Версия для печати

Приношение хозяину озера Байкал: в научный оборот введён документ о промысловом обряде ольхонских бурят

Специалисты Института монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН (ИМБТ СО РАН) ввели в научный оборот архивный документ начала XX в., описывающий промысловый обряд ольхонских бурят-рыбаков — жертвоприношение хозяину озера Байкал. Исследование позволяет лучше понять культурные и этнографические аспекты жизни ольхонских бурят, их традиции и обряды, а также осмыслить историческую динамику региона. Результаты работы опубликованы в журнале «Этнографическое обозрение».

Наследие этнографа Балдаева: полевые записи из ИМБТ СО РАН

Основой для исследования послужило дело № 1217 «Жертвоприношения рыбаков таловских 1 и 2 улусов 2 Шоноева рода Еланцинского инородческого ведомства Верхоленского уезда» из личного фонда учёного-фольклориста Сергея Петровича Балдаева. Фонд, хранящийся в Центре восточных рукописей и ксилографов ИМБТ СО РАН, насчитывает 1443 единицы хранения и охватывает период с 1835 по 1978 г. Как отмечают авторы исследования, документ представляет собой напечатанный на пишущей машинке текст на шести листах, содержащий описание обряда на русском языке и сами молитвенные призывания на бурятском.

«Полный ритуальный текст данного обряда на бурятском и русском языках ранее не анализировался», — подчёркивают авторы, научные сотрудники ИМБТ СО РАН Саяна Бухоголова и Баир Тушинов.

Вынужденный промысел: как скотоводы становились рыбаками

В статье упоминается, что исторически у монгольских народов, включая бурят, было несколько пренебрежительное отношение к рыбе, которую они именовали «водяной червь». Однако географические условия заставили байкальских (ольхонских) бурят обратиться к этому промыслу. Авторы цитируют полевые записи С.П. Балдаева, относящиеся к 1913–1916 гг., когда он работал учителем в Таловском инородческом училище. В них этнограф описывает непростой уклад жизни местного населения: «Для скотоводства и земледелия у них нет места. Территория их находилась между озером Байкалом и Ольхонскими горами. Стеснённые морем и горами буряты занимались рыболовством».

Мужчины нанимались к иркутским рыбопромышленникам и уходили на сезонные заработки с мая по октябрь. Дома оставались старики, женщины и дети. Рыболовство для бурят становилось не только источником пропитания, но и важным элементом культурной идентичности.

Сценарий обряда

В статье реконструируется структура промыслового обряда, который проводился дважды в год: весной, после таяния льда, — для обеспечения рыболовецкой удачи, и осенью, после завершения рыболовного сезона, — в благодарность за счастливое его окончание. «Чёткая структура обряда соответствует шаманским тайлганам, что позволяет отнести его к разряду крупных общественных шаманских ритуалов», — утверждают авторы.

Исследователи приводят переводы молитвенных текстов, в которых рыбаки обращаются к хозяину Байкала — Дайр сагаан ноёну (Белому господину Дайру) и его супруге Даланта Сагаан хатан (Белой царице Даланте). В призывании звучат следующие просьбы: «В море, когда отправляемся, жирным уловом наделите! На охоту, когда отправляемся, жирным уловом наделите!».

«Согласно верованиям рыбаков, после приглашения и совершения жертвоприношения хозяин Байкала приходит именно на тот участок земли близ озера, где совершается действо», — говорится в тексте.

Память о жертвах байкальских катастроф

Внимание авторов привлекла деталь обряда — включение в него поминовения жертв двух крупных трагедий на Байкале. Речь идёт о разрушительном Цаганском землетрясении 1862 г. и крупнейшем кораблекрушении у берегов острова Ольхон в 1901 г.

В молитве, обращённой к погибшим, говорится: «Паромщики с парома, подобного горе, свалившись за борт, вы упали в море, баржевики с баржи, подобной подножью горы, вы упали в море и утонули». Также в тексте отдается дань уважения стихии — ветрам Сарме и Баргузину, ставшим причиной шторма.

Как считают исследователи, включение кропления погибшим на Байкале в ритуал жертвоприношения является важным маркером, отражающим взгляды бурят-шаманистов: «Кропление молочной водкой служит для умилостивления духов и почитания усопших. Таким образом, можно провести параллель между христианскими и шаманскими традициями: и там и там одинаково проявляется уважение к усопшим через обряды поминовения».

Традиционный уклад и праздник

В финале тайлгана начиналось народное гуляние — забой жертвенных баранов и пиршество. Как писал С.П. Балдаев, «на другой день гуляют все улусы, рыбаков сажают на почётное место, угощают их, подают им присутствующие круговые чашки <…> Заработавшие хорошие деньги щеголяют деньгами: рвут тройки или рублёвые кредитки, завёртывают папироски и курят».

Авторы подчёркивают, что введённый в научный оборот документ не только реконструирует характерные для ольхонских бурят социальные и родовые отношения, но и «раскрывает культурные коды этой этнотерриториальной группы». Посредством умилостивления эжинов — хозяев природных объектов — происходила адаптация бурят к суровым условиям обитания и проявлялось их желание поддерживать гармонию с окружающим миром.

Фото: Базов А.В. Очерки истории байкальских рыбных промыслов.
Москва: Изд-во ВНИРО, 2020. — 292 с.