Вместо реформы науки сейчас идет откровенная кампанейщина

30.06.2015



 

Пока профильные чиновники решают, чем заниматься дальневосточным ученым, последние сегодня отправляются в научные экспедиции… за свой счет

Почти два года Российская академия наук живет в состоянии реформирования. Академические институты переданы в распоряжение Федерального агентства научных учреждений, РАН пытается руководить научно-исследовательской составляющей теперь неподотчетных ей институтов. Притирка и разграничение полномочий ФАНО и РАН продолжаются долго и мучительно, пишет деловая газета "Золотой Рог".

И вот, когда, казалось бы, почти заработало так называемое правило двух ключей, в Москве созывается третья внеочередная сессия протестной Конференции научных работников. Напомним, она проводится в моменты для Российской академии наук наиболее острые, чтобы проблемы и возможные пути их решения могла услышать широкая научная общественность.

В работе конференции принял участие главный ученый секретарь ДВО РАН, член-корреспондент РАН Виктор БОГАТОВ. Корреспондент деловой газеты «Золотой Рог» побеседовал с ним о том, какие вопросы обсуждались в Москве, как процессы реструктуризации затронули научные учреждения ДВО РАН, перешедшие в ведомство ФАНО, и есть ли проблемы с финансированием начавшегося полевого сезона.

Весеннее обострение

- Виктор Всеволодович, в чем причина столь экстренного сбора ученых на этот раз?

- Министерство образования и науки и ФАНО подготовили на подпись премьер-министру три документа, существенно изменяющих и порядок финансирования, и принятую ранее концепцию развития фундаментальной науки, да и саму структуру функционирования научных учреждений. Некоторые из этих документов были выставлены для так называемого общественного обсуждения, но, как мы увидели, оно прошло чисто формально: предложений научного сообщества чиновники услышать не захотели.

Один из этих документов - концепция фундаментальных исследований, разработанная Минобрнауки. Между тем уже существует программа фундаментальных исследований, ранее подготовленная РАН и утвержденная правительством. Но реформаторы предложили свою, в соответствии с которой предлагается жесткое выделение приоритетных научных направлений с соответствующим финансированием. Все это, по словам академика РАН Валерия РУБАКОВА, который выступил на конференции, фактически приведет к уничтожению многофункциональности отечественной науки и к свертыванию целых научных направлений.

Наибольший протест ученых вызвали методические рекомендации по распределению финансовых средств в рамках госзаданий, в соответствии с которыми со следующего года до 75% от выделяемых на академическую науку средств будут распределяться институтам не напрямую, а через систему конкурсов. Таким образом, базовое финансирование институтов существенно сократится: на него останется лишь 25% запланированных средств. Так чиновники от науки пытаются выполнить майские 2012 года указы президента о существенном повышении зарплаты ученым.

Но оно должно было происходить в комплексе различных мероприятий, в числе которых и увеличение финансирования науки. На конференции напомнили: в одном из майских указов правительству РФ поручалось обеспечить увеличение к 2015 году внутренних затрат на исследования и разработки до 1,77% ВВП. Сейчас этот показатель около 1%. В связи с кризисом в экономике и политическими сложностями в полном объеме указы сегодня просто не выполнимы. Задание увеличить нашу зарплату в несколько раз решили за счет перераспределения средств и неминуемого сокращения научных работников.

Базовое финансирование хотят превратить в конкурсное. В конкурсе появятся победители и побежденные. (Хотя это не означает, что побежденные - плохие ученые!) Обычные расчеты показали, что большая часть научных сотрудников будут выкинуты на улицу.

Кроме того, в этой борьбе за финансирование уничтожается творческая атмосфера в академической среде… Ведь советская и российская наука всегда отличалась своей коллективностью, сотрудничеством на добровольных началах. Сейчас, когда за базовое финансирование сотрудникам институтов придется жестко конкурировать, чтобы не оказаться на улице, мы придем к развалу научной среды, распаду творческих коллективов.

Кто из молодых пойдет в науку на этих условиях? Конечно, на этот счет было очень много жестких выступлений. Кстати говоря, один из разработчиков этих методических рекомендаций тоже выходил на трибуну и говорил, что они исходили из условий, что майские указы будут выполнены в полном объеме. Казалось бы, всем должно быть понятно, что нельзя рекомендации, разработанные для других условий, переносить на существующие. В противном случае может произойти катастрофа.

Если наша страна все-таки претендует на лидерство в мировом политическом пространстве, то, естественно, мы должны поддерживать свой оборонный, научный потенциалы. А сегодня, как заметил председатель профсоюза работников РАН Виктор КАЛИНУШКИН, мы на 23-м месте по числу ученых на 10 тысяч людей, занятых в экономике, так что у нас нет никакого избытка. Если мы сократим еще в два-три раза, то откатимся на 70-е место, и ни о каком импортозамещении, переводе российской экономики на высокие технологии не может быть и речи.

От науки пришлось отвлечься

- Что несет ученым «Проект реструктуризации научных организаций»?

- В ходе реформы ФАНО получило в распоряжение более 1000 академических организаций, включая институты, заповедники, библиотеки, автобазы и пр. Понятно, что такой гигантской системой управлять сложно, значит, решили упростить - за счет объединения.

В ведение ФАНО России перешло 1007 учреждений, в том числе 61 учреждение ДВО РАН.

Предлагается создать некие национальные исследовательские институты, федеральные национальные исследовательские центры, федеральные научные центры, региональные и тематические исследовательские центры, высшие школы общественного гуманитарного знания и центры единой научной инфраструктуры. В ходе предварительных обсуждений эта схема была подвергнута серьезной критике со стороны академии, но, как это было не раз, ее никто не услышал. И самое тревожное: в этих новообразованиях никак не учитывается Российская академия наук. Создается в рамках ФАНО некий центр, им управляет некий совет, из кого он создается - непонятно. А РАН отведено последнее место - участие в региональных программах за счет фондов - и все. Таким образом, институты отсекаются от РАН.

Да и сама реструктуризация - фантазия «фановцев», законом она не была предусмотрена.

Все это нервирует научное сообщество, отвлекает от научной деятельности. Кстати, в результате этого за последний год реформирования науки по институтам РАН-ФАНО на 10% сократилось число публикаций. Заметим, что инициаторы реформ на ее старте обещали повышение эффективности науки.

И еще одна ремарка, реструктуризация - процесс для академии постоянный, на протяжении последних 10 лет в РАН претерпели значительные трансформации более 80 институтов, в том числе и у нас в ДВО. У нас закрывались слабые институты, объединялись подразделения, в достаточно больших масштабах, но без шумихи и протестов ученых. Потому что это всегда диктовалось логикой развития самой науки. Проводя реструктуризацию, необходимо четко понимать, какие цели ставятся и что мы получим в результате.

Сейчас, на мой взгляд, идет откровенная кампанейщина, заставляют объединяться институты с потерей юридического лица, хотя на первых встречах с представителями ФАНО говорилось, что при объединении в так называемые консорциумы юридические лица будут сохранены, но оказалось, в Гражданском кодексе РФ такая организационно-правовая форма не предусмотрена.

Более того, вызывает тревогу факт, что в масштабах страны идет сомнительный эксперимент, конечная цель которого не определена. Ученых встревожила фраза, сказанная на Конференции заместителем руководителя ФАНО Алексеем МЕДВЕДЕВЫМ: «…в ситуации, когда мы не имеем концепции развития науки, на следующем шаге мы будем терять ресурсы и имущество». Что здесь имелось в виду: реструктуризация, которой в основном и было посвящено его выступление, или стратегия развития российской науки на государственном уровне? Государственной стратегии действительно нет, и политика власти в этом направлении пока не ясна.

Океанариум, заповедник, институт могут стать центром

- По реструктуризации в ДВО РАН какие-то решения уже приняты?

- В общий план реструктуризации включен один наш проект. Предложено создать так называемый Федеральный центр морской биологии. В него войдут Институт биологии моря им. А.В. Жирмунского, Приморский океанариум и Дальневосточный морской биосферный государственный природный заповедник. И хотя ученые советы этих организаций поддержали такое объединение, многие вопросы остаются нерешенными, прежде всего с юридической точки зрения.

Как заметил на недавнем заседании президиума ДВО РАН председатель отделения, академик В.И. СЕРГИЕНКО, любой шаг вперед может развернуться в обратном направлении. Если будет создан центр, то Морской заповедник потеряет статус юридического лица и статус ЮНЕСКО. А нам бы хотелось сохранить Морской заповедник как научную единицу. Благодаря проводимым в заповеднике исследованиям мы видим положительную тенденцию в восстановлении экосистем залива Петра Великого.

Возникнут сложности и у океанариума, поскольку это не только научное, но и развлекательное, образовательное учреждение. Можно ли все это сохранить без потерь? Пока вопросов больше, чем ответов. Естественно, РАН дала на этот проект отрицательное заключение, потому что первоначально надо провести юридическую экспертизу проекта. Что же касается научной стороны - то в таком центре есть смысл, и сегодня у океанариума и института один научный руководитель - академик Андрей АДРИАНОВ. Под руководством многих ученых Института биологии моря ведутся работы в морском заповеднике.

Вообще, у академии наук хороший опыт работы с заповедниками, даже в тяжелые времена, когда заповедники в нашей стране закрывались, мы их сохранили. Сейчас от нас ушел в Минприроды заповедник «Кедровая падь», и мониторинговые исследования там прекратились. Жаль, если уйдут морской и Уссурийский заповедники.

Последний, кстати говоря, создавался еще в начале прошлого века, при участии выдающегося ученого-ботаника, впоследствии президента академии наук В. Л. КОМАРОВА, под его руководством в годы Великой Отечественной войны академия показала высочайшую эффективность в экстремальных условиях. Комаров еще до войны увидел здесь участок тайги, который, по его мнению, является эталонным. Мы знаем, что сегодня идут глобальные изменения климата, ландшафта, качества среды, и, как и столетие назад, нужны эталоны природных территорий, где бы ученые могли проводить мониторинговые исследования. Более того, эта площадка, возможно, будет особо востребована будущими поколениями.

Я не вижу смысла объединять институты, которые находятся в различных регионах Дальнего Востока, у нас уже есть опыт ботанического сада, объединившего три подобных учреждения. Директор находится во Владивостоке и занимается в основном своим ботсадом, а для его подразделений в Благовещенске и на Сахалине даже подписать какой-то документ - проблема. Одним словом, к каждому подобному предложению нужно подходить взвешенно.

В Арктику за свой счет

- В экспедиции ученым ДВО РАН в этом году отправиться удалось?

- И здесь ситуация не улучшается, а усугубляется. Базовое финансирование институтов было урезано на 10 процентов. Случились непредсказуемые вещи с финансированием программы «Дальний Восток», средства на которую выделяет ФАНО по итогам конкурса, проведенного ДВО РАН. Мы провели конкурс в рамках запланированных средств, а после этого узнаем, что 44 процента этих денег забирают в связи с экономическими сложностями. При этом значительная часть институтов денег может и не получить, хотя гранты выиграли, а другие институты могут получить разные доли от начального финансирования. И как с этим быть, просто непонятно. Если так произойдет, то на самом деле будет опорочена сама идея этого конкурса.

Между тем полевой сезон уже начался, и ученые не могут терять драгоценное время. Мой коллега занимается перелетными птицами, он отправился в экспедицию за свои деньги, в кредит. Кто-то за свой счет летит на научные конференции, на собственных автомобилях выезжает в близлежащие природные полигоны. У нас даже есть пример, когда морская арктическая экспедиция была проведена за счет ученых: люди заняли деньги, чтобы провести работы, к которым долго готовились, естественно, в расчете на то, что все затраты будут возмещены. Но денег нет! И будут ли они - непонятно.

Двух ключей недостаточно

- Создается впечатление, что два года реформ не принесли академической науке никакой пользы…

- Как сказал в своем выступлении академик Рубаков, реформа не принесла ученым ничего положительного, а те проблемы, которые имелись ранее, только обострились. К этому следует добавить, что престиж научной деятельности в России упал, зарплаты не повысились. И самая большая потеря, на мой взгляд, коллеги об этом тоже говорили, в том, что академия наук перестала быть учредителем своих институтов. Разделение полномочий между ФАНО и РАН, функционирование в условии двух ключей продемонстрировали полную неэффективность.

Неслучайно в день проведения конференции вышло постановление правительства РФ, устанавливающее правила координации деятельности ФАНО и Федерального государственного бюджетного учреждения «Российская академия наук», которыми регламентируется порядок разрешения разногласий. Документом предусмотрены 10 дней для проведения согласительного совещания, три дня на подготовку протокола разногласий… Обеспечение «разрешения и устранения разногласий» делегировано заместителю председателя правительства, курирующему данную сферу. К двум ключам добавили нечто внушительное…

Казалось бы, прошла конференция, разделены полномочия: научная деятельность остается за академией, хозяйственная - за ФАНО. Но спустя пять дней заглядываю на сайт ФАНО и читаю информацию о том, что агентство и Фонд перспективных исследований подписали соглашение о научно-техническом сотрудничестве. С одной стороны - хорошо, организации договорились о поддержке научных разработок в интересах обороны страны и безопасности государства. Но с другой - это одна из функций РАН, у нас есть вице-президент, который за оборонку отвечает, и в ДВО ведутся разработки, важные для обороны.

Между тем поиск, отбор, финансирование проектов в соответствии с соглашением осуществляют Фонд и ФАНО. Планируется создать специальный консультативный орган, в который войдут представители и ФАНО России, и Фонда перспективных исследований. Российская академия наук здесь в принципе не присутствует. И это далеко не единственный пример. Складывается впечатление, что идеологи реформы оттесняют Российскую академию, ведущих ученых от институтов, несмотря на поддержку на словах и премьера, и президента страны.

Повод для оптимизма

- Виктор Всеволодович, но поводы для оптимизма все-таки есть?

- Очень важно, что и на этот раз ученых услышал президент Владимир ПУТИН. Как рассказал после встречи с ним президент РАН Владимир ФОРТОВ, глава государства попросил «относиться бережно к научным кадрам, проводить реструктуризацию науки и все другие изменения осторожно и взвешенно, чтобы не потерять то, что наработано академией за многие годы». Прозвучала также мысль, что «наша наука должна развиваться, ее финансирование не будет сокращаться, что всем надо думать о том, как повысить эффективность науки».

Кроме того, на днях правительство РФ поддержало действующую Программу фундаментальных исследований, предложенную академией наук, которую Минобрнауки хотело упразднить. Вопрос об этой программе был одним из главных на протестной Конференции научных работников. Ученые выступили против альтернативного проекта, разработанного Министерством образования, и правительство в этом вопросе встало на нашу сторону.

К числу положительных я бы отнес и тот факт, что ФАНО нашло взаимопонимание с Росимуществом, которого ранее не было. Это позволило навести порядок с государственным имуществом, находившимся в хозяйственном ведении РАН, а теперь переданным ФАНО. Спасибо им за это! Так что, считаю, агентство уже выполнило свою функцию.

Пора учредителем институтов опять становиться Российской академии наук, как это было многие даже не десятилетия, а столетия. А ФАНО оставалось бы где-то рядом, занималось хозяйственными делами, а в перспективе было бы трансформировано в какой-нибудь госкомитет по науке и технике, с одновременным реформированием Минобрнауки. Во всяком случае, научное сообщество надеется, что здравый смысл все-таки возобладает, ведь нигде в мире чиновники не решают, чем заниматься ученым.

Ирина БАРАННИК. Газета «Золотой Рог», Владивосток.

©РАН 2019