Версия для печати

Каменный «топор с ушками» с Салаира мог быть инструментом для добычи золота

Сотрудники Института археологии и этнографии Сибирского отделения РАН предложили гипотезу, переосмысливающую назначение «топора с ушками», каменного орудия, обнаруженного на территории Новосибирской области. Результаты исследования, опубликованные в журнале «Археология Евразийских степей»​, связывают находку с практикой зимней добычи рассыпного золота.

Уникальная находка на золотоносной реке

В основе работы лежит анализ каменного изделия, найденного в начале 1970-х годов участником Салаирской партии Новосибирской геолого-поисковой экспедиции Валерием Куковским. Орудие было обнаружено в русле реки Суенга близ села Егорьевское Маслянинского района. Как пишут авторы статьи, «предмет был найден в отвале после прохождения драги по реке Суенге после добычи золота». Вследствие этого изделие получило несколько более поздних сколов, а его поверхность была покрыта маслянистой плёнкой техногенного происхождения.

Артефакт, обработанный в технике пикетажа с пришлифовкой, представляет собой так называемый «топор с ушками» — тип орудий, широко известный среди материалов сибирских археологических памятников Северной Азии конца IV – середины III тыс. до н. э. При этом подчёркивается, что «к настоящему времени находка такого орудия является уникальной и единственной для территории Верхнеобского бассейна». Более того, она маркирует юго-западную границу распространения подобных изделий.

Материаловедческий анализ: необычный состав

Для понимания происхождения орудия был проведён анализ его материала методом рамановской спектроскопии. Исследование показало, что «материал, использованный для его изготовления, гомогенен по своей структуре и состоит преимущественно из кварца». Учёные сравнили салаирскую находку с аналогичными изделиями Ангары и Байкала и выявили существенные различия. Если байкальский образец состоял в основном из полевых шпатов (включая альбит, микроклин и анортит) с зёрнами кварца, то салаирское орудие имело иную природу. Как сказано в статье, «сравнение материала изделия с реки Суенги с каменным сырьём из Салаира пока не позволяет признать его местное происхождение». Однако авторы отмечают, что для этой горной территории характерно присутствие кварцевых жил, которые, как правило, связаны с залежами самородного золота.

Масштабированное изображение исследуемого орудия из Салаира (а) и двух изделий из сравнительной «ангарской коллекции» (b, с)

Не топор, а пешня

Ключевой частью исследования стал экспериментально-трасологический анализ следов износа на орудии. Результаты опровергли распространенное среди археологов мнение о том, что «топоры с ушками» использовались в качестве деревообрабатывающих инструментов. Авторы статьи заявляют: «бытующая в среде археологов гипотеза об их использовании в качестве деревообрабатывающих топоров не подтвердилась». Вместо этого «никаких следов износа, образующихся на орудиях, использованных при работе с деревом, на поверхности изучаемого салаирского артефакта выявлено не было».

Исследования показали, что инструмент применялся в качестве пешни для пробивания льда. Ииспользование относительно средних по весу экспериментальных орудий давало возможность выбивать проруби диаметром около одного метра за один час рабочего времени при толщине льда 35–40 см. «В результате проведённого экспериментально-трасологического анализа можно заключить, что исследуемый тип артефактов представляет собой ударные орудия для колки льда», — говорится в публикации.

От рыболовства к золотодобыче

Традиционно находки таких пешней связывают с зимней рыбалкой на крупных водоёмах — Ангаре, Енисее, Байкале. Однако обнаружение орудия на небольшой и сравнительно мелководной реке Суенге, которая «малопригодна для зимнего рыболовства в силу своей мелководности и частичного промерзания до дна», заставило исследователей усомниться в таком объяснении.

Альтернативная гипотеза связывает использование «топора с ушками» с добычей золота. Авторы напоминают, что река Суенга является одной из территорий активной золотодобычи на Салаирском кряже. «В Российской империи добыча россыпного золота велась здесь с 1830 года. К началу XX века на реке Суенге было выявлено 12 месторождений», — сказано в статье.

Суенга по характеру своего течения является паводковой, в основном связанной с таяньем снегов. Её берега сложены светло-серыми глинистыми метаморфизированными известняками. Обломочный материал от вулканических прочных горных пород относится к золотосодержащим аллювиальным отложениям. При этом, отмечают исследователи, «традиционным способом золотодобычи ценный рассыпной металл гораздо проще обнаружить зимой в чистой прозрачной воде, чем летом». Кроме того, «глубокие, перспективные для поиска места добычи золотых россыпей зимой становятся мельче и доступнее для изъятия крупиц драгоценного металла при промывке».

В качестве современной аналогии приводится практика кустарной добычи золота на реках в зимний период в Киргизии, где для разбивания льда используются металлические ломы и пешни. «В древности функциональным аналогом этих орудий могли быть, исходя из их трасологических характеристик, и каменные „топоры с ушками”», — пишут авторы.

Появление орудия на Салаире, по мнению специалистов, маркирует юго-западную периферию распространения таких артефактов за Уралом. Морфология и качество обработки салаирского «топора с ушками» — тщательный пикетаж и пришлифовка — соответствуют поздним образцам, относящимся к эпохе раннего металла. Авторы предполагают, что «если гипотеза о таком предназначении изученного нами орудия верна, то это может косвенно свидетельствовать о весьма продолжительном бытовании изделий этого типа в регионе, вплоть до начала эпохи палеометалла». Именно в этот исторический период на юге Западной Сибири впервые встречаются изделия из самородного золота, и «одним из инструментов для получения такого металла в зимних условиях вполне мог быть „топор с ушками”, обнаруженный в реке Суенге на Салаире».