Заседание Президиума Российской академии наук 27 октября 2004 года

27.10.2004

27 октября 2004 года состоялось очередное заседание Президиума Российской академии наук Президиум заслушал научное сообщение «Современные проблемы интеллектуальной собственности». Докладчик - д.ю.н. Лисицын-Светланов Андрей Геннадьевич (Институт государства и права РАН).

Президиум заслушал научное сообщение «Современные проблемы интеллектуальной собственности». Докладчик - д.ю.н. Лисицын-Светланов Андрей Геннадьевич (Институт государства и права РАН).

Введение. Объекты интеллектуальной собственности, правовая классификация.

1. Объективная необходимость принципиальной реформы российского законодательства об интеллектуальной собственности в начале 90-х годов была связана с развитием частного сектора экономики. Создаваемые частные предприятия стали основным собственником имущества и обладателями прав на интеллектуальную собственность. Основной формой охраны прав на промышленную собственность стал патент.

2. Завершением первого этапа реформы законодательства об интеллектуальной собственности в 90-х годах стало принятие блока законов, регулирующих отношения в сфере авторских прав и промышленной собственности.
Вместе с тем в этом законодательстве не нашли отражения вопросы, связанные с правами на открытия, коммерческую тайну и ноу-хау. Содержавшиеся в Гражданском Кодексе упоминания двух последних объектов не обеспечивало адекватного регулирования соответствующих отношений, возникающих в хозяйственном обороте.
Этот пробел частично был восполнен лишь в 2004 году принятием Федерального Закона «О коммерческой тайне».

3. Новое законодательство исходило из принципа приоритета прав автора и доминирования частноправового интереса.
Эта направленность соответствует общим международным тенденциям, нашедшим отражение, в частности в «Соглашении по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности» (ТРИПС), заключенном в рамках ВТО в 1986 г.
Таким образом, принятое в 90-х годах законодательство, а также участие России в основных международных конвенциях по вопросам интеллектуальной собственности, обеспечило правовую основу охраны объектов интеллектуальной собственности как внутри страны, так и за рубежом.

4. Российское законодательство 90-х годов, признавая за физическими и юридическими лицами исключительные права на объекты интеллектуальной собственности, лишало этого права государство. Объективно отсутствие у государства возможности быть обладателем исключительных прав никак не сказывалось на инновационных процессах, однако негативно проявилось в ходе приватизации. Имущественные права, связанные с интеллектуальной собственностью, не имели ни должной оценки, ни регламентации порядка передачи в ходе приватизации.
В этой связи представляется исключительно важными исследования проблем экономической оценки результатов интеллектуальной деятельности (РИД) для оптимизации их правового регулирования.

5. В начале 2000-х годов правовая политика в вопросе, касающемся прав государства на объекты интеллектуальной собственности, существенно изменилась. Предлагаемые поправки к законодательству об интеллектуальной собственности были направлены на обеспечение получения государством исключительных прав на весь комплекс РИД, создаваемое научными организациями, получающими бюджетное финансирование.
В результате негативного отношения научной общественности, в первую очередь РАН, к такому подходу, а также обсуждения законопроектов в Думе проблема была решена в пользу более взвешенной концепции. Суть ее сводится к следующему: 1) исключительные права на РИД возникают у государства лишь в том случае, если это прямо предусмотрено контрактом на выполнение научных и научно-исследовательских работ для государственных нужд; 2) если заказчик не воспользовался своим правом, в частности, не запатентовал научные результаты в течение 6 месяцев с даты информирования его разработчиком о полученных результатах, разработчик может оформить патент на себя; 3) при закреплении за исполнителем исключительных прав госзаказчик имеет право требовать, чтобы исполнитель предоставил указанному госзаказчиком лицу лицензию на выпуск продукции или выполнение работ, необходимых для государственных нужд.
Таким образом, основным итогом первого этапа пересмотра российского законодательства об интеллектуальной собственности стало облеченное в правовую форму заявление государства о своём намерении быть участником отношений, связанных с созданием и оборотом результатов интеллектуальной деятельности, и формирование для этого минимальной правовой базы.

6. Реформа законодательства об интеллектуальной собственности не должна быть связана лишь с проблемами прав государства на результаты РИД. В настоящее время не завершена работа по кодификации законодательства об интеллектуальной собственности и остались серьёзные бреши в регулировании, связанном с охраной отдельных результатов интеллектуальной деятельности. Во-первых, не принята часть IV Гражданского кодекса, которая должна содержать базисные положения об охране и реализации прав на объекты интеллектуальной собственности. Во-вторых, в российском праве возник пробел, касающийся такого объекта, как открытие. Эта проблема имеет ряд своих особенностей по сравнению с остальными, связанными с интеллектуальной собственностью. В условиях рыночной системы хозяйствования она требует и новых решений, которые нужно искать. И хотя попытки такого поиска уже делались, необходимо отметить, что широко использовавшийся в его процессе метод сопоставления с подходами, существующими в зарубежный странах, вряд ли является для российской науки достаточно адекватным. В данном случае речь идёт о фундаментальных исследованиях, тон в которых в числе первых традиционно задавала российская наука. Поэтому определение правовой природы складывающихся отношений, их содержания, условий и форм охраны интересов разработчиков, наконец, роли государства в развитии и поддержке исследований уровня открытий должно строиться в первую очередь с учётом отечественного опыта, сложившегося за почти три столетия организации научных исследований. В-третьих, среди пробелов в правовом регулировании следует выделить вопрос о таких объектах интеллектуальной собственности, как ноу-хау. Принятый Федеральным Собранием закон о коммерческой тайне не установил адекватного регулирования для защиты таких объектов, которые можно было бы определить, как техническое ноу-хау. Хотя для научных, научно-технических и производственных целей именно это является узловым вопросом.

7. Важным направлением правовой политики государства в рассматриваемой области стало стремление развить инновационный процесс, где приоритетной является задача преодоления барьеров между научно-техническими разработками и производством.
Законодательство, которое должно регулировать этот процесс, уже не может ограничиваться блоком законов об интеллектуальной собственности. Необходимо определённое правовое поле, которое обеспечивало бы процесс коммерческого обращения результатов научной и научно-технической деятельности.
Для большинства промышленно развитых стран сам процесс интенсивного вовлечения результатов интеллектуальной деятельности в хозяйственный оборот является очевидным условием выживания в конкурентной борьбе. Условия конкуренции стимулируют разработки государственных программ по интенсификации инновационных процессов. Эти программы имеют и правовые составляющие.
Отечественная действительность такова, что в принципиальном плане уместнее говорить не об интенсификации инновационных процессов, а о необходимости запуска механизма современного взаимодействия науки и производства. К сожалению, начало приватизации в стране и прошедшие с того времени годы были связаны исключительно с процессом раздела и передела права собственности на приватизируемое имущество. Другой же аспект, ради которого приватизация по сути дела и должна проводиться - создание эффективного высокотехнологического производства и экономики, в целом остался за рамками общественного, и в первую очередь государственного, интереса. Столь критическое суждение, к сожалению, подтверждается объективными фактами. На протяжении 15 последних лет суды Российской Федерации завалены имущественными спорами, в основе которых лежат акты приватизации. Вместе с тем судебная практика в части, касающейся споров по лицензионным контрактам, по промышленному освоению совместно созданных разработок, наконец, самих патентных споров, более чем скромная. Она не идёт ни в какое сравнение с количеством подобных дел, рассматриваемых зарубежными судами.

8. В настоящее время ведется работа по разработке закона об инновационной деятельности. Однако принятие такого закона не способно быстро изменить ситуацию, поскольку эта проблема в первую очередь не правовая, а экономическая. В данной ситуации ее нельзя решить при помощи одного специального законодательного акта. Пока для промышленности новейшие результаты науки и техники не станут «в добровольном порядке» жизненно необходимыми, до тех пор будет сохраняться абсурдный разрыв науки и производства. Вместе с тем было бы неправильным преуменьшать в этой ситуации роль правового фактора. Важно правильно определить, какие правовые средства могут быть полезными, более того, жизненно необходимыми для развития инновационной деятельности. Отсюда совершенствование законодательства должно быть связано с развитием льготного налогообложения - исходного правового инструмента, способного стимулировать как научную, так и производственную деятельность.
Кроме экономической мотивации, в вопросе развития инновационных процессов нельзя не учитывать и другие факторы, в частности, социально-психологические, которые, естественно, разняться от страны к стране. Применительно к России очевидно, что инициатива такого развития в настоящее время может исходить скорее от научного сообщества и государства, нежели от промышленности. Совершенствование законодательства должно быть связано с еще двумя факторами.
Во-первых, следует избавиться от тех ограничений, которые установлены подзаконными актами на хозяйственную деятельность научных учреждений, имеющих государственный статус. Во-вторых, необходимо выверено определить роль и функции государства в инновационном процессе, главным образом в рамках договорных отношений по созданию и использованию результатов интеллектуальной деятельности.

9. Правовое стимулирование инновационной деятельности должно учитывать фактор международного обращения объектов интеллектуальной собственности. В настоящее время геополитическая ситуация изменилась. Очевидно, что должны меняться и подходы к вопросам обеспечения национальной безопасности, в том числе связанным с оборотом объектов интеллектуальной собственности. Однако знакомство с действующим законодательством и разрабатываемыми законопроектами и правительственными постановлениями свидетельствуют о сохранении определённых стереотипов. В правовом плане граница в международном обмене РИД есть только одна, и она проходит между Россией и остальным миром. Картина абсолютно чёрно-белая, в которой все зарубежные страны имеют единый цвет. Для сравнения законодательство зарубежных стран значительно изменилось в плане правового регулирования, обеспечивающего нужды национальной безопасности и внешней политики.
Отсутствие в современной российском законодательстве аналогичного, возможно иного, но в любом случае адекватного регулирования объясняется отсутствием соответствующей концепции обеспечения национальной безопасности, которая служила бы ориентиром для создания необходимых дифференциаций в регулировании отношений, связанный с оборотом РИД.

10. Современная правовая политика развитых стран характеризуется ещё двумя весьма новыми тенденциями, которые важны для фундаментальной науки и соответственно для РАН.
Первая касается качественного пересмотра содержания политики, включая правовую политику государства в отношении науки и инновационных процессов. Так, в Японии разработана и реализуется «Стратегическая программа создания, охраны и использования объектов интеллектуальной собственности». Эта программа провозгласила принцип перехода от конкурентоспособного лидера в «производстве материальных продуктов» к созданию экономики, «основанной на знаниях», к нации «основанной на интеллектуальной собственности». Именно это рассматривается как необходимое условие сохранения лидерства в глобализированном мире. Вторая связана с концептуальным отношением государства к охране результатов ИД и инновационным процессам. Во-первых, гарантия прав автора, даже в отношениях с работодателем. Во-вторых, широкое государственное финансирование инновационных процессов при усилении защиты прав авторов и научных учреждений. Практически речь идёт не о выкупе или получении государством исключительных прав в целях их коммерциализации или администрирования, а об оказании всесторонней поддержки, в том числе и материальной, научным учреждениям и промышленности, обеспечении их взаимодействия в инновационном процессе. В-третьих, очевиден и новый подход для законодательства страны с рыночной системой экономики к вопросам самого содержания исключительных прав, касающихся в первую очередь патентов.
Традиционно патентное право развивалось в направлении максимального обеспечения прав патентообладателя, и в первую очередь в контексте обеспечения его коммерческих интересов. Возможность использования патентных прав третьими лицами осуществляется через лицензионный договор. Таким образом, патентная система защиты прав по существу создаёт своего рода монополию патентообладателя. Это обстоятельство потенциально создаёт правовые предпосылки, способные негативно сказаться на общественном интересе.
Для борьбы с этой угрозой законодатель большинства стран предусмотрел институт принудительного лицензирования. Он может применяться, например, когда патентообладатель в течение неоправданно длительного времени не использует изобретение и не даёт согласия на предоставление лицензии на коммерчески разумных условиях другим лицам.
Однако в контексте новых тенденций речь идёт о новом регулировании, где соблюдение общественного интереса становится не исключительной мерой, а изначально условием, на котором автор, или работодатель приобретают патентные права. Эти условия связаны с возможностью или допустимостью использования информации, включая результаты ИД в научных целях. Примечательным является то, что как упомянутая Стратегическая программа Японии, так и рекомендации Совета Королевского Общества Великобритании, содержащиеся в документе называемом «Сохранение науки открытой: влияние политики в сфере интеллектуальной собственности на поведение науки» исповедуют одну мысль, которая должна найти последовательное законодательное закрепление. Коммерческие цели использования запатентованных результатов ИД и действующая система охраны патентных прав не должны быть преградой для потока информации, используемой в научных целях.
Суммируя сказанное, я хотел бы перечислить ряд выводов и проблем, решение которых связано с усилиями не только юристов, но требуют знаний и усилий специалистов в области других общественных наук, а также непосредственных создателей научных и научно-технических решений.

Во-первых, действующее в России законодательство оставило правовой вакуум в вопросах определения объектов права интеллектуальной собственности – это касается как открытий, так и технического ноу-хау.
Во-вторых, крайне актуальны проблемы, связанные с оборотом результатов ИД. Сегодня в законодательстве, обеспечивающем развитие инновационного процесса, основной акцент делается на определение прав патентообладателя, а не на обеспечение развития договорных отношений и налоговое стимулирование этого процесса. Вне поля зрения остаются оперативные меры, которые государство может использовать для развития инновационных процессов.
В-третьих, правовое регулирование создания и обращения РИД в аспекте внешнеэкономической деятельности должно быть основано на новой концепции национальной безопасности и внешней политики.
В-четвёртых, требует изменения сам подход к разработке проблем регулирования отношений, связанных с интеллектуальной собственностью. Я бы закончил своей уверенностью в объективной необходимости повышения роли Академии Наук в этом процессе.

Президиум также заслушал информацию вице-президента РАН академика Платэ Николая Альфредовича о проведении Дней российской науки в Польше. Выставки, доклады и школы, проведенные в рамках Дней российской науки, получили высокую оценку польской научной общественности и правительства Польши.

Члены Президиума также обсудили и приняли решения по ряду других научно-организационных вопросов.

Информация предоставлена Пресс-службой РАН.

Подразделы

Объявления

©РАН 2020