А.В. Зиновьев: «Часть полномочий Общего собрания РАН должно быть передано Конференции представителей научных институтов».

11.10.2010



Стенограмма выступления А.Н. Зиновьева и обсуждения его доклада на круглом столе 1 Уральской конференции Профсоюза РАН

«Возможные пути реформирования РАН»

 

Мне кажется, что система управления РАН построена неправильно. Все вы знаете, что основу РАН составляет  академические институты, а вовсе ни академики РАН. В  Уставе РАН написано, что  высшим руководящим органом РАН является Общее собрание РАН, там в небольшом количестве представлены представители научных институтов и в полном составе академики и члены-корреспонденты. Мне не раз удавалось присутствовать на Общих собраниях РАН и видеть такую картину: реально ни один вопрос Общее собрание обсудить не может. Потому что собрание общей численностью около 2000 человек не может технически и  физически ничего обсуждать. Кроме того, у меня создалось впечатление, что члены Общего собрания, конечно не все , а некоторая часть, приезжают туда, чтобы показать, что мы живы, встретиться с друзьями, поговорить о своих жизненных планах, обменяться договоренностями о взаимной поддержке и т.д.

Иногда, например, на нашем отделении физических  возникает острая дискуссия, в особенности, когда мы видим, что власть не так к нам относится, как хотелось бы. Численность Общего собрания нашего отделения- это 180 человек, и кто позволяет дискутировать.

Поэтому первое предложение, которое у меня возникло, разделить академическое управление в РАН. Пусть там будет отдел, который будет заниматься социальными проблемами наших академиков, обеспечивает все их  льготы, пусть периодически будут проводиться Общие собрания в том виде, как оно есть, выбирать новых академиков, присуждать почетные звания - это их функция.

Функция же управления научными институтами должна реализоваться отдельно. Сейчас существует консультативный орган – Совет директоров. Он меньше Общего собрания – в Академии 450 институтов. Уже больше обсуждения, больше тем.

Мое предложение состоит в том, чтобы часть полномочий Общего собрания была передана Конференции представителей научных институтов. Ясно, что там будут присутствовать, в основном, директора,. а также представители научной общественности (1-3 чел. от крупных институтов). Все они, как правило, вполне энергичные люди и остро чувствуют проблемы, стоящие перед институтами. И эта конференция должна избирать Президиум РАН, а не Общее собрание, где 50% членов не работают в институтах РАН.

Отделения по отраслям знаний, региональные отделения и центры нужны, здесь ничего сильно менять не надо.

Второе предложение абсолютно в другом духе. Если первое повысит демократичность управления в РАН, то второе вполне авторитарное и с ним, частично расходится. Помните, было предложение, принять Модельный Устав  Академии Наук, подготовленное Министерством образования и науки, где была идея Наблюдательного Совета в РАН, которая сейчас реализуется на примере национального исследовательского « Курчатовский институт». В данном образовании от науки всего 2 человека - директор Курчатовского института и президент, 2 человека от Президента РФ, 2 человека от правительства, по 1 человеку от профильных министерств. В общем, в основном, чиновники. Мне кажется, что в таком виде наблюдательный Совет для РАН не нужен. Но какое-то такое поле, на котором бы обсуждались проблемы, имеющиеся в стране, в которых могла бы участвовать  РАН и иметь контакт с прямыми работодателями – Минобороны, Министерствами, занимающимися проблемами медицины, образования, экологии, энергетики, т.е с  . Правительством РФ должен быть. Если бы такой наблюдательный совет был бы в РАН и регулярно собирался, то повысилась бы ответственность РАН перед руководством страны. Было бы поле, на котором не только Осипов, но и другие активные руководители РАН., могли напрямую высказывать бы свои предложения членам Правительства, а те бы в свою очередь ставили бы конкретные задачи перед РАН. Это способствовало бы росту авторитета РАН.

Я понимаю, что эти две концепции управления РАН расходятся. Одна  демократическая, другая авторитарная, но нам надо в  этом разобраться, обсудить и понять, что научным сотрудникам необходимо. Оставаться самоуправляемой организацией, при этом  независимой   и абсолютно ненужной правительству. Или построить такую комбинацию, которая бы соответствовала бы нашим интересам, а с другой стороны была бы у нас некоторая ответственность перед органами, которые дают нам финансирование. Мне кажется, оба предложения заслуживают нашего обсуждения.

Калинушкин:  На мой взгляд, оба предложения абсолютно совместимы.

Демченко: Вы предлагаете отказаться от управления институтами через специализированные отделения и Президиум РАН?

Зиновьев: Я не против специализированных отделений и не против Президиума, и чтобы они управляли институтами. Мне хотелось бы, чтобы Президиум РАН избирало не Общее собрание РАН, на котором присутствует половина людей, которые не работают в институтах РАН, а избирала конференция научных сотрудников академических институтов. Вот в этом разница. Просто хотелось бы, чтобы в президиуме не было лоббирования, такого как сейчас. Простой пример: создается научный центр, правильно, что он создается , и руководитель центра становится членом президиума. Сильным лоббистом, как член президиума, и сразу на других людей начинает смотреть свысока. И то, что члены президиума делят финансирование по программам определенным способом, по-видимому, этого не избежать, но надо и на них уздечку найти.

Калинушкин: Если будут избирать президиум по-другому, ситуация изменится?.

Зиновьев: Надо, чтобы ответственность у них была перед институтами..

Митрофанов: Не захочет ли наблюдательный совет взять на себя функцию управления РАН.

Зиновьев: Я согласен, что такая опасность есть. В том виде, как в Модельном уставе был прописан состав совета, ученых это не устроило. Ученые советы и академики выступали против. В Академии наук существует устойчивое мнение, что наукой должны управлять ученые, а не менеджеры, Я с этой точкой зрения, в принципе, согласен. Но поле для отчетности перед финансовыми органами, дающими средства на исследования, должно быть и возможность ставить проблемы. У меня в свое время были надежды на Совет по науке при президенте РФ. Это высший уровень внимания. Замечательно, хорошо. Плохо, что там обсуждений никаких не бывает и он собирался один раз в пять лет, по воле президента. Мне бы хотелось, чтобы он собирался регулярно, ежегодно, в рабочем таком варианте, с какими-то прописанными правилами, поэтому я немножко другое в это понятие вкладываю, чем  то, что было прописано в Модельном Уставе.

Калинушкин: Я хотел бы добавить, что в Модельном Уставе помимо состава, который вызывал возражения, предполагались  управленческие функции. Здесь, как я понимаю, Александр Николаевич , управленческие функции остаются за президентом РАН, избираемым конференцией научных сотрудников. А за наблюдательным Советом, связь с внешней сферой. Опасность в том, что наблюдательный Совет перехватит управленческие функции, есть.

 

©РАН 2020