Импортозамещение или импортоопережение?

20.10.2014



 

«МЫ ДОЛЖНЫ ЗАНИМАТЬСЯ НЕ ПРОСТО ИМПОРТОЗАМЕЩЕНИЕМ, А ИМПОРТООПЕРЕЖЕНИЕМ»

Что такое наилучшие доступные технологии, и какую роль в переходе на них сыграет недавно созданный на базе Российского фонда технологического развития (РФТР) Фонд развития промышленности (ФРП), STRF.ru расспросил директора фонда Михаила Рогачёва.

Михаил Рогачёв: «Новый фонд планирует выделение средств не только на финансирование НИОКР, необходимых для создания новых технологий, но и на стадии внедрения технологий»

Михаил Борисович, чем деятельность Фонда развития промышленности будет отличаться от Российского фонда технологического развития?

– Как вы знаете, РФТР распоряжением Правительства передан в ведение Минпромторга вместе со всеми своими функциями. Фонд развития промышленности – это новая, расширенная версия РФТР для промышленного применения. Новый фонд планирует выделение средств (в виде займов для промышленных предприятий. – Ред.) не только на финансирование НИОКР, необходимых для создания новых технологий, но и на стадии внедрения технологий – прежде всего на подготовку технико-экономических обоснований, предпроектные и проектные работы. Только по завершении этих работ можно переходить к строительству и серийному производству, которые финансируются при поддержке других государственных институтов развития или коммерческих банков.

Как теперь, в условиях технологических санкций Запада, модернизировать производство?

– К сожалению, те отрасли, заказы которых могли бы вытащить нашу обрабатывающую промышленность, наше машиностроение (производство средств производства), за долгие годы привыкли использовать зарубежные технологии. Спохватились мы совсем недавно – после известных событий.

Мы должны заниматься не просто импортозамещением, а импортоопережением, разрабатывать и внедрять те технологии, которые замещают не сегодняшний импорт, а тот, который нам понадобится завтра.

А для того, чтобы вовремя – и не на словах, а на деле – заботиться о создании технологий завтрашнего дня, надо перенимать за рубежом финансовые технологии. То есть научиться поддерживать переход знаний из науки в реальное производство материально – с помощью современных финансовых инструментов. Этим, в том числе, и будет заниматься ФРП.

Недавно в Братске прошло заседание Межведомственного Совета по переходу на принципы наилучших доступных технологий. НДТ – это новое веяние?

– В западном инжиниринге понятие BAT (best available technologies) применяется довольно давно для обозначения технологий производства продукции, созданных на основе современных достижений науки и техники и представляющих собой наилучшее сочетание целей охраны окружающей среды при условии технических возможностей. Примерно в таком виде это понятие уже включено и в российское законодательство, а именно в Федеральный закон № 219-ФЗ, принятый в июле этого года.

Но можно говорить об НДТ и как о своде наиболее приемлемых технологических решений, представляющем собой результат коллективного договора между властью, создающей условия для промышленного развития и осуществляющей экологический надзор, и бизнесом, для которого важно сохранить рентабельность и потенциал развития.

Что это даёт бизнесу или, лучше сказать, промышленности?

– Обратимся к экологии как одной из наиболее понятных и волнующих наше общество тем. До сих пор соблюдение достаточно жёстких экологических требований государство стимулировало в основном взиманием платежей за сбросы и выбросы, а также высокими штрафами за нарушение установленных норм. Однако на практике почти любые штрафы и платежи устанавливаются на основе договоренностей и с учётом конкретных обстоятельств. Например, Байкальский ЦБК или Норильский ГМК при строгом подходе надзорных органов давно были бы остановлены, но благодаря различного рода договоренностям подобные производства существуют, несмотря ни на что.

Кстати, в конце прошлого года волевым решением правительства Байкальский ЦБК всё же был закрыт. Его реконструкция оказалась экономически невыгодной. Это подтвердили расчёты компании «ВЭБ Инжиниринг», привлечённой для подготовки технико-экономических обоснований вариантов модернизации, перепрофилирования или закрытия комбината, загрязнявшего воды Байкала почти 50 лет.

А вот на соседнем Братском ЦБК (группа «Илим») реконструкцию провели, правда, стоила она 1,4 миллиарда долларов. Зато выбросы сократились на порядок. Город сохранил рабочие места, которые естественно стали более технологичными. Выросли объёмы выпуска продукции и, соответственно, налоговые сборы. То есть пользу получили как государство, так и бизнес и общество. Однако, проводя такие мероприятия, бизнес вправе рассчитывать и на поддержку государства.

Но ведь бизнес получает прибыль, зачем ему ещё нужна поддержка государства?

– Во-первых, ему нужно, чтобы государство не ужесточало экологические требования необоснованно. Ведь зачастую российские экологические нормы недостижимы. При этом государство привыкает к высоким доходам от всевозможных штрафов, а благодаря модернизации производств снижаются не только объёмы выбросов и сбросов, но и объёмы платежей за них.

Во-вторых, бизнес может работать лишь в русле долгосрочных соглашений с государством. В этом и суть НДТ. Государство и бизнес должны договариваться «на берегу» о том, с помощью каких технологий и за какой срок обеспечить приемлемые для общества экологические показатели производства с учётом достигнутого технологического уровня. Ведь развиваться в той или иной отрасли можно по-разному.

О концепции устойчивого развития, к которой имеют прямое отношение принципы НДТ, говорят уже давно, но когда эти принципы будут реализованы в России?

– В недалёком будущем. Они должны закладываться уже на стадии НИОКР – например, в виде разработки синтеза лекарств или полимеров методами «зелёной химии» – и на стадии предварительной проработки проектов создания новых моделей автомобилей, производства тканей, строительства зданий, компьютерных дата-центров.

Наука и технологии России

©РАН 2020