Горизонты солнечных исследований

08.07.2015



Итоги инспекционной поездки вице-премьера Дмитрия Олеговича Рогозина и главы «Ростехнологий» Сергея Викторовича Чемезова на площадки будущего Национального гелиогеофизического комплекса (НГГК) комментирует участник —председатель Сибирского отделения РАН академик Александр Леонидович Асеев.

— Несомненным достижением Сибирского отделения РАН является реализация крупнейшего за последние годы истории Российской Академии наук проекта: его общая стоимость оценивается примерно в 19 миллиардов рублей, а первый транш на проектные и изыскательские работы, выделенный в конце 2013-начале 2014 года, превысил 150 миллионов рублей. Из шести проектов mega science, предварительно отобранных Правительством РФ, два относились к Сибири. Но до чарм-тау фабрики ИЯФ очередь никак не доходит, а вот судьба гелиогеофизического комплекса сложилась удачнее. В конце декабря 2014 г. премьер-министр Дмитрий Медведев подписал соответствующее постановление Правительства, но этому, как считает академик Гелий Александрович Жеребцов, предшествовало 17 лет упорной работы… Из них, как минимум, последние десять лет велась предметная работа с профильными министерствами, в ходе которой я, как председатель СО РАН приложил все усилия для того, чтобы новые гигантские исследовательские объекты в Восточной Сибири были созданы и заработали. Гелий Александрович уже не занимает высокие административные должности, как ранее, кроме одной — и.о. заместителя председателя СО РАН. Это сделано сознательно, чтобы он мог подписывать соответствующие обращения Сибирского отделения как лицо, ответственное именно за этот комплекс. Головной в проекте НГГК Институт солнечно-земной физики СО РАН в Иркутске теперь возглавляет член-корреспондент РАН Александр Павлович Потехин: правда, в дни приезда высокопоставленных федеральных деятелей он оказался в больнице.

Напомню, что НГГК делится на пять субпроектов. Это солнечный телескоп-коронограф, радиогелиограф и оптический центр, расположенные в Бурятии (соответственно, посёлки Монды, Бадары, Торы Тункинского района) и система радаров в районе Малого моря в Иркутской области. Всё вместе должно дать синергетический эффект в процессе изучения объектов различной удалённости (околоземное космическое пространство, ионосфера, Солнце) разным инструментарием: оптическим, радиолокационным, лидарным.

Успех в продвижении проекта Национального гелиогеофизического комплекса связан с двумя важными факторами. Первый — это его огромное значение для фундаментальной науки. Солнце — единственный доступный нам в настоящее время действующий термоядерный реактор, и всё, что там происходит, крайне интересно и важно. Мы не представляем себе, как на звёздах генерируются и взаимодействуют магнитные поля, какова природа 22-летнего цикла смены магнитных полюсов Солнца и 11-летняя — солнечных пятен. Меня поразил такой факт: силы гравитации настолько велики, что путь фотонов из внутренних областей (где температура достигает 14 миллионов градусов) на солнечную поверхность занимает до 100 миллионов лет. И тот свет, который мы получаем от Солнца, намного древнее человечества…

Получение новых знаний как таковых неразрывно связано с практическими приложениями. На Солнце происходят вспышки, которые оказывают значительное влияние на жизнь на Земле, в том числе на системы связи и летательные аппараты. Изучение процессов в ионосфере напрямую связано с освоением Арктики (ионосфера Земли максимально тонкая именно там), а именно эта область является для России стратегической с точки зрения освоения минеральных ресурсов и обороноспособности. Кроме того, проект очень ценен с точки зрения контроля космических объектов в околоземном пространстве.

Второй фактор, на который я хочу обратить особое внимание — это наличие мощного индустриального партнёра: в идеале, таковой должен быть у каждого академического института. Например, для ИЯФа это ГК «Росатом», а в случае с НГГК речь идёт о корпорации ОАО «Ростех», в которую входит около 500 предприятий, в том числе ведущие предприятия оборонно-промышленного комплекса. В условиях санкций на импорт оборудования рассчитывать почти не приходится, а его качество должно быть уникальным. Например, стеклянная заготовка зеркала для солнечного телескопа диаметром 3 метра должна остывать (по управляемой программе) полтора года. И столько же будет длиться его шлифовка с микронной точностью. Но могу уверенно сказать, что сегодня в России есть предприятия, способные обеспечить НГГК и оптикой, и микроэлектроникой, и точной механикой. В частности, лидарный комплекс разрабатывается и поставляется томским Институтом оптики атмосферы СО РАН, системы автоматического передвижения телескопов и других устройств создает Институт автоматики и электрометрии СО РАН, а большеформатные фотоприемные матрицы ИК-диапазона создаются в Институте физики полупроводников им. А.В. Ржанова СО РАН. Понятно, что проект НГГК содержит серьёзную оборонную компоненту: навигация, контроль за спутниками и «космическим мусором», геолокация, мониторинг земной поверхности, влияние ионосферных и космических волнений на электронику и многое другое.

На сегодня проектный этап НГГК вступил в завершающую стадию, и речь идет о начале реализации «в железе». Вместе с Дмитрием Рогозиным и Сергеем Чемезовым в Восточную Сибирь прилетели президент РАН академик Владимир Евгеньевич Фортов (первый раз посетив СО РАН после избрания), от ФАНО России — заместитель главы агентства Сергей Владимирович Кузьмин и руководитель дирекции строительства Герман Германович Иванов. На новеньком, прямо с завода в Улан-Удэ, вертолете мы облетели урочище Бадары, Монды (где планируется строительство новой башни как раз под тот коронограф с 3-метровым зеркалом), побывали в астрофизической лаборатории ИСЗФ СО РАН в Листвянке. В Иркутске прошло заседание президиума Иркутского научного центра СО РАН и встреча с журналистами. Каковы основные выводы? С одной стороны, начавшаяся реализация проекта НГГК в условиях экономических затруднений не снимает с повестки дня вопрос о его постоянной информационной поддержке, о дополнительных и новых обоснованиях. С другой стороны, работа вышла на тот этап, когда должно быть принято решение уже о том, какая организация возьмёт на себя обязанности государственного заказчика (помимо Академии наук, которая ведет теоретическую и исследовательскую часть работ, и ОАО «Ростех» как генерального подрядчика).

Не буду опережать событий: корпорацию-госзаказчика по НГГК правительство определит в ближайшее время. А по завершении этого крупнейшего проекта — я уверен в этом — на открытие современного научного комплекса приедет первое лицо России, роль которого в принятии решения о строительстве гелиогеофизического комплекса исключительно велика.

Подготовил: Андрей Соболевский, Наука в Сибири

©РАН 2020