за счет того, что он будет базироваться на успехах науки и технологий. А, значит, мы должны понять — каким образом организовать научную и технологическую деятельность в стране, чтобы наука скорее стала настоящей реальной производительной силой экономики.

Проблем в этом отношении очень много. Поразительным является контраст тех средств (в процентном отношении), которые идут на поддержание научных исследований из государственных бюджетов и промышленности. Иные страны — активные игроки на научно-технологическом поле — значительно больше получают от промышленного сектора (в процентном отношении), чем мы в стране.

Недавно подписывалось соглашение между Российской академией наук и Китайской академией наук, и нам было интересно познакомиться с тем, как устроена научная жизнь в Китае, хотя мы об этом много знаем. Так вот, то, о чем мы мечтаем — затраты на науку 2% ВВП в результате реализации стратегии научно-технологического развития, т.е. через большое количество лет — в Китае сейчас реализовано. Там 2,1% ВВП тратится на науку, и при этом большая часть идет из промышленности. Иными словами, государство тратит тот же самый 1% ВВП, как фактически сейчас у нас, но там высокотехнологичная промышленность уже почувствовала, что им нужна наука, что наука все больше и больше становится производительной силой экономики.

Мы должны понять — каким образом двигаться в этом направлении: такое законотворческое поле очень важно.

Академия наук ответственна за фундаментальные исследования. Решая задачи становления науки, как производительной силы через Стратегию научно-технологического развития страны, мы должны обеспечить все более серьезный и растущий фундаментальный научный задел. И это уже ответственность государства — фундаментальная наука везде в мире финансируется, прежде всего, государством. Т.е. мы стоим перед созданием новой государственной программы фундаментальных исследований и должны будем в самое ближайшее время эту программу представить вместе с Министерством науки и высшего образования.

Вячеслав Алексеевич предъявил как серьезную проблему — как должен выглядеть закон о науке. Он должен быть сформулирован либо в виде некоего кодекса, когда действуют и другие специальные законы, либо это, действительно, должен быть закон, внутрь которого вмонтирована значительная часть информации, которая есть в специальных законах.

Что касается закона «О Российской академии наук» и тех поправок, которые внес Президент страны в 253-й Федеральный Закон, должен еще раз сказать, что с Президентом достигнута договоренность, причем основанная не на том, что мы, так сказать, просим — нет, это был импульс от него, что Российская академия наук должна получить новый более высокий юридический статус. Это связано и с изменением Гражданского кодекса, и с разработкой нового закона «О Российской академии наук». Но сейчас первым шагом принято — сделать шаг в виде дополнений к 253-му Федеральному Закону по актуализации задач Российской академии наук.

22 февраля Президент страны внес такие предложения — они существенно расширяют роль Российской академии наук: Академия наук должна заниматься не только экспертизой, но и прогнозированием, и вынесением своих прогнозов на уровень государственной власти, она становится, по существу, заказчиком фундаментальных исследований для всех учреждений страны, не только для академических. Усиливается роль Академии в вопросах организации исследований по обороне и безопасности. Это и дополнительные существенные полномочия по международной деятельности.

Мы, действительно, воспринимаем Президентский законопроект как этап в развитии Академии наук, адекватный ситуации в стране. И однозначно поддерживаем формулировки, которые Президент страны внес в своем законопроекте. Думаю, что профильный Комитет Государственной Думы сумеет правильно подправить формулировки, исходя из текущего организационного момента, связанного с появлением Министерства науки и высшего образования — формулировки, которые должны будут устраивать все стороны.

С октября прошлого года, когда произошли изменения в руководстве Российской академии наук, выстраиваются плодотворные взаимоотношения с профильным Комитетом, мы находимся в постоянном контакте и обсуждениях, проведено много встреч, в том числе, на уровне экспертов. Хочу поблагодарить Вячеслава Алексеевича и Геннадия Григорьевича за то, что они заинтересованно, ответственно выстраивают отношения с Российской академией наук. Всем нам выстроить систему таким образом, чтобы она способствовала прогрессу нашей страны на базе науки и технологий — очень правильно.

(JPG, 487 Kб)

Академик РАН Г.В. Трубников, первый заместитель Министра науки и высшего образования РФ. Сегодня мы, действительно, конструктивно обсудим проект Федерального Закона, или, может быть, проект комплекса законов о научной, научно-технической и инновационной деятельности.

Впервые идея законопроекта озвучена еще в 2014 году на площадке Государственной Думы, потому что действующий закон был принят еще в 1996 году. За эти 20 лет в него внесено порядка 35 корректирующих поправок. Перед разработчиками, перед Министерствами, которые участвовали в разработке новых документов, была поставлена задача — не только обеспечение реализации Стратегии научно-технологического развития, но и, конечно же, формирование новых современных взаимоотношений науки, экономики и общества.

Законопроект за два года — 2016 и 2017 год — претерпел сложную эволюцию, обсуждался на различных площадках, было внесено большое количество дополнений, изменений. Обсуждался в прошлом году, в том числе, и на площадке Российской академии наук, в апреле этого года обсуждался на площадке профильного Комитета Совета Федерации. Надеюсь, что он, все-таки, в течение этого года будет доработан с учетом предложений профессионального сообщества и с учетом реструктуризации Министерства, майских Указов Президента.

Сейчас мы ведем работу по формированию и разработке Национального проекта «Наука», Национального проекта «Образование».

Как вы знаете, разработана и прошла несколько кругов согласования новая государственная программа научно-технологического развития. Надеемся, что в ближайшие месяцы эта госпрограмма будет утверждена, появятся новые Национальные проекты, в первую очередь то, что волнует наше Министерство — Национальный проект «Наука» и Национальный проект «Образование», тем не менее, Министерство видит себя соисполнителем практически во всех остальных Национальных проектах: и «Здравоохранение», и «Демография» и др.

Министерство науки и высшего образования как преемник Минобрнауки, организовало широкое обсуждение законопроекта на различных экспертных площадках — мы получили более 400 сутевых замечаний, порядка 50 профессиональных экспертных заключений.

В текущей редакции законопроекта учтена тесная связка с новой государственной программой научно-технологического развития страны со Стратегией научно-технологического развития. Основной целью законопроекта является обеспечение комплексной модернизации законодательства Российской Федерации в сфере науки и технологий. Законопроект закрепляет новую модель взаимоотношений исследователей и государства путем создания системы стимулов для научного сообщества, которое обеспечивает заинтересованность исследователей в решении актуальных задач для российского и международного сообщества.

Текущая версия законопроекта основывается на следующих принципах. Он включает в предмет регулирования все виды деятельности научно-технической сферы: научную, научно-техническую и инновационную в отношении технологических инноваций и получения, использования результатов интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере. Т.е. инновационная деятельность только в области технологических инноваций и использования результатов интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере. Также — такие виды деятельности, как научно-просветительская и научно-экспертная. Законопроект переносит на уровень закона все ключевые процессы регулирования непосредственно научно-технической и научно-инновационной деятельности, исключая передачи на уровень подзаконных актов важных вопросов, касающихся статуса субъектов, правового режима объектов, полномочий органов государственной власти и методов госрегулирования.

Законопроект определяет, уточняет важнейшие понятия научной и научно-технической деятельности, вводит такие новые понятия, как проект нового полного цикла, технологии, большие вызовы, общественный квалифицированный заказ, научно-технические инновационные проекты, комплексные научно-технические проекты и программы полного цикла, международные научно-исследовательские организации и т.д.

Через все нормы законопроекта системно реализуются два основных принципа. Это — принцип концентрации интеллектуальных, финансовых, организационных, инфраструктурных ресурсов обеспечения государственных интересов, и квалифицированного общественного заказа в научной и научно-технической сфере, а также принцип обеспечения конкуренции на всех уровнях при распределении средств бюджетной системы Российской Федерации, направленной на финансирование научной и научно-технической инновационной деятельности.

Законопроект закрепляет систему документов стратегического планирования, предусмотренных Федеральным Законом о стратпланировании в России, а также дополняет этот перечень следующими документами: государственная программа научно-технологического развития Российской Федерации, составной частью которых является комплексная программа фундаментальных научных исследований, а также документы, направленные на реализацию научно-технологической инициативы.

Законопроект конкретизирует роль ключевых субъектов научной деятельности: Российская академия наук, Национальный исследовательский центр, Государственные научные центры.

Законопроект устанавливает принципиально новые подходы к оценке эффективности деятельности объектов, субъектов научной и научно-технической деятельности, заменяя оценку экономической эффективности оценкой результативности. В частности, законопроект под оценкой результативности понимает сопоставление качественных (т.е. качественно репутационная оценка), и наукометрических показателей деятельности организаций и коллективов. При этом оценка экономической эффективности сохраняется только для лиц, которые осуществляют финансирование научно-технической деятельности, прежде всего, для ГРБС — главных распорядителей бюджетных средств, которые являются координатором общественного заказа.

В законопроекте инфраструктура научной, научно-технической и инновационной деятельности рассматривается как совокупность объектов, которые обеспечивают материально-техническое, финансовое, организационно-методическое, информационное, консультационное и иное сопровождение научной, научно-технической и инновационной деятельности и объектов, используемых для указанного обеспечения.

Впервые на уровне закона предлагается закрепить статус центра коммерциализации результатов интеллектуальной деятельности, бизнес-инкубаторов, бизнес-акселераторов, технологической платформы, центров прототипирования.

В законопроекте определяется статус территории развития научной, научно-технической и инновационной деятельности, технологические парки, инновационные научно-технологические центры, инновационные территориальные кластеры, научно-технологические полигоны. То есть те новые субъекты и сущности, которые появились буквально в течение 2017 года.

В текущей версии законопроекта определяется формат и статус исследовательской аспирантуры, учтены предложения регионов по регулированию тех или иных вопросов научной, научно-технической и инновационной деятельности на уровне регионов и региональных бюджетов.

В законопроекте появляется понятие «исследователя».

С учетом того, что с реорганизацией Министерства образования и науки Российской Федерации, с появлением майских Указов Президента о Национальных проектах, с учетом поправок о статусе Российской академии наук, о которых сегодня говорили, «система координат» изменилась — мы считаем, что текущую версию законопроекта было бы правильно рассматривать как комплекс законов, и в связи с этим нам по максимуму необходимо учесть мнение экспертного сообщества.

(JPG, 425 Kб)

Академик РАН Г.Г. Онищенко, первый заместитель председателя Комитета по образованию и науке Государственной Думы. На президиуме Академии наук мы часто задаем себе вопрос — в чем роль современной Академии наук в непростых процессах, которые идут сегодня в нашей стране по регулированию, развитию научных исследований.

Задачу по актуализации действующего законодательства в области науки Президент ставил, как минимум, дважды. Последнее поручение Президента было в очень серьезном документе, который контролируется со стороны всех контролирующих органов — и до сих пор этого закона у нас нет.

В декабре 2017 года на парламентских слушаниях мы проводили некое нулевое чтение закона. Сегодня я ничего нового не услышал из того, что мы смотрели ровно год назад, и то, что еще пока не прошло через тернии согласований между сопричастными федеральными органами исполнительной власти.

В поручениях на новый политический цикл, которые поставил Президент, в новом технологическом укладе, о котором он неоднократно говорил, Россия должна занять место не просто, как одна из стран, а как одна из ведущих. Поэтому принятие Закона является ключевым. Я своей целью ставлю задачу сформулировать у высокого собрания ту ситуацию, которая возникла в современной России после распада Советского Союза по законодательству в сфере регулирования научной деятельности.

Есть четыре вида основных документов — Указы, которые подписывает Президент, федеральные законы, нормативные акты Правительства и локальные акты, которые издают министерства и ведомства, и которые являются сегодня самым эффективным инструментом ведомственных интересов, когда дезавуируются и законы, и Указы Президента через малозначимые, трудночитаемые и малопонятные кому-либо нормативные акты министерств и ведомств.

Какие Указы есть у нас сегодня — это Стратегия научно-технического развития Российской Федерации на долгосрочный период, и он исчисляется примерно четвертью уже наступившего XXI века. Указы — смысловые целеполагающие документы, которые определяют, собственно, повестку дня на предстоящий период, доктрина российской науки о мерах реализации государственной политики в области образования и науки, яснее не скажешь.

Сегодня действует базовый закон 127 «О науке и научно-технологической деятельности» и мне довелось участвовать в его разработке, он сыграл свою роль, но сегодня отстает от реальной ситуации. Он был «горизонтальным» законом кодексного типа, далее за прошедшее время мы сформировали некие «вертикальные законы» — «О наукоградах», «О научной инновационной и научно-технологической деятельности», персональные законы по Сколково и по «Курчатнику» — это законы, которые закрепляют в правовом поле те наши эксклюзивные новации, которые сегодня определяют лицо нашей страны в научном поле.

Что касается роли Правительства, то это его нормативные распоряжения, которыми утверждаются программы в развитии Указов Президента в отношении фундаментальных научных исследований Российской Федерации на определенный период. И целый ряд постановлений по утверждению положения «О государственной системе научно-технологической информации» — это, как один из примеров такого рода.

Что предстоит нашему Комитету по образованию и науке — прежде всего, формирование современного понятийного аппарата для описания научной и научно-технологической, инновационной деятельности по производству наукоемких товаров и т.д. Каждое ведомство вкладывает в термины свой смысл — как ему сегодня удобно. Поэтому формирование и законодательное закрепление понятийного, дефиниционного аппарата является, на наш взгляд, ключевым. Комитет на опыте всего периода работы по обсуждению разных текстов законопроектов выделяет ряд направлений, которые, на наш взгляд, должны быть обсуждены.

Одно из направлений — гармонизация основных понятий о субъектах и объектах научной и научно-технологической деятельности, терминологии, закрепленной в реализации, в том числе, в международных актах. Это установление и корреляция новой редакции между понятийным аппаратом и базовыми законами, которые у нас уже сегодня действуют.

Для описания различных видов научной деятельности используют такие понятия как «фундаментальные научные исследования», «поисковые научные исследования», «прикладные научные исследовательские разработки» и «прикладные научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы» — необходимо установление особенностей правового регулирования разных видов научной, научно-технологической деятельности и инновационной деятельности.

Если говорить об инновационной деятельности, то, как бы мы ее не трактовали — это то, что уже в науке достигнуто и подлежит внедрению. Мы должны решить — будем делать инновационную деятельность предметом регулирования базового закона о науке (или в современной интерпретации этого базового закона) или это будет отдельным предметом регулирования.

По мнению Комитета, одна из проблем в ранее рассматриваемой версии текстов законопроектов состояла в том, что при значительном числе норм была представлена правовая конструкция, объединяющая в рамках одной нормы и научную, и научно-технологическую деятельности, имеющие различные инструменты правового регулирования — здесь мы должны будем определиться.

Задачи дальнейшей работы состоят в следующем: мы претендуем на сохранение того законодательного поля, которое есть, и, создавая новый базовый закон, уже вносить изменения в эти действующие законы.

Задачи, которые мы должны сегодня решить: проведение экспертизы научно-технологических программ, проектов, экспертных, научных, научно-технологических результатов, созданных за счет средств федерального бюджета, участие в экспертизе нормативно-правовых актов. Совершенствование правового обеспечения этой деятельности — важная составляющая правового обеспечения научной и научно-технологической деятельности в целом.

Перечень основных инфраструктурных систем — они уже сформированы, в той или иной мере закреплены нормативными актами. Назову некоторые. Это система мониторинга результатов научных исследований, создание системы научно-технологической информации в сфере научной деятельности, системы правовой охраны и так далее, есть перечень этих систем. Совершенствование правового обеспечения работы в инфраструктурных системах обеспечивается преимущественно за счет внесения изменений, сопутствующие базовому федеральному закону. Иными словами, мне кажется, это все нужно пока сохранять. И когда мы примем базовый закон, который, наверное, закрепит это понятие уже как кодексное, мы потом внесем соответствующие изменения. И, может быть, уже на дальнейших этапах наши потомки объединят все в этот единый закон более совершенно.

Президент внес изменения в действующий закон, существенно расширяющий полномочия Академии наук. После окончания парламентской недели версия этого закона будет внесена и принята, я думаю, во втором чтении. Потому что есть согласование Правового управления, и Правовое управление усилило позицию Академии наук, как главного научного учреждения страны — как ее обозначил Президент.

Я думаю, на этом этапе законодательной деятельности в области регулирования науки нужно оставлять отдельный закон по Академии наук. Это его закрепляет в правовом поле, делает менее, так сказать, вариабельным с точки зрения изменения в рамках еще и нынешнего формата Правительства, и в будущем. Поэтому такой закон должен быть. И он должен быть в дальнейшем совершенствоваться. Это тоже является косвенным подтверждением того, что, все-таки, базовый закон и остальные законодательные акты, которые сегодня действуют, должны быть именно такие.

Принятие решения о подготовке параллельно с базовым законом, законов, вносящих изменения на основании головного закона в те действующие законодательные акты, а их не менее 20 — вот в какой организационно-правовой конструкции мы должны построить дальнейшую работу. Это согласование с Правительством переноса сроков, потому что сегодня был назван срок — конец 2018-го: дай Бог, чтобы это произошло, но, судя по тому материалу, который мы сегодня имеем, это, наверное, пока еще нереальная ситуация. И создание организационных механизмов работы над приоритетными направлениями совершенствования правового регулирования в научной и научно-технологической деятельности. Вот те направления, в которых мы должны в ближайшее время коллективным разумом поработать, инсталлировать его в виде законов и поправок в законы, и входить в Правительство. Время не терпит, Президент, и страна не простит топтание на месте.

Председательствующий. То, что сказал Геннадий Григорьевич — это, действительно, системное изложение того, что происходит. Но в плане законопроектной работы Правительства на 2018 год никакого закона о науке просто нет, поэтому переносить там ничего не надо.

(JPG, 484 Kб)

Д.Б. Кравченко, заместитель председателя Комитета Государственной Думы по экономической политике, промышленности, инновационному развитию и предпринимательству. Без развития отечественной науки, прежде всего, в области фундаментальных исследований, у России мало шансов быть государством-лидером в современном глобальном мире.

Президентом РФ В.В. Путиным в мае 2018 года были определены стратегические приоритеты, в их числе ключевым является ускоренное технологическое развитие России. Для «ЕДИНОЙ РОССИИ» и для партийного проекта «Локомотив роста», который был инициирован как механизм поддержки отечественной промышленности и обеспечения роста экономики, этот приоритет является абсолютной установкой и на ближайшее время, и в долгосрочной стратегии. Наше представление о роли и путях развития науки в нашей стране во многом созвучны с позицией, которая была озвучена во время выборов нового президента РАН. А именно, российская наука должна играть ключевую роль в формировании и реализации национальной Стратегии научно-технологического, экономического и социального развития страны, формирования ее национальной идеологии. Российская наука должна стать ключевой производительной силой в современной инновационной экономике страны и основной для технологического прорыва, Россия должна стать территорией реализации крупных научных проектов мирового уровня, землей обетованной для своих ученых и ученых других стран — вполне достаточно, чтобы считать себя союзниками Академии наук и вновь созданного Министерства.

Предлагаем создать совместный проектный офис — «внедрение российских научных разработок в жизнь» — привлечь доступные нам ресурсы власти, научного сообщества, заинтересованного бизнеса. Были подписаны соглашения между Академией наук и Роскосмосом, Академией наук и Росатомом и несколько еще корпораций, в том числе «Алмаз-Антей», готовы подписать соглашение о технико-внедренческих и научных разработках в своих отраслях.

Российской науке предстоит вернуть доверие и добиться уважения в обществе — не только в сфере высоких научных достижений, но и в пропаганде успехов науки, в привлечении в науку молодежи. С этой целью предлагаю подумать над созданием инновационного информационного портала РАН — это может стать одной из первых актуальных задач создаваемого офиса: обеспечение взаимодействия, координации, научной кооперации и сотрудничества ученых академических институтов, университетов, ведомственных институтов, научных подразделений бизнеса. Это акселератор научных процессов, инструмент новой цифровой формы сотрудничества ученых, формирования и координации работ научных групп, проведения мозговых штурмов и формирования научных проектов в соответствии с государственным запросом и ресурсами.

(JPG, 477 Kб)

В.Б. Крымов, председатель Комитета по экономике, предпринимательству и инвестиционной политике Московской областной Думы. Недавно наш Комитет проводил слушания по данному закону, было много замечаний. Начну с предложения Геннадия Григорьевича — объединять ли в одном законе инновации и научно-техническую деятельность.

В Московской области действуют два закона — о научно-технической деятельности и закон об инновационной деятельности. Мы рассматриваем научную деятельность как отдельный предмет, которая заканчивается на НИОКРЕ, или на ОКРе, а после — уже коммерческая деятельность. Формулировки инновационной деятельности звучат примерно так — либо коммерциализация результатов научно-технической деятельности, либо чисто внедренческая деятельность, либо это совершенно непонятный вид деятельности.

Мы решили: если торговля — это конечный цикл промышленного производства, это не значит, что законом о промышленной политике мы будем регулировать торговую деятельность. Значит, мы создаем все преференции для предприятий, которые закупают результаты научно-технического труда или интеллектуальную собственность, и начинают реализовывать ее в виде конкретного товара, продукции или технологического процесса, либо поддерживаем те предприятия, которые действительно начинают внедрять совершенно новые технологии — это дает намного больший эффект, чем связывать именно с исследованиями, с деятельностью по разработке новых видов препаратов. Т.е. мы считаем, что два разных закона регулируют совершенно разные отношения людей.

Пока ничего не прозвучало про законы субъектов Российской Федерации. Наука — это по Конституции предмет двойного ведения. И законов о научно-технической деятельности на территориях не так уж много. Все научные организации находятся на земле в конкретном субъекте Федерации — когда говорим о науке, то забываем о тех преференциях и возможностях, которыми мы могли бы воспользоваться именно за счет ресурсов субъектов РФ.

В Московской области есть кластеры особых экономических зон, две зоны внедренческого типа, объединенный институт ядерных исследований, 8 наукоградов из 13. На наш взгляд, самый правильный подход, объединяющий интересы науки и территории — это наукограды. Мы попытались создать свой закон о наукоградах, но по федеральному закону мы ограничены в этих действиях — в какой сфере, в каких границах, в каких полномочиях? И мы подготовили законодательную инициативу по расширению понятия наукограда, направили ее в Государственную Думу. В законе о науке, статья 68, говорится, что наукограды регулируются, или самоуправление в них регулируется особым способом — дальше идет отсылка к другим законам, а в тех забыли про это прописать, в том числе и в законе «О статусе наукограда». Он начинается с того, что как получить этот статус, но не написано, в чем он заключается, что есть какие-то бо́льшие права, ме́ньшие права. Мы хотели бы усилить финансовую составляющую, создать условия для деятельности ученых на территории субъекта Федерации или муниципального образования, то есть через социальную среду, через социальную инфраструктуру — но попытки наши упираются в то, что мы все деньги направляем, естественно, на нужды Московской области. Хотя, наверное, и НДФЛ, и часть налогов могли бы оставлять в муниципальном образовании для того, чтобы действительно создавать инфраструктуру, обеспечивающую преференции или преобладающие функции для привлечения ученых и создания мотивации для их труда на данной территории.

Геннадий Григорьевич призвал привезти ученых обратно в Россию — давайте приведем их сначала в муниципальное образование, как это было в Советском Союзе: в Ступино-7, в Дубну и т.д. Если это наукоград, мы, наверное, все-таки должны определенные ресурсы, которые изымаем из научных организаций, оставлять на данной территории — на дороги, на больницы, на школы, на дополнительное образование, на создание инфраструктуры.

Наша законодательная инициатива передана в Думу, и мы просили бы поддержать нас. Готовы участвовать во всех пилотных проектах, которые будут разработаны в рамках данного закона.

Председательствующий. Мы должны, образно говоря, «поженить» законодательство о наукоградах и законодательство о долинах и, думаю, может что-то получиться. Распространение «сколковского статуса» на бо́льшее количество разного рода научных организаций может иметь серьезное положительное значение.

(JPG, 434 Kб)

Т.В. Соломатина, депутат от Томской области, Комитет по охране здоровья Государственной Думы. Безусловно, современная система здравоохранения должна опираться на передовые технологические достижения. Степень интеграции современных технологий в медицинскую практику, в здравоохранение отражает технологический уровень и позволяет иногда кардинально изменить ситуацию в лечении многих заболеваний и даже тех, которые считались раньше неизлечимыми. Происходит смена научных парадигм в медицине, появляются персонифицированная медицина, трансляционная медицина. формулируются новые научные исследовательские направления. Приоритетное внимание должно быть уделено профилактической медицине, разработке и внедрению новых средств предупреждения заболеваний, охране и укреплению здоровья детей, работающего населения, лиц пожилого возраста. Важным направлением научных разработок становятся аналитические методы, позволяющие моделировать изменения в структуре заболеваемости.

Проведено заседание Комитета по охране здоровья Государственной Думы — «круглый стол» в Томске. Участвовали ученые с мировым именем, руководители крупных лечебных, научно-исследовательских институтов, молодые ученые. Они поставили вопросы по проблемам в законодательстве в части организации замкнутой цепи от проведения научных исследований до доведения их до конечного результата, до практического здравоохранения.

Вот что сказали ученые. Отсутствует преемственность по разработке новых медицинских технологий, препаратов, приборов, устройств между научными учреждениями, имеющими различную ведомственную принадлежность, и медицинскими организациями, части трансферта новых медицинских технологий. Отсутствует единый реестр новых медицинских технологий, прошедших этап разработки и уже рекомендованных к клиническому использованию, а также единый реестр технологий, планируемых к разработке научными учреждениями. Требуется создание прозрачного межведомственного механизма заказов и финансирования разработки новых технологий. Необходимо совершенствовать систему закупок реактивов и реагентов для лабораторных исследований — срок получения их учеными иногда доходит до года, что зачастую приводит к утрате актуальности всего научного исследования. Здесь есть проблемы и в таможенном законодательстве.

Необходима информационная поддержка медицинских работников в отношении достигнутых научных результатов. Существующая система повышения квалификации врачей — это один раз в пять лет, что не соответствует темпам развития медицинской науки. Создается новая для нашей страны система аккредитации медицинских работников с непрерывностью профессионального развития.

Создание федерального государственного образовательного стандарта высшего образования по аспирантуре с приданием аспирантуре статуса высшего образования третьего уровня — не решает, по мнению экспертов, проблемы качественной подготовки медицинских научных кадров и привлечения молодых специалистов. Освоение искусственно созданных, а, зачастую, ненужных дисциплин, приводит к тому, что большинство выпускников аспирантуры не защищают свои диссертации в срок, а количество защищенных в сроки обучения диссертаций неуклонно уменьшается. Словом, компетентный подход к обучению в аспирантуре не соответствует целям и задачам научных исследований.

Подняты проблемы законодательного регулирования в отношении внесения наследуемых модификаций в геном эмбриона — тут поле непаханое, причем нет законодательного регулирования и за рубежом. Но делать это необходимо.

(JPG, 474 Kб)

П.А. Акимов, главный ученый секретарь Российской академии архитектуры и строительных работ. Делаются большие усилия по воссозданию авторитета в обществе и науки, и научных организаций, статуса Российской академии наук. И, все же, не забывайте про «малые» государственные Академии — Российскую академию образования, Российскую академию художеств и Российскую академию архитектуры и строительных работ. Наша Академия объединяет крупнейших ученых в области архитектуры, градостроительства и строительных наук. В последние месяцы мы участвовали в общественном обсуждении сразу нескольких нормативных документов — проект федерального закона, который обсуждаем сейчас, программу фундаментальных научных исследований в РФ на долгосрочный период, которые сейчас формируются в РАН, Национальные проекты, которые определены в новых майских Указах Президента и, в частности, Национальный проект в сфере жилья и городской среды.

Первое пожелание касается определённого акцента на деятельность Государственной академии наук. Статус Государственной академии наук должен быть усилен, статус ФГБУ не в полной мере позволяет реализовать уставные функции Академии, а также цели и задачи, определенные государством.

В последние годы государство уделяет внимание развитию системы технического нормирования в нашей стране, которая представлена сводами правил, техническими регламентами — национальными и межгосударственными. Эти документы реализуют задачи, определённые в регламенте безопасности зданий и сооружений. За последние годы в нашей стране реализован ряд строительных мегапроектов: возведение объектов олимпиады 2014 года, и Чемпионата мира 2018 года, строительство ряда уникальных сооружений, комплексов. Члены совета нашей Академии принимали и принимают участие в расчётном обосновании этих объектов, стадионов, в архитектурных решениях, даже в проектировании и расчётном обосновании самого высокого на сегодняшний день здания Европы «Лахта центр». Т.е. накоплен определённый потенциал.

Вместе с тем, в процедуре утверждения нормативных документов, сводов правил до сих пор не в полной мере учитывается позиция Академии, хотя, порой, важно не просто информировать, а высказывать, в том числе и жёсткие замечания в части качества тех или иных документов.

Второй блок замечаний связан с развитием системы подготовки кадров высшей квалификации: надо многое сделать, чтобы эта система приобрела более совершенный, эффективный вид.

(JPG, 451 Kб)

Член-корреспондент РАН В.В. Иванов, заместитель Президента РАН. Любой закон — отражение политики, его задача — дать механизм реализации той или иной политики. Где мы находимся сейчас?— Предложу небольшой исторический экскурс. 1991 год: Российская академия наук была воссоздана, как высшая научная организация России. Но в 1992 году тогдашний министр Б.Г. Салтыков заявил: в России слишком много науки, и был взят курс на ее сокращение, который, в общем-то, фактически мы имеем до настоящего времени. Но в 1996 году была принята доктрина развития наук, был принят закон «О науке и государственной научно-технической политике», который, в общем-то, мы сейчас с вами пытаемся как-то модернизировать. Тогда же было явление, называлось, как «пик Фортова»: Владимир Евгеньевич Фортов был вице-премьером РФ и возглавлял государственный Комитет по науке и технологиям — произошло резкое увеличение финансирования науки. К сожалению, процесс был недолгий. В 2002 году был принят документ «Основы политики Российской Федерации в области развития науки, техники и технологий на период до 2010 года и дальнейшую перспективу» — разрабатывался совместно с Советом Безопасности, Российской академией наук и Министерством промышленности и науки и утверждался на совместном заседании Совета Безопасности, Совета по науке при Президенте и Госсовета РФ. Это был последний документ, где Российская академия наук принимала участие как разработчик.

С той поры до сегодняшнего дня Академия наук активной роли в разработке документов не принимает. Некоторых членов Академии привлекают к работе, но Академию как структуру — нет. 2004 год — образование Минобрнауки, резко изменен весь курс в научно-технической политике. Провозглашен тезис, что наука должна быть в университетах и одновременно свернута программа интеграции — как раз тогда она прекратила свое существование.

2013 год, Закон «О Российской академии наук» ликвидировал Российскую академии наук как научную организацию. Другим Академиям — Академии архитектуры, Академии художеств, Академии образования — позволено было заниматься фундаментальной наукой, а Российской академии нет. Это записано в сегодняшнем законе, посмотрите повнимательнее.

2014 год, начало разработки нового закона. В этот же момент мы с вами получили технологические санкции при очень ограниченных возможностях на них отвечать. И в 2018 году Президент поставил нам задачу ликвидировать технологическое отставание. И было ликвидировано … ФАНО — значит, вот о чем говорит тезис Президента «необходимо ликвидировать технологическое отставание». Тезис говорит о том, что все предыдущие годы наши реформы шли не тем путем — в том числе законодательство.

Говоря о новой ситуации, мы должны в корне пересмотреть подходы к формированию закона. О чем говорится — наука занимает лидирующую роль; стратегия национальной безопасности; наука, технология, образование — как приоритет; стратегические направления развития России; новый вектор развития России — не буду на этом подробно останавливаться. Отмечу: ликвидация технологического отставания сейчас находится на уровне обеспечения национальной безопасности. Иначе рискуем в стратегической перспективе потерять не только наш научно-технологический сектор, как самостоятельную структуру, но, и вообще встанет вопрос обеспечения обороны и безопасности.

По поводу закона: юристами и разработчиками проделана очень большая работа, большое спасибо. Проблема не в том, что они что-то не так сделали, а в том, что поменялась ситуация — мы живем в другой стране, в другой парадигме. В законопроекте написано, что закон разработан в целях обеспечения комплексной модернизации законодательства в сфере науки — но нам сейчас нужна не комплексная модернизация, а принципиально новые подходы. Проблема этого закона: он работает в парадигме 2013-2014 года, т.е. до того, как у нас принципиально изменилась геополитическая ситуация. И, кроме того, не учтены итоги реформирования Российской академии наук, а они заставляют много над чем задуматься.

Вывод: необходима новая принципиальная разработка.

Какое должно быть новое законодательство? — Тут полностью согласен с позицией Комитета. Вот основные «пазлы» полного инновационного цикла или того, что называется сейчас сквозные проекты: фундаментальная наука, прикладная, реализация — серийное массовое производство. Но каждый из этих сегментов живет по своим законам — объединить их в один закон, вообще говоря, задача малоподъемная. А ситуация меняется очень быстро.

Действительно, необходим базовый закон. За основу, может быть, имеет смысл взять те подходы, которые были заложены в законе «О науке и государственной научно-технической политике» 1996 года, потому что в него потом вносились изменения. Такая схема позволяет, не трогая базового закона каждый раз, конкретно настраивать те моменты, которые нам надо делать. Потому что есть житейский принцип: не надо, наверное, ремонтировать то, что работает. Надо сделать базовый закон и дальше все остальное регулировать специальными законами. Но первым законом должен быть закон о Российской академии наук во всей этой системе, потому что если мы сейчас не восстановим фундаментальный базис, то в общем-то мы можем получить большие проблемы в технологическом развитии.

Простой пример: в мартовском Послании Президент показал новые образцы нашей современной техники — с точки зрения инженерной проработки это сегодняшний, может быть, где-то, завтрашний день. А с точки зрения фундаментальной науки — это то, что делалось 20 лет назад. То, что мы сейчас начнем делать в фундаментальной науке — мы сможем использовать только через 20 лет. Предложение: Госдумой и Российской академией наук создана совместная рабочая группа — может быть, нам обсудить какую-то новую концепцию закона «О науке и инновациях»?

Председательствующий. Согласен, может быть стоит вернуться к концепции этого закона — новое руководство Министерства может по-новому взглянуть и на все эти проблемы, и на то, что нужны новые подходы. При этом не стал бы недооценивать поправок, которые были предложены Президентом в закон «О Российской академии наук»: до конца весенней сессии 2018 года они, надеюсь, будут приняты и поставят статус Академии наук в центр в всей научной политики.

(JPG, 479 Kб)

О.Г. Оспенникова, первый заместитель генерального директора Всероссийского НИИ авиационных материалов. Выступаю от лица Ассоциации государственных научных центров «Наука», расскажу — что делают государственные научные центры и что препятствует их функционированию.

По поручениям Президента при разработке Национального проекта в сфере науки необходимо до 2024 года: создание передовой инфраструктуры научных и исследовательских исследований и разработок, создание не менее 15 научно-образовательных центров, которые будут готовить кадры высшей квалификации мирового уровня, формирование целостной системы подготовки и профессионального роста научных и научно-педагогических кадров, обеспечение не менее 50% производственной базы ведущих организаций.

Государственные научные центры являются инструментом для реализации научной деятельности — имеют уникальную стендовую экспериментальную приборную базу, высококвалифицированные научные и инженерные кадры, взаимодействуют с госкорпорациями, с конструкторскими бюро, с промышленными предприятиями, ведут все виды исследований от фундаментальных до прикладных, имеют центры поддержки технологий и инноваций, центры трансфера технологий, высокотехнологичную производственную базу, имеющие лицензии образовательные центры.

В широкой кооперации проводят фундаментальные поисковые исследования — с учреждениями РАН, с вузами в части подготовки научных инженерных кадров, а также с теми, которые проводят фундаментальные поисковые исследования. Основные функции ГНЦ — проведение поисковых прикладных исследований с доведением результатов до реального производства, до получения инновационной продукции. Есть базовые принципы, основной упор — на «зеленые» технологии.

Деятельность ГНЦ — ядерная физика, технологии, химия и материаловедение, авиация и космос, судостроительная промышленность, словом, практически все поле, что существует в промышленности.

ГНЦ являются координаторами пяти технологических платформ, которые зарекомендовали себя, как эффективный инструмент продвижения крупных научных проектов с осуществлением коммерциализации научной деятельности. ГНЦ являются сокоординаторами в 12 технологических платформах и участниками 28 технологических платформ — т.е. перекрываем практически всю научную коллаборацию в РФ.

Что является препятствием для создания опережающего научно-технического задела — основного функционала ГНЦ? Научно-технический задел (НТЗ) — новые знания, полученные в результате поисковых исследований, и те, которые направлены на реализацию критических прорывных технологий. Подчеркнем особо: имеющие правовую охрану. Потому что то, что не имеет правовую охрану, является доступным всем — не может являться предметом коммерциализации.

Создание опережающего НТЗ и его коммерциализация невозможны без создания рынка интеллектуальной собственности в РФ — это должно найти отражение в законе о научной и научно-технической инновационной деятельности в Российской Федерации.

Ассоциация ГНЦ серьезно проработала законопроект, дала свои замечания, однако на сегодняшний день не учтено практически ни одно из замечаний. Наши замечания — это уточнение основных формулировок: по научным организациям, по научной деятельности, по инновационной деятельности, по определению государственных научных организаций научно-технической деятельности. Предлагаем: обозначить в законопроекте направления мирового уровня и консолидировать его со Стратегией научно-технологического развития Российской Федерации.

Предлагаем: организовать привлечение ГНЦ к проведению экспертизы и к публичному обсуждению проектов национального уровня, включая создание 15 научно-образовательных центров мирового уровня.

С целью эффективного управления результатами интеллектуальной деятельности от имени Российской Федерации и реализации полного инновационного цикла предлагаем сохранить существующие организационно-правовые формы и обеспечить бесперебойное увеличение уставных фондов ГНЦ РФ за счет нематериальных активов.

Министерство финансов вышло с предложением в Правительство увеличить часть чистой прибыли, перечисляемой в федеральный бюджет для ФГУПов и государственных организаций. Сейчас это составляет 25%, предлагаем увеличить эту сумму в два раза.

Учитывая, что вся основная прибыль, которая зарабатывается предприятиями, идет на их развитие и утверждается соответствующими федеральными органами исполнительной власти, мы просим поддержать нас — оставить за государственными научными центрами долю прибыли, подлежащей перечислению в федеральный бюджет не более 25%.

Исключить из числа индикаторов пункт количества статей, опубликованных Web Site. На наш взгляд, мы должны, все-таки, поддерживать публикационную активность в первую очередь в Российской Федерации, потому что, публикуясь в зарубежных журналах, мы, безусловно, частично открываем свои ноу-хау. Предлагаем уравнять эти понятия в критериях оценки научной деятельности.

Председательствующий. Вы подняли вопросы, действительно, ключевые — связанные с интеллектуальной собственностью, а также вопросы наукометрии, которые не подвергаются законодательному регулированию, в законе мы это не пишем — это нормативное регулирование. Вопросы, связанные с индексом цитируемости, появились свое время потому, что была программа «5-100», и они учитывались для ее реализации. Сейчас, я считаю, это, действительно, создает очень большие проблемы — и не только в естественных науках, но и в гуманитарных тоже. Мы здесь не согласны с Министерством уже не первый год, но я считаю — проблема, действительно, существует, и те критерии оценки работы научных организаций, вузовских организаций, которые, например, подготовлены ассоциацией ректоров Российской Федерации, на мой взгляд, более отвечают интересам развития российского образования и науки, чем те критерии, которые 50 лет назад были установлены западными университетами, для того, чтобы обеспечивать свое лидерство в мировых рейтингах, для того, чтобы качать в свою пользу разного рода грантовые ресурсы. Поэтому эти критерии вряд ли должны быть основными «путеводными нитями» и «звездами» для развития нашей науки.

(JPG, 438 Kб)

Член-корреспондент РАН К.И. Сыпало, первый заместитель генерального директора НИЦ «Институт имени Н.Е. Жуковского». Наш национальный исследовательский центр в области авиационной науки объединяет пять ведущих отраслевых институтов. Важнейшему институту ЦАГИ, на базе которого создан НИЦ имени Жуковского — 100 лет: это знаковое событие в прикладной науке.

Мысль не стоит на месте. Соединенные Штаты во многом скопировали нашу систему устройства инновационной системы 80-х годов, роль прикладной науки.

Наш НИЦ «Институт имени Н.Е. Жуковского» является тем самым мостиком в «мертвой долине» между фундаментальными исследованиями и промышленными разработками.

О проблемах. Лимитный принцип финансирования НИР, сбор заявок снизу под соответствующие «мешки денег» в федеральных целевых или государственных программах. Представление о результатах НИР либо в виде научно-технических отчетов, то есть, неструктурированной информации, либо самая главная отчетность в виде поставленных на учет разработок, которые вызывают большое количество налоговых проблем, отказ промышленности их воспринимать в качестве результата. Как следствие, очень низкая оценка эффективности прикладной науки — от 5 до 10% переданной информации, что зачастую заставляет промышленность просто дублировать отраслевые прикладные исследования, включая их в ОКРы.

И к тому же, нас вынуждают стыдливо прятать содержание экспериментальной стендовой базы, которая в прикладной науке имеет чрезвычайное значение, поскольку используется не только на этапе исследований и разработок, но еще, самое главное, в процессе сертификации высокотехнологичной продукции.

Также важно понимать, что прикладные НИР, НИОКР и прикладные исследования вообще — являются высокорисковой зоной деятельности, и нельзя требовать отдачи в течение ближайших лет, такая финансовая отдача от результатов их деятельности практически бессмысленна.

В этой связи мы и в закон закладывали, и считаем необходимым об этом говорить: необходимо системное регулирование научной и научно-технической инновационной деятельности, производства и эксплуатации именно как полного жизненного цикла высокотехнологичных изделий.

Необходима гармонизации понятийного аппарата с учетом требований действующего законодательства и с учетом глобальных стандартов времен СССР. Законодательное определение стадии научного сопровождения продукции и услуг на всех этапах жизненного цикла, иначе наука будет никому не нужна. Слава Богу, сейчас это произошло. Мы были второй страной, в которой существовало такое Министерство — Министерство образования и науки (первая — это Украина), мы понимаем, что оно не может существовать в безвоздушном пространстве, и должно быть связано с промышленностью и отраслевыми Министерствами.

Поэтому необходимо формирование стратегической системы целеполагания в соответствии с законом «О государственном стратегическом планировании», включая все стадии прогнозирования, программирования, планирования и реализации, а также наличие системы достижения цели и выполнения ЦДХ при внедрении соответственно НФЗ.

Самое важное, очень коротко. Важно понимать, что в настоящий момент рассматривают жизненный цикл технологии как совокупность стадий от зарождения технологических нововведений (инноваций) до их рутинизации. Есть стадия жизненного цикла технологии, и стадия жизненного цикла продукции — это совершенно разные истории, и мы просили бы законодательно и бюджетно разделять стадию научно-исследовательских работ и стадию ОКР. Вот это непонимание НИОКРа заставляет смешивать обе стадии, вследствие чего зачастую происходит либо дублирование, либо просто игнорирование первой стадии, то есть, стадии самостоятельной разработки технологий. Соответственно, институты Академии наук не могут найти точку приложения, поскольку сразу фактически вынуждены заниматься, минуя прикладную науку непосредственно с производством, отсюда возникает огромное количество проблем.

Но для этих целей, по крайней мере, в НИЦ имени Жуковского разработан соответствующий нормативный и исполнительные механизмы для применения современных методик оценки и уровня готовности технологий. Министерство образования в прошлом году такую методику выпустила, но там используются совершенно непродуманные и ненаучные понятия. Например, предлагается оценивать уровень готовности технологии проекта в целом. Так не бывает. Этот термин используется именно по технологиям, причем, там используются несколько калькуляторов совершенно разных видов, включая интегратор, калькулятор системного уровня готовности, когда оценивается сам демонстратор, и поэтому, собственно говоря, предлагается рассмотреть возможность выделения совершенно разных видов прикладных НИР: проблемно ориентированных и комплексно-научно-технических.

Необходим также переход от неструктурированных результатов научно-технической деятельности к структурированным. Паспорт технологий, паспорт технической концепции, те, что можно померить, которые формализованы и которые очень удобно классифицировать в соответствующих базах знаний, и, собственно говоря, их можно передавать промышленности на безвозмездной или возмездной основе. Эффективность сразу увеличится.

Наконец, важно понимать, что в составе накладных расходов для прикладной науки требуется законодательное выделение статьи на содержание экспериментальной полигонной базы, которая должна существовать инвариантно по отношению к тому, сколько и какого типа продукции производится, поскольку это национальная система сертификации.

(JPG, 521 Kб)

А.А. Ищенко, председатель Центрального совета Всероссийского общества изобретателей и рационализаторов. Благодарю Российскую академию наук, что мы возвращаем традицию — спустя 60 лет Российская академия наук станет той площадкой, где будут отмечены лучшие изобретатели и рационализаторы, президент Академии наук вручит лучшим изобретателям премию ВОИР. Но если говорить про изобретательскую активность, у нас сегодня имеются очень серьезные проблемы, мы существенно отстали от ведущих стран. Мы в 20 раз отстаем по изобретательской активности от Южной Кореи, по количеству международных патентов мы в 60 раз отстаем от Соединенных Штатов Америки, по количеству заявок на изобретение отечественными авторами мы в 70 раз отстаем от Китайской Народной Республики. Специально подчеркиваю: отстаем не на 60-70%, а в 70 раз!

А в 80-е годы прошлого века наша страна была лидером по патентной активности и по количеству изобретений в мире. Мне кажется, забвение изобретательства в стране как раз и привело к таким ужасающим на сегодняшний момент показателям. К сожалению, сегодня ни в одном нормативном акте, ни в одном законе не упоминается даже такой субъект инновационной и научно-технической деятельности, как изобретатель. Я уже не говорю про рационализатора, у которого, к сожалению, даже отменили государственное звание «Заслуженный рационализатор Российской Федерации».

Нам хотелось бы, чтобы сферой интеллектуальной собственности заведовала какая-то одна структурная единица, какое-то ведомство. Сопоставим: в финансовой сфере есть Центральный банк, который регулирует отношения в финансовом секторе. К сожалению, в сфере интеллектуальной собственности нет такого единого регулятора — и в законе необходимо прописать, чтобы был закреплен такой регулятор, им, наверное, может стать Федеральная служба по интеллектуальной собственности. В законе должен появиться специальный раздел, посвященный формированию рынка интеллектуальной собственности. Должна быть полноценная государственная стратегия формирования рынка интеллектуальной собственности.

Предлагаем также закрепить нижний размер вознаграждений для изобретателей — сегодня он не установлен. Поэтому многие сотрудники вузов, научных учреждений получают фактически гроши за свою, я считаю, блестящую деятельность. Ведь у нас есть, чем похвалиться, в изобретательстве мы сегодня конкурентоспособны, в том числе, на международной арене. Просим рассмотреть вопрос о создании фонда российских изобретений. К сожалению, формированием патентных пулов и присутствием с этими пулами на иностранных рынках сегодня никто не занимается. А это, считаем, функция государства, серьезнейший геополитический ресурс, которым, к сожалению, сегодня Российская Федерация не пользуется.

Нужен инструмент инновационного ваучера, который смог бы финансировать коммерческую бизнес-упаковку изобретений и научных открытий, которые потенциально могли бы быть интересны рынку. Рынок не понимает, что есть в Российской академии наук, рынок не понимает, что есть у российских изобретателей, а у изобретателей нет денег из личного семейного кармана, поэтому инновационный ваучер может решить эту проблему.

Предлагаем обратиться к Президенту страны, объявить 2020 год — Годом интеллектуальной собственности и изобретательства. Мне кажется, это будет очень своевременно.

(JPG, 436 Kб)

Е.Е. Онищенко, заместитель председателя профсоюза работников РАН. Ключевым для научно-технологического развития является вопрос финансирования. И если сейчас мы отстаем от наиболее развитых мира в 2-3 раза по уровню внутренних затрат на исследования и разработки в отношении к ВВП, равно как и по уровню бюджетного финансирования науки, то те задачи, которые ставит Президент, задачи развития, не будут решены, если мы не увеличим примерно вдвое финансирование нашей науки хотя бы на 10-летнем горизонте в отношении к ВВП, в том числе и фундаментальное бюджетное финансирование.

В правовом регулировании очень важна его адекватность, правовая парадигма — достаточно адекватно описывать реальность, соответствовать регулируемой реальности. К сожалению, в области финансирования науки такого соответствия нет, что порождает массу проблем. А именно, государственная научная организация существует в форме бюджетных учреждений. Есть общая парадигма финансирования в рамках государственного задания, когда государство выделяет на проведение работ по определенной тематике ресурсы, и предполагается, что в рамках финансирования государственного задания выполняются работы по данной тематике, получаются результаты.

Проблема в том, что наука — это высокоинициативная творческая деятельность, где субъектом часто является отдельная научная группа и даже отдельный ученый. И поэтому, как это и записано в Стратегии научно-технологического развития, как есть во всем мире, существует множественность источников государственного финансирования, существует конкуренция за ресурсы различных государственных фондов и министерств.

В текущем исполнении финансирование государственного задания (я буду говорить, в первую очередь, про академические институты, но это будет относиться в значительной степени и к другим видам государственных научных организаций) покрывает только в лучшем случае зарплату и отчасти, может быть, коммунальные услуги. То есть, в принципе, проводить исследования по определенной тематике за эти деньги невозможно, особенно в области экспериментальной науки.

Проблем, которые возникают из данной постановки вопроса госзаданий и подзаконных актов, очень много. Приведу лишь один пример: раз мы не можем проводить исследования только за счет средств госзадания, приходится привлекать другие источники — гранты и так далее — но это очевидное нарушение бюджетной дисциплины. Вместе с тем нарастает бюрократизация, которая отвлекает ученых от исследовательской работы, связанной с неадекватной парадигмой.

Наши предложения. Учитывая творческие особенности научной деятельности, необходима отдельная особая правовая форма для государственных научных организаций. Имело бы смысл выделить некую базовую составляющую госзаданий — если мы что-то называем госзаданием, то, наверное, госзаданием должны быть все средства, которые государство так или иначе, на конкурсной основе или непосредственно от учредителя предоставляет организации. Должна быть базовая часть госзадания, которая обеспечивает непривязанные к конкретной тематике оклады и коммунальные услуги, возможно, еще что-то. И конкурсная часть госзадания, которая уже привязана к определенной тематике, которая получается из различных научных фондов, из различных конкурсных распределяемых контактов министерств и ведомств. Такая модификация государственного задания позволила бы решить множество вопросов, освободила бы много сил ученых для собственно исследовательской работы.

Два вывода. Это очень сложная задача, она требует изменения ряда таких законодательных актов, как Бюджетный кодекс, Гражданский кодекс — соответственно, ее невозможно решить в рамках небольших поправок к текущему проекту закона. Хорошо, что запланировано, как об этом говорил Григорий Владимирович, представление в Правительство окончательной версии закона. Но не менее важно, о чем говорил Владимир Викторович, продумать новую концепцию закона. Потому что решить базовые задачи, которые в текущей версии закона, в общем-то, даже не ставятся, а именно — ключевой аспект финансирования и правового регулирования, по-видимому, невозможно без существенного переосмысления концепции закона.

Председательствующий. Действительно, финансирование сферы науки — важнейшая составляющая успеха всех тех начинаний. И невыполнение майских Указов Президента 2012 года здесь наивысшее — если мы посмотрим, что не выполнено из майских Указов Президента, как раз не выполнено финансирование науки. В майских Указах было 1,98 от ВВП, а по факту мы получили 1,17. Поэтому эта задача удвоения, по сути, перенеслась на следующий Президентский срок. В том числе решение задач обновления научного оборудования на 50%.

(JPG, 451 Kб)

Ю.С. Зубов, директор «Федерального института промышленной собственности». Вопросы охраны результатов интеллектуальной деятельности нельзя обходить, нельзя замалчивать с учетом Указов Президента и задачи нашей страны — попадания в «пятерку» лидирующих стран. Проиллюстрирую это цифрами снижения активности российских изобретателей в подаче заявок. Если сравнивать это с советскими временами, когда подавалось 180 тысяч заявок, то сегодня общий тренд снижения 23% по НИИ и 13% по вузам, в целом по сравнению с 2016 годом в 2017 году снижение подачи заявок от российских заявителей, от вузов и НИИ на 15%. Ситуация далека от показателей лучших лет советского периода.

Одна из причин снижения патентной активности — недостаток в законодательстве о вознаграждении авторов и изобретателей. Безусловно, постановление Правительства №512 от 2014 года требует актуализации. Необходимо учитывать не привязку вознаграждения к размеру заработной платы ученых и изобретателей, а учитывать их общий уровень и вклад в разработки, привязываться к результатам коммерциализации этих разработок. Кроме того, мы считаем, необходимо выплачивать вознаграждение за рацпредложения.

В настоящий момент результативность НИОКР является низкой, крайне незначителен объем результатов запатентованной интеллектуальной деятельности вовлекается в экономический гражданский оборот — по проведенным Роспатентом проверкам это 2,4% от всего количества созданных охраноспособных результатов интеллектуальной деятельности.

Необходимо включение в госконтракты и государственные программы, предусматривающие выполнение НИОКР, таких индикаторов, как доля затрат бюджетных ассигнований на НИОКР, в ходе которых разработаны технологии с патентоспособными и ключевыми техническими решениями в их основе; доля технологий с инновационным потенциалом, которые лежат в основе результатов. Необходимо включать в государственные контракты на выполнение НИОКР обязательства в сфере создания и коммерциализации интеллектуальной собственности.

На всех стадиях создания технических решений необходимо осуществлять анализ на основе патентной информации — как на стадии принятия решения о технической разработке, так и на всех стадиях ее создания. Есть методы, которые позволят повлиять на качество разработок и их дальнейшую эффективность — например, методы патентной аналитики (отраслевой патент «Ландшафт»), патентно-технологическая разведка.

Чтобы обеспечить правовую охрану технических разработок, нужны, конечно же, специалисты, а специалистов в отрасли интеллектуальной собственности сегодня крайне мало. Этот дефицит нужно закрывать совместными с Министерством образования и науки усилиями. Потребуется увеличение дополнительного финансирования на образование в системе Роспатента, а также в вузовской системе, в системе учебно-методических центров по подготовке инженеров-патентоведов (сегодня в стране только три вуза готовят такую специальность). Необходимо выделение с 2019 года не менее 650 бюджетных мест в образовательных учреждениях высшего профессионального образования для подготовки специалистов в области интеллектуальной собственности.

(JPG, 439 Kб)

В.И. Патрушев, президент Академии наук социальных технологий и местного самоуправления. Представляю Экспертный совет Комитета по образованию и науке по развитию региональной и муниципальной науки. Беспокоит регионалов и муниципалов, естественно, огромнейшая разница в социально-экономическом развитии регионов. Есть регионы, где имеется научный потенциал, академические Научные центры, высшие учебные заведения. Но есть большое количество регионов, где абсолютно отсутствуют научные подразделения, и от этого страдают и губернаторы, и региональные Правительства, и органы местного самоуправления.

Вместе с вологодским Научным центром мы сделали анализ всех 85 регионов Российской Федерации, 12,5 тысяч муниципальных образований. Взяли только городские округа и административные районы, не взяли сельские поселения, а это еще 12 тысяч — там положение еще более сложное, тяжелое. Понятно, что всюду по принимаемым решениям, даже по утверждению местного регионального бюджета, необходимо независимое экспертно-аналитическое заключение на правильность распределения расходов по отраслям — это имеет колоссальное значение. Однако мы увидели, что роль региональной и муниципальной науки абсолютно не просматривается — ни научно-аналитическая, крайне необходимая для местных органов власти, ни экспертно-аналитическая. Необходимо развитие региональной и муниципальной науки и тогда у нас будут шансы надеяться, что, скажем, и в Бурятии, и в Якутии, и на Сахалине, и в других регионах будут выполняться те приоритеты, которые обозначены майским Указом Президента.

В стране по-прежнему остается множество нерешенных вопросов, связанных с наукой, развитием технологий и низкой инновационной активностью компаний, в частности, низкий уровень инновационной активности. Лишь каждая десятая компания сегодня реализует какие-либо инновационные проекты, в то время как в ведущих странах мира показатели инновационной активности составляют 50% и более. Вот где отставание. Выходить из этого положения, это, прежде всего, увеличивать финансирование сферы НИОКР.

В России наблюдается устойчивая тенденция к снижению доли затрат на исследования и разработки по отношению к ВВП. В 2015 году она составляла 1,1% против 1,2% в 2010 году. Китай же, развивая собственный сектор НИОКР, за четверть века довел размер соответствующих затрат фактически с нуля до 2%. В Японии этот показатель — 3,6, в Германии — 2,9%.

Считаю, что даже в региональных бюджетах должны быть предусмотрены ресурсы на НИОКР. Сопоставим: доля затрат на НИОКР в валовом региональном продукте большинства федеральных земель Германии превышает 1,5%. То есть у нас в этом отношении отставание в десятки раз.

Предлагаем: подготовить закон об обязательном создании в регионах фондов поддержки научной, научно-технологической и инновационной деятельности. Принять соответствующие региональные законодательные акты о создании фондов субъектами Федерации. Наполнение бюджета фонда в сумме 1 триллион 741 миллиард рублей, рост на 798 миллиардов к факту 2016 года может проходить, на наш взгляд, поэтапно. 2019 год — 0,5% прирост от выручки промышленных предприятий, следующий год 1%, третий год — 1,5%. Так мы получим достаточное количество ресурсов, и это не противоречит даже существующему Налоговому кодексу, Бюджетному кодексу.

Председательствующий. Финансирование НИОКР — важная проблема, во всем мире это прерогатива частного бизнеса в гораздо большей степени, чем муниципальных бюджетов. Я не сторонник дальнейшего повышения налогов на промышленные предприятия — похоже, на 2% повысят НДС, если еще 1,5% на фонд науки, то, поскольку сейчас уровень рентабельности промышленности практически нулевой, мы так можем просто уничтожить ту курицу, которая несет золотые яйца. Поэтому не уверен, что надо идти по этому пути.

Основной вопрос в том, как, действительно, соотнести предстоящий закон о науке со всем тем пакетом законов, которые сейчас существуют в стране. Мне кажется, решение мы, в основном, нащупали. Схема, которая была предложена Владимиром Викторовичем Ивановым и Геннадием Григорьевичем Онищенко, назовем ее «формулой Онищенко-Иванова», показывает направление дальнейшего движения. Есть базовый закон, который является своего рода кодексом, и вокруг него конкретизируются законы, связанные с регулированием деятельности тех или иных институтов, или как бы комплекса институтов, связанных с наукой. С этой точки зрения наше сегодняшнее заседание было очень и очень правильным и продуктивным.

И второе: вопрос с финансированием тоже связан с законодательством. Мы ждем государственную программу, которая должна быть подготовлена до осени — до следующего бюджетного цикла. И сделаем все, чтобы эта государственная программа была обеспечена финансово.

Поэтому вот на этих двух основных направлениях законодательной деятельности мы и сосредоточимся — не считая того, что сейчас у нас находится в законодательном портфеле. После того, как Президент назвал конкретные цифры, очень сложно саботировать исполнение его Указа, хотя бывают и такие вещи.

От всей души благодарю руководство Академии наук за возможность провести здесь заседание «круглого стола» и Григория Владимировича Трубникова, который выступил с интересным докладом на этом очень полезном заседании.

(JPG, 581 Kб)

 

ВИДЕО (Научное ТВ РАН, выпускающий редактор Анастасия Барашкова)


фото:  Николай Малахин

 

©РАН 2018