Андрей КОКОШИН: действия России могли бы предотвратить Первую мировую войну

29.07.2014



29 июля, 12:05 UTC+4

ИТАР-ТАСС/Григорий Сысоев

100 лет назад, 28 июля 1914 года с объявления Австро-Венгрией войны Сербии началась Первая мировая война. Уже 1 августа Германия объявила войну России, которая формально была вообще ни при чем. Даже Австро-Венгрия вступила с ней в состояние войны только 6 августа. К тому времени Германия рвалась к Парижу, по пути оккупировав Люксембург и напав на Бельгию. По сути, убийство эрцгерцога стало лишь поводом к войне, поскольку основные действия развернулись вдалеке от Сербии. Об истинных причинах начавшейся затем всемирной бойни в интервью ИТАР-ТАСС рассказал декан факультета мировой политики МГУ, экс-секретарь Совета безопасности России академик Андрей Кокошин.

- В чем вы видите основную причину войны? Не в том ли, как утверждают некоторые, что между французским и германским капиталом развернулась ожесточенная борьба за освоение финансового рынка России, который в ту эпоху мог считаться еще колониальным?

- Как это ни парадоксально выглядит, историки значительно лучше разобрались в причинах Второй мировой войны, нежели Первой… Хотя последняя представляет по крайней мере соизмеримый интерес, особенно в контексте тех макроизменений в системе мировой политики, которые происходят сейчас и будут происходить в ближайшие 20-25 лет.

В настоящее время просматривается целый ряд важных исторических аналогий между современным периодом развития системы мировой политики и тем, что было 100 лет назад.

В СССР длительное время причины возникновения войны рассматривались почти исключительно сквозь призму "экономического детерминизма". Одной из важнейших для объяснения причин войны считалась ленинская работа "Империализм как высшая стадия капитализма", которая была написана весной 1916 года в Цюрихе и опубликована в Петрограде в апреле 1917 года.

Ее, кстати, сам Ленин называл "популярным очерком". Статус фундаментального канонического труда эта работа приобрела уже после смерти Владимира Ильича. Но это был действительно внушавший уважение труд, в ходе подготовки которого Ленин проделал огромную работу, привлекая многочисленные источники и литературу на английском, французском и немецком языках.

Но "Империализм как высшая стадия капитализма", увы, не охватывал всей совокупности факторов, которые действительно объясняли бы причину этой страшной войны. Ленин и его соратники с пренебрежением относились ко многим буржуазным историкам, исследователям, занимавшимся изучением механизмов принятия государственных решений. Таковых, кстати, было очень мало. Уровень развития политологии в тот период в целом был весьма невысоким…

Нет никаких сомнений, что огромную роль в том, что крупнейшие державы Европы интенсивно готовились к войне и готовы были в самых широких масштабах использовать военную силу, играли личные амбиции целого ряда монархов, других государственных руководителей, военачальников разных стран. Политология, безусловно, должна принимать во внимание такого рода факторы.

При этом "государственные мужи" и военачальники того времени не обладали должными знаниями общества, реальных закономерностей функционирования системы мировой политики. Многие из них на деле были довольно легкомысленными и безответственными людьми…

Борьба за рынки России действительно шла между французским и германским капиталом. Но она не была столь уж важна, чтобы в ходе этой борьбы вставал вопрос об общеевропейской войне.

- Как можно оценивать последствия и уроки Первой мировой войны?

- Это был страшный удар по европейской цивилизации, по христианской цивилизации. Самые негативные последствия война имела для этики и морали. В ходе этой войны было применено оружие массового поражения - химическое оружие.

Наиболее трагичными последствия мировой войны были для России. Соответственно, можно утверждать, что возникновение этой войны, участие в ней России было крайне невыгодно нашей стране.

Поражение России в Первой мировой войне привело к жесточайшей братоубийственной гражданской войне, стоившей нам огромных жертв…

В интересах России был бы выход из войны до Февральской революции 1917 года с заключением сепаратного мирного договора с Германией. И этого очень опасались и во Франции, и в Великобритании. И настроения в пользу этого, по ряду свидетельств, имелись. В последние годы появились довольно достоверные сведения о том, что убийство Распутина, склонявшегося к такому миру с Германией, в Петрограде организовала английская разведка. Такой мирный договор был бы значительно менее тяжелым, чем Брестский мирный договор 1918 года, который сам Ленин называл "похабным миром".

Результатом перенапряжения сил России в Первой мировой войне стал приход к власти леворадикальных социал-демократов (большевиков) во главе с В. И. Лениным, сначала мечтавших о "мировой социалистической революции", а позднее поставивших цель построения социализма в одной отдельно взятой стране. Попытка реализации этой цели привела к значительным жертвам - в силу известных сталинских репрессий. Но созданная в СССР промышленная база к 1941 году, мощные вооруженные силы сыграли решающую роль в победе антигитлеровской коалиции во Второй мировой войне.

- Имела ли Россия шанс не ввязаться в войну, оставив, скажем, Сербию без поддержки? Или все равно была бы втянута в конфликт самим ходом событий или волею воюющих держав?

- Летом 1914 года это было сделать уже крайне сложно, в том числе с учетом общественного мнения в России. К этому времени Россия оказалась слишком глубоко вовлечена в балканскую политику, имея особо тесные связи с Сербией. Сербские же националисты вели собственную игру, движимые идеей создания Великой Сербии. Эта идея в определенной мере была реализована после Первой мировой войны путем создания королевства Югославия - но ценой крушения четырех империй, в том числе Российской империи.

Собственно, сербское правительство после убийства эрцгерцога Фердинанда почти капитулировало перед ультимативными требованиями Вены.

Вообще, поведение руководства Австро-Венгрии было наиболее иррациональным. Но оно решило сокрушить Сербию, чего уже российская власть не могла допустить без огромного ущерба для своего авторитета как в международном сообществе, так и внутри страны. Возможность остаться в стороне в случае такого острого конфликта между Австро-Венгрией и Сербией существовала бы у России, если бы задолго до лета 1914 года наша страна дистанцировалась бы от сложнейших хитросплетений политики на Балканах.

- Можно ли предполагать, что Германия, покорив Францию, затем соединенными силами оборотилась бы против нейтральной России, как это произошло во Второй мировой войне?

- Возможно, что Россия, не будучи так тесно привязанной к политико-военным интересам Франции, могла бы сыграть роль арбитра в германо-французском конфликте, особенно если бы она взаимодействовала в этом деле с другими заинтересованными державами. Можно предположить, что такие действия России могли бы предотвратить Первую мировую войну, предотвратив в том числе новый разгром Франции. При этом Россия должна была бы опираться на реальную мощь своих вооруженных сил и иметь достаточно искусных дипломатов…

У нас в последние годы любят вспоминать высказывания императора Александра III о том, что "у России есть только два союзника - ее армия и флот". На деле именно Александр III положил основы русско-французского военного союза, который в конечном итоге деформировал в пользу Франции политику России в то, что мы в современных условиях называем "политикой национальной безопасности". Недаром в центре Парижа благодарными французами был построен великолепный мост Александра III.

Император Николай II, поддерживая дружеские отношения со своим родственником кайзером Вильгельмом II, пошел на весьма тесный союз России с республиканской Францией, который в определенной мере ставил нашу страну в зависимость от этого союзника.

Планы Генштаба русской армии были фактически субординированы относительно планов французского генштаба. И это оказалось важной причиной тяжелого поражения двух кадровых русских армий Самсонова и Ренненкампфа в Восточной Пруссии 2 (15) сентября 1914 года. И если бы Россия избрала в отношении Германии не наступательную, а оборонительную военную стратегию в духе идей Барклая-де-Толли, Кутузова, Клаузевица и Михневича, то у кайзеровской Германии в 1914 году, как и у Наполеона в 1812 году, никаких шансов на разгром России даже после поражения Франции (если бы не удалось предотвратить эту войну) не было бы. Но в Российской империи к 1914 году, как и в Германии, во Франции и в Австро-Венгрии, доминировал и на стратегическом, и на тактическом уровне "культ наступления", имевший во многом идеологические основания.

Во Второй мировой войне расчет гитлеровских генштабистов при подготовке "молниеносной войны", "блицкрига" против СССР во многом строился на том, что Советский Союз не будет придерживаться на начальном этапе войны оборонительно-наступательной стратегии, подобной той, которая была с успехом применена против войск Наполеона в 1812 году. Наличие такой стратегии у РККА в 1941 году наряду с достаточно широким спектром реальных военных и военно-промышленных возможностей СССР могло бы обеспечить стратегическое сдерживание такого опаснейшего противника, которым была нацистская Германия.

- Что можно считать самыми крупными ошибками в строительстве вооруженных сил Российской империи перед Первой мировой войной?

- По личному решению императора Николая II было начато строительство новейших линейных кораблей (дредноутов) и линейных крейсеров для Балтийского моря, которое уже в то время, по выражению Свечина, было "оперативными задворками Европы".

Это решение было принято без каких-либо консультаций с военным министром и Генштабом русской армии, не говоря уже о консультациях с деятелями Государственной думы, ведавшими военными вопросами. На основе докладов царю военно-морского министра и начальника Генерального морского штаба огромные ресурсы, затрачиваемые на линейные корабли Балтфлота, с гораздо большей пользой могли бы быть вложены в оснащение сухопутных войск Российской империи тяжелой полевой артиллерией, на развитие боеприпасной отрасли промышленности, на оборудование будущего театра военных действий, на развитие тех отраслей промышленности, которые могли бы обеспечить собственное массовое производство самолетов и автотранспорта, и т. п.

На эти ошибки указывали независимо друг от друга в 1920-е годы Александр Андреевич Свечин и Михаил Николаевич Тухачевский…

Что касается собственно военно-морского флота Российской империи, то значительно важнее было бы на первое место поставить усиление за счет первоочередного строительства несколько дредноутов не Балтфлота, а Черноморского флота. Последний в результате мог бы иметь господство на море со всеми оперативными, стратегическими и политико-военными последствиями. В том числе реальной становилась бы задача захвата Босфора и Дарданелл и поражения Османской империи в войне в ее первые полтора-два года.

Кстати, и крупнейшей стратегической ошибкой кайзеровской Германии было создание линейного "флота открытого моря", развязывание ею гонки морских вооружений с Британской империей… Это тоже отвлекло гигантские ресурсы от усиления сухопутных войск Германской империи и сделало Великобританию однозначным противником "второго рейха" в грядущей мировой войне.

Вспоминаю, что в свое время заместитель генерального инспектора бундесвера ФРГ генерал Герд Шмюкле назвал морского министра Германии фон Тирпица, главного идеолога и лоббиста развития линейного "флота открытого моря", одним из основных виновников поражения Германии в Первой мировой войне.

В годы непосредственно перед Великой Отечественной войной Сталин поставил задачу ускоренного строительства крупных артиллерийских кораблей, линкоров и линейных крейсеров для Красного Флота. При этом строительство авианосцев, явно превращающихся в главную ударную силу флотов, по сталинским планам развития РККФ не предусматривалось. На этот раз он даже не советовался с наркомом ВМФ Николаем Герасимовичем Кузнецовым и Главным морским штабом.

Реализация этих решений отвлекла большие людские и материальные ресурсы Советского Союза, которых остро не хватало для развития многих компонентов сухопутных войск и авиации РККА.

Известно, с каким острым дефицитом автотранспортных средств, средств связи, транспортных самолетов, средств ПВО и средств ПРО столкнулась наша армия в начале Великой Отечественной войны.

Такого рода уроки актуальны во все времена при поиске оптимальных решений в строительстве вооруженных сил с учетом всегда имеющихся серьезных ограничений по финансовым ресурсам, по технологической базе, по людским ресурсам в науке, промышленности, в самих вооруженных силах.

При строительстве вооруженных сил Российской империи были допущены и другие немаловажные ошибки…

Если говорить о развитии сухопутных войск, то для царской армии была характерна чрезмерная численность конницы - более 300 тыс. сабель… В этой войне стратегическая конница не нашла своего применения, она оказалась крайне уязвимой перед лицом артиллерии и автоматического оружия. Но такая численность конницы тоже поглощала весьма значительные ресурсы. В большинстве случаев для нее была характерна и устаревшая тактика…

- Какие вообще уроки извлекла Россия из Первой мировой войны? Или никаких, поскольку сама была ликвидирована, а новое государство стерло память о войне? Значит ли это, что мы только сейчас возвращаемся к подведению итогов конфликта 100-летней давности?

- В межвоенный период уроков, к сожалению, было извлечено не так уж много. Даже с сугубо профессиональной военной точки зрения.

Опыт Первой мировой войны, в том числе боевых действий на Западном фронте, где в основном использовались все технические новинки, довольно плодотворно изучался в СССР вплоть до середины 1930-х годов военными специалистами из числа бывших царских офицеров, особенно из тех, кто входил в службу Генерального штаба Российской империи.

Эти люди хорошо знали иностранные языки, не раз бывали за границей. Но к концу 1930-х годов их почти не осталось в РККА и РККФ, большинство из них были репрессированы, а их труды стали считаться вредительскими… В РККА стали доминировать люди с командным опытом участия в гражданской войне и без каких-либо навыков самостоятельной теоретической и военно-исторической работы, не обладавшие должной общей и профессиональной военной культурой.

Но это был совсем другой опыт, практически не имевший ценности для Второй мировой войны. Да и он к середине 1930-х годов стал освещаться очень однобоко, с позиций пропагандистской брошюры Ворошилова "Сталин и Красная Армия".

Кстати, нельзя не вспомнить, что иностранных языков не знал ни Сталин, ни Молотов, ни другие высшие руководители СССР предвоенного периода - в отличие от Ленина и многих его ближайших соратников. Не владел иностранными языками после 1937-1938 годов и высший командный состав РККА - кроме Бориса Михайловича Шапошникова.

- А какие уроки извлекла Германия из Первой мировой войны? На уровне государственном, военном, национальном, психологическом?

- Разные слои населения и разные политические силы в Германии извлекли разные уроки. В послевоенной Германии шла острейшая политическая борьба. В конечном итоге победили, как известно, при поддержке правых сил крайне шовинистические и расистские национал-социалисты. Гитлеру в удивительно короткие сроки удалось мобилизовать нацию, подчинить ее воле нацистской верхушки…

Изначально для нацистов главным противником был Советский Союз. Именно на Востоке Гитлер видел для Германии "жизненное пространство", "Лебенсраум".

Если говорить о военных уроках, то здесь можно отметить следующее. В немецком послевоенном рейхсвере, возглавляемом генералом Гансом фон Сектом, гораздо лучше, чем в любой другой стране, изучали опыт войны. Отталкиваясь от него, немецкие генштабисты первыми вскрыли, пользуясь выражением Свечина, "оперативную тайну будущей войны".

За пределами Германии большинство военных теоретиков считали, что "план Шлиффена", предусматривавший скоротечный разгром Франции, в 1914 году провалился. А в Германии вполне обоснованно полагали, что он был искажен, порушен действиями Хельмута Мольтке-мл. и, соответственно, шлиффеновская идея "канн" в оперативно-стратегическом масштабе вполне может быть реализована в следующей войне. Что и было последовательно осуществлено вермахтом в 1939-м, 1940-м и 1941 годах.

К концу Первой мировой войны появился целый ряд средств, которые определили облик Второй мировой войны - истребительная, штурмовая и бомбардировочная авиация, танки, пистолет-пулеметы, использование автомобильного транспорта и пр. В массовом порядке была отработана тактика штурмовых групп. Все это в полной мере было учтено немецкими военными специалистами, теоретиками и практиками в большей мере, чем в других странах.

На основе тщательно изученного опыта войны в нацистской Германии была создана мощнейшая, тщательно продуманная военная машина, сокрушение которой стоило нам огромных жертв.

Мы должны помнить, что вермахт, не говоря уже о войсках СС, ожесточенно сопротивлялся союзникам (прежде всего Красной Армии) до самого последнего момента, когда положение для Германии было уже безнадежным.

Беседовал Александр Цыганов

 

 

Источник: ИТАР-ТАСС, 29.07.2014

Подразделы

Объявления

©РАН 2020